Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон!

Глава 1. Последний вдох

– Мамочка, я буду очень послушной, не отдавай меня, пожалуйста!

Этот дрожащий, полный ужаса детский голос вырвал меня из вязкого тумана, окутывающего сознание. Он звучал так близко, будто кричал мне прямо в сердце, прорезая пелену оцепенения.

Затем пришли ощущения.

Легкое покалывание в кончиках пальцев, словно кровь, возвращаясь, пробуждала онемевшие нервы.

Холодный морской бриз, хлещущий по лицу, соленый и резкий, как пощечина.

Вдалеке – жалобный скулеж собак, смешанный с их отрывистым лаем, будто я оказалась в забытой богом деревне.

Но этого не могло быть. Ведь я…

Последнее, что я помню…

***

Днем ранее

– Микусик, за тебя! – громкий голос подруги, Миры, перекричал играющую музыку в ресторане, ее в ответ поддержали другие наши друзья.

Официант, ловко лавируя между столиками, расставил перед нами десертные тарелки, и яркий аромат шоколадного мороженного со свежей клубникой смешался с терпким запахом ягодного игристого вина.

Звон бокалов разлетелся по залу, как финальный аккорд моей свободы.

Сегодня мне исполнилось тридцать лет – все можно, все дозволено, и чужое мнение больше не сковывает, как в юности. Те, кто говорят, что после тридцати женщина теряет свою искру, просто не знают, как ярко может гореть этот огонь.

Уже 12 лет я управляющая загородным отелем. Семь из последних лет замужем за известным хирургом.

Не то, чтобы наш брак был счастливым, но жили и старательно делали вид семейной пары на публике. Этому не очень способствовала любовница, которую я обнаружила в нашей постели месяц назад.

Тогда делать вид уже было не за чем и не для кого.

Муж спокойно смотрел мне в глаза, когда расставлял все точки и запятые в наших отношениях. «Забирай свои вещи и вали на все четыре стороны», – бросил он тогда, словно я была лишь временной гостьей в его жизни. Но я не собиралась уходить с пустыми руками!

Когда мы поженились, супруг отчего-то не захотел жить на своей территории. Поэтому я продала бабушкину однушку, добавила свои сбережения, он внес треть – и мы купили просторный дом в престижном коттеджном поселке.

Счастье казалось осязаемым, но вскоре начал разыгрываться классический сценарий: задержки на работе, внезапные командировки, срочные операции.

Я начала подозревать его, но он клялся, что я – единственная.

И я верила. Снова и снова.

Дура.

Потом оказалось, спустя десятки безуспешных обследований, анализов и лекарств, что детей я иметь не могу. Рыдала на кафеле в ванной, пока не пришел супруг с работы. Так внезапно узнала, что для него это, в общем-то, облегчение.

Он успешный врач, ему некогда отвлекаться и размениваться на детей.

Я заикнулась об усыновлении, но получила лишь колкий взгляд и просьбу «не усложнять».

Его в покое оставила, а сама стала все время отдавать работе. Начальство заметило такое рвение, оценило и доверило кураторство открытия филиалов в соседних регионах.

Выгрызала успешные контракты, сделки проходили идеально, собирала команды с нуля, обучала, формировала штаты отелей нашей сети.

С повышением зарплаты, обновила себе автомобиль, сделала пожертвования в разные фонды, скорее по привычке, и отправилась на море на 2 недели. Этого времени и хватило супругу, чтобы забыть об осторожности.

Все случилось нетривиально, я бы даже сказала, банально.

Из-за звонка шефа пришлось вернуться с работы на двое суток раньше. Решила заскочить домой, чтобы бросить вещи, принять душ и переодеться из летнего белого сарафана в деловую одежду.

С прихожей уже начались сюрпризы: брошенная женская сумка, туфли на высокой шпильке, валяющиеся на паркете, как дохлая рыба на берегу, и стоны, что отчетливо были слышны даже с другого конца дома.

Эмоции, которых я ждала – ярость, боль, отчаяние – не пришли. Ну да, муж. Да, мой. Да на нем прыгает его новая практикантка, запрокидывая голову и театрально царапая ему спину.

В голове была только одна мысль, которую я и озвучила:

– Я все понимаю, но это постельное белье я купила перед отъездом на море.

Оба замерли, как курицы перед забоем, и уставились на меня, а я, брезгливо отбрасывая носком босоножек их разбросанную одежду, прошла на кухню. Варила кофе, пока муж, натянув штаны, влетел следом.

Сначала он пытался давить на жалость, потом перешел к обвинениям:

– Ты вообще на женщину не похожа, в тебе ни грамма ласки, все работа, да работа! Ты даже детей иметь не можешь!

Молча слушала и пила кофе, что успела сварить, пока рыцарь одевался.

Вдоволь наоравшись, муж перешел к показательно ледяному разделу “совместно нажитого”.

Не согласившись с условиями ушлого муженька, покидала в чемодан у двери свою рабочую одежду и личные вещи, выскочила за дверь, находу вызывая такси и набирая номер лучшей еще со студенчества подруги, Миры.