Страсть эльфийского стража

Глава 1

Лес встретил меня прохладной, почти неестественной тишиной. Воздух, густой от запаха влажного мха, столетних кедров и чего-то еще, чего я не могла определить — магии, что ли, — щекотал ноздри. Я сделала глубокий вдох, поправляя ремень перекинутого через плечо тяжелого саквояжа с инструментами. Разрешение на изучение этих земель далось мне , получеловеку-полуэльфу, невероятно трудно, и теперь, находясь здесь, на запретной территории эльфов, я чувствовала одновременно восторг и легкий, щемящий страх. Мне дали добро только потому что за меня попросил мой наставник, очень опытный и знаменитый в своих кругах маг. Его уважали во всех землях в том числе эльфийских. А еще сыграло свою роль, что мои уши были все-таки такой же длины как у эльфов, а не человека. На этом сходства заканчивались.

Мой проводник — или, точнее, надзиратель — не заставил себя ждать.

Он возник из теней между древними стволами так бесшумно, что я вздрогнула, невольно сделав шаг назад. Эльф был высок и строен, его доспехи из приглушенного серого металла, похожего на мифрил, облегали тело с идеальной точностью, подчеркивая широкие плечи и узкую талию. Длинные волосы цвета лунного света были туго стянуты у основания шеи, что открывало безупречные, резкие черты лица: высокие скулы, прямой нос, губы, сложенные в тонкую, невыразительную линию. Но больше всего поражали его глаза. Холодные, цвета весеннего льда, они оценивали ее с безмятежным, почти брезгливым безразличием, в котором читалась вся многовековая история превосходства его расы.А вот я сразу почувствовала странную дрожь в теле...

— Лира из рода Альдеров? Изгнанников... — его голос был низким, бархатным, и в нем не было ни капли тепла.

— Да, это я, — я постаралась звучать уверенно, хотя внутри все сжалось. — Вы должно быть Каэлан. Мне сказали, что вы будете моим... смотрителем.

— Меня направили быть вашим стражем и гарантировать, что ваши изыскания не нарушат покой священных рощ и не навлекут беду, — поправил он меня, ни единой мышцей не выказав эмоций. Его взгляд скользнул по моему саквояжу, по простой дорожной одежде, задержался на непослушной пряди рыжих волос, выбившейся из моего пучка. В его взгляде не было интереса, лишь холодная констатация факта: здесь есть нечто неуместное, неупорядоченное. — Вы будете следовать моим указаниям без пререканий. Не отклоняться от тропы. Не прикасаться к артефактам без моего дозволения. Не произносить заклинаний. Ясно?

— Совершенно, — я кивнула, чувствуя, как нарастает легкое раздражение. Я была ученым, а не непослушным ребенком, пускай я и полукровка, относиться ко мне так нельзя. — Я здесь чтобы наблюдать и документировать, не более того.

— Следуйте за мной, —это было все , что он сказал, развернувшись и двинувшись по едва заметной тропе. Я последовала за ним.

Он шел так же бесшумно, как и появился, его плащ не шелестел, доспехи не лязгали. Мне приходилось прилагать усилия, чтобы не отстать, ее ботинки с глухим стуком отдавались по земле, шуршали по опавшей листве, нарушая идеальную тишину леса. Я невольно залюбовалась его грацией, тем, как легко он движется, будто невесомый. И это раздражало ее еще сильнее.

Через несколько минут пути тропа пошла в гору. Я , отягощенная грузом, запнулась о выступающий корень, ахнула, потеряв равновесие, и полетела вперед.

Но падения не последовало.

Его рука в кожаной перчатке молниеносно обхватила мое запястье, остановив падение. Прикосновение было твердым, уверенным, но не грубым. Сквозь тонкую кожу перчатки я почувствовала неестественный, обжигающий жар его кожи.

— Смотрите под ноги, — его голос прозвучал прямо у моего уха. Он не отдернул руку сразу, позволив мне обрести опору. Его ледяные глаза прищурились, изучая мое лицо, залитое румянцем смущения. — Человеческая неловкость может быть смертельна в этих местах.

Я выдернула руку, сердце бешено колотилось в груди — от испуга, от унижения, от чего-то еще.

— Спасибо, — выдохнула , стараясь не смотреть ему в глаза. — Я буду... осторожнее.

Только тогда он разжал пальцы. Но в воздухе между нами повисло новое, невысказанное напряжение. Миг телесного контакта, короткий и функциональный, вдруг показался мне невероятно интимным. Я поймала на себе его взгляд — все такой же холодный, но теперь в его глубине, казалось, плескалось что-то иное. Микроскопическая трещина в ледяной броне. Вокруг будто что-то начало вибрировать.

Он развернулся и снова зашагал вперед, еще быстрее прежнего, будто стремясь убежать от этого мгновения.

А я, поправляя ремень саквояжа, последовала за ним, все еще чувствуя на коже жгучее прикосновение эльфийского стража и понимая, что мои исследования в этом лесу могут пойти совсем не по тому плану, который я представляла.

Я шла за Каэланом, и мой взгляд, против воли, прилип к его спине. К игре мускулов, к уверенным движениям его бедер, к тому, как затянут ремень его меча, подчеркивая стройность талии.

Мы остановились у ручья, и он, пригнувшись, зачерпнул воду ладонями. Солнечный луч пробился сквозь листву и упал на его шею, на влажную кожу у линии волос. Я замерла, наблюдая, как капля скатывается по его напряженной шее вниз, под воротник.

И вдруг мое сознание пронзила яркая, обжигающая картина. Не мысль, а чистое, животное ощущение. Он. Он прижимает меня к шершавой коре древнего кедра. Нежно и в то же время неумолимо. Его тело, все целиком, прижимается к моему, и я чувствует каждую его твердую мышцу, каждое движение. Его холодные глаза полыхают наконец-то вырвавшимся на свободу огнем. Его губы, поджатые в строгую линию,...

...Боже правый...

Я резко отвела взгляд, сердце заколотилось как бешеное, по щекам разлился густой румянец. Я сглотнула комок в горле, чувствуя, как по телу разливается теплая волна стыда. Потрясла головой, пытаясь отогнать наваждение.

Что со мной? Он же... он меня на дух не переносит. Это место. Магия этого леса сводит меня с ума.

Но оправдание не работало. Образ был слишком ярок, слишком реален. Я снова рискнула взглянуть на него. Он выпрямился, вытирая рот тыльной стороной руки, и его взгляд скользнул по моему раскрасневшемуся лицу. В его глазах мелькнул безмолвный вопрос.