Воспиталка для Авторитета

Глава 1

Зимний ветер пробирает до костей, задувает под мое старенькое, давно вышедшее из моды пальто.

— Ну чего ты застыла, как суслик? — Подруга энергично поправляет на мне шарф. — Варь, ну хватит дрожать.

— Мне страшно, Свет, — оглядываюсь по сторонам, словно ожидая подвоха прямо на городской остановке. — Это же тюрьма.

— И что? — Света фыркает, выпуская облачко пара. — Подумаешь, на зону едешь. Ты же не сидеть туда едешь, а работать.

Легко ей говорить.

— Я же не умею с такими людьми... Я с детьми привыкла, Свет. А там убийцы, воры.

— А у тебя есть выбор? Родители твои, прости господи, опять денег просили на «нужды» Амалии?

При упоминании родителей сердце болезненно сжимается.

Им всегда плевать, что я ем и на что живу, главное, чтобы у младшенькой все было хорошо.

— Просили...

— Вот именно. А тебя из сада сократили. Жить на что будешь? Да, работенка не сахар, атмосфера специфическая, но ты подумай о зарплате! Варька, это же шанс из нищеты выбраться! Пальто себе купишь нормальное, а не этот мешок. Платят много — я узнавала.

— Много...

Деньги мне действительно нужны. Очень.

— Вот! А делать-то всего ничего. Подумаешь, лекции мужикам почитаешь. Им там скучно, хоть какое-то развлечение.

— Зэкам... Читать лекции зэкам...

— Людям, Варя. Оступившимся, но людям, — философски замечает Света. — Всё, автобус едет. Выше нос!

К остановке подползает старый пазик.

— Позвони, как выйдешь! — кричит Света, подталкивая меня к дверям.

С трудом втискиваюсь в переполненный салон.

— Конечная, — хрипит динамик.

Двери открываются с протяжным стоном.

Я выхожу на улицу и сразу же хочу запрыгнуть обратно.

Здесь нет ярких красок. Все серое, черное, ржавое.

Иду к проходной — железной двери с маленьким окошком, врезанной прямо в стену.

Дрожащей рукой достаю паспорт и пропуск, который мне оформили вчера в управлении.

— Проходите, — командует безликий голос из-за бронированного стекла.

Втягиваю голову в плечи, стараясь стать невидимой, превратиться в маленькую серую точку, лишь бы никто меня не заметил.

Вхожу в кабинет начальника колонии, спотыкаясь о порог.

— Лисина? — Его голос гремит, как камнепад. — Чего застыла у двери? Проходи садись. У меня нет времени на твои обмороки.

На ватных ногах подхожу к столу и опускаюсь на краешек жесткого стула.

Боюсь даже дышать громко.

— Значит так, Лисина, — начальник откидывается в кресле. — Мне сказали, ты у нас воспитатель.

— Д-да... была...

— Была, — передразнивает грубо. — Теперь слушай свою задачу. Мне не нужны тут розовые сопли. У нас исправительное учреждение, а не пансионат благородных девиц. Твоя задача — читать лекции. Два раза в неделю.Темы утвержденные. Нравственность. Честь. Важность соблюдения законов. Поняла?

— Ясно...

— Голоса не слышу!

— Да! Ясно! — выпаливаю испуганно.

— Вот так-то лучше. Документы. — Он швыряет мне через стол стопку бумаг. — Подписывай. Трудовой договор, инструкции по технике безопасности, расписка о неразглашении. Читай быстрее, я не нанимался тут с тобой сидеть до вечера.

Буквы прыгают перед глазами.

Я ничего не вижу, кроме черных строчек, сливающихся в сплошную кашу.

Руки дрожат так сильно, что ручка ходит ходуном.

Я просто ставлю подписи там, где начальник тычет своим толстым пальцем.

«Лисина...», «Лисина...», «Лисина...».

— Все, — он сгребает бумаги. — Теперь пошли. Покажу тебе кабинет воспитательной работы. Заодно познакомлю кое с кем.

— С к-кем? — заикаюсь я.

Начальник не отвечает.

Он тяжело встает, надевает фуражку и идет к выходу.

Как на веревочке, плетусь следом по коридорам. Спускаюсь в полуподвальное крыло.

— Пришли, — бурчит начальник и отпирает ключом тяжелую дверь без номера.