Зыбкая явь сновидений

Часть 2 Глава 3

Маленькие, чуть вытянутые чешуйки на спинке и хвосте из язычков пламени. Подёрнутые пеплом лапки. Чёрные угольки глазок. Огненные ящерки резвились в камине, перепрыгивая с одного полена на другое, то сливаясь с пламенем, то возникая вновь. Их игра завораживала, приковывала к себе взгляд...

— Мне иногда кажется, девочка, — с добродушным смешком произнёс Лев Евграфович, — что ты приходишь сюда только ради саламандр.

— И ради них тоже, — улыбнулась Диана, не отрывая глаз от камина. — Не перестаю восхищаться вами, Мастер! Сколько их помню, они не меняются: всё тот же сине-зелёный гребень у Бора, белые полоски вдоль спинки у Крохи, угольные крапинки у Вертихвостки. Да что там полоски и крапинки, если у каждой из них свой характер. Они живые, настоящие!

В Академии снов целительница обучалась у нескольких наставников. Но Лев Евграфович стал первым и единственным Учителем, именно так, с заглавной буквы. Вот только само слово, затёртое и замурзанное учителями школьными, вызывало у неё малоприятные эмоции. И они согласились на «мастера», как средневековые ученики называли своих наставников, в обмен на «девочку» вместо нелюбимой ею «Дианочки».

— Жаль, — продолжила она с лёгким вздохом, — что я так не умею. У меня все декорации меняются, стоит отвести взгляд.

— Это потому, милая, — ещё один добродушный смешок, — что ты на мир смотришь, да не видишь его. Но будь иначе, смогла бы ты видеть ауры?

Диана ничего не ответила, наблюдая за тем, как Вертихвостка в очередной раз слилась с пламенем прямо перед носом догонявшего её Бора, а потом, появившись позади, цапнула его за хвост.

— А ящерки... Иногда мне кажется, девочка, что они переживут меня. И они, и этот камин...

— Лев Евграфович? — девушка мгновенно позабыла о камине и перевела взгляд на наставника. — Опять давление?

Диану-восторженную сменила Диана-сосредоточенная, внимательно изучающая ауру старика. По-хорошему, с этого надо было бы начинать, но её любование ящерками давно уже стало для обоих частью приветственного ритуала.

— Да что там давление, — вздохнул тот. — От старости лекарства пока не придумали.

— От старости не придумали, — согласилась целительница, — а вот от сопутствующих болячек...

Она поднялась с кресла и, остановившись перед Львом Евграфовичем, замерла. Молодой целительнице для лечения не нужны были эффектные пассы руками или сложные многоступенчатые ритуалы — достаточно было сконцентрироваться на нужном участке ауры пациента и влить в него силу, чётко представляя себе эталон. Нормализация давления не требовала от неё значительных усилий, поэтому через несколько ударов сердца Диана, удовлетворённо кивнув, вернулась на своё место. Но сосредоточенности не утратила.

— Спасибо, Диана, — поблагодарил Лев Евграфович. — Так лучше.

Они ещё немного помолчали, глядя на возню саламандр.

— Мастер, есть новости по тому ритуалу с Готики?

—Да, и малоприятные. Предположение о ведьме-недоучке, решившей поделиться с подругами своим «творением» не подтвердилось.

В руке Льва Евграфовича появилась трубка, из которой он выпустил одно за другим три серо-зелёных дымных колечка. Этому любимому фокусу шефа Диана уже не удивлялась. То, что невозможно наяву, во сне вполне возможно. Конечно, если уметь управлять сном так, как умеет это делать Граф. А он продолжал:

— О, этот ритуал разработал настоящий мастер. Всего пара слов, пересыпанных словесным мусором, сдобренных незначащими жестами и рисунками.

— Как это?

— Эти наши жертвы современной готики должны были зачитать довольно длинный текст на якобы древнем языке. На самом деле это сплошная абракадабра, кроме нескольких вроде «Молон лабэ» — «Придя, возьми». Они и сработали. Идеальная ловушка для начинающих сновидцев.

— Почему именно сновидцев?

— Потому что наяву ритуал ничтожен, даже при правильном его проведении с точным соблюдением всех предписаний. А вот во сне... Но эти самородки-самоучки… Удивительно. Представляешь, как надо контролировать сон, чтобы провести ритуал и произнести без ошибок всю предписанную ахинею?

— Ну вы же сами сказали, что это ахинея. Так что ошибки не играли никакой роли.

— Но ключевые слова… С ними-то ошибиться было нельзя. А они шли по всей цепочке. Я думаю, а не был ли это своеобразный тест? Не отбирал ли таким образом злоумышленник жертвы целенаправленно?

— Возможно. Ведь так контролировать сон — это уровень адепта.

— Вот потому самоучек с высоким уровнем контроля и полным отсутствием мозгов, которые смогли полностью провести ритуал, и оказалось всего четверо: твоя соседка, её подруга из Питера, мальчик из Барселоны и пока неизвестная Аларика.

Ещё три колечка вылетели из трубки. Все шесть, меняя цвета от красного к фиолетовому и обратно, неторопливо потянулись к потолку.

— Уже известная, Мастер. Я нашла её.

— Где?

Голос Льва Евграфовича прозвучал ровно, спокойно, но Диане не нужно было поворачивать голову, чтобы почувствовать, как из-под благообразной маски старика-волшебника проступает истинный лик гельти, больше похожий на его гривастого тёзку, завидевшего добычу.

— В Энске.

— И как же ты её там нашла?

— Сработала теория шести рукопожатий. У нас оказались общие знакомые, которые обратили внимание на изменения в её поведении.

— Хм... Общие знакомые... И на что же обратили внимание эти «общие знакомые»? — в последних словах Льва Евграфовича прозвучала лёгкая насмешка.

— Те же симптомы, что и у Нади: внезапная потеря интереса ко всем прежним увлечениям, полная апатия и небольшой упадок сил.

— Небольшой?

— Пока да.

— Когда ты едешь в Энск?

— Я уже там была.

— Сегодня? И осмотр производила самостоятельно?

Из трубки начали один за другим вылетать угольно-чёрные кольца - верный признак серьёзного недовольства.

— Да. Я сочла нецелесообразным откладывать первичное обследование.