Чудо(вище) для мажора

Глава 1

(Вероника)

Тащусь в клуб “Малиновый неон”, но не чтобы повеселиться. Попытаю удачу устроиться туда хотя бы официанткой. После того, как отец и мать подали на развод, у нас совсем стало туго с деньгами, а помимо оплаты за съемную квартиру, еще и нужно оплатить за учебу. Короче, полная засада.

— Восемнадцать есть? — пренебрежительно проходится по мне взглядом толстопузый владелец клуба.

— Мне девятнадцать, — с легким возмущением отвечаю. Я что на школьницу похожа?

Но тот лишь разочарованно поджимает губы.

— Все равно ты мне не подходишь.

— Почему? — разочарованно тяну.

— Видишь ли, в этом клубе все самое лучшее. Лучшая обстановка, лучшая кухня, лучший досуг для лучшего круга, — перечисляет он, демонстративно загибая пальцы.

Ага, знаю я, какой такой досуг он имеет ввиду, бывала уже однажды, когда с подругой искали ее неугомонную сестру Лиду. Здесь проводят подпольные бои. Честно? Осуждаю, как и Есения, несмотря на то, что у нее парень как раз-таки и машет здесь периодически кулаками на ринге. А лучший круг определяется исключительно наличием денег.

— Лучшая вип-зона, лучшая музыка и естественно лучшие девочки. Андестенд? — дергает бровью этот откровенно противный мужик. — А у тебя ни сисек третьего размера, ни жопы. Да и ростом ты не вышла, даже если тебя на каблуки поставить.

Можно было как-то и тактичнее отказать. Чувствую, как меня наполняет обида. Нормальная у меня фигура! Да, я всего сто шестьдесят ростом, почти. У меня второй размер груди и девяносто в обхвате бедер. Но разве это настолько плохо для простой официантки? Я же не в стриптизерши прошусь! И тем более не претендую на мисс мира.

— Так что, девочка, как подрастешь, так и приходи.

— Ага, спасибо, — бросаю я и иду на выход. Гад. Задумавшись, на секунду останавливаюсь и добавляю: — Во многом вы правы, но вот музыка у вас дерьмо!

Хлопнув дверью, спускаюсь и проталкиваюсь мимо танцующей толпы. Конечно мне обидно. Мало того, что отказал, так еще и словно ушат помоев на меня вылил. Чувствую теперь себя какой-то неполноценной. Скорее бы убраться отсюда.

Пробираюсь уже почти до выхода, как мне на глаза попадается Бессонов. А он что здесь делает? А Еся знает, интересно, что он здесь зависает со своей компашкой? Ладно хоть девчонок вроде бы рядом с ним нет.

Как раз чувствую вибро телефона, который лежит в заднем кармане джинс. Есения. Что ж, вовремя.

— Есь, тут в клубе волковские собрались. Они тут пьяные все. И твой Рома тоже, — считаю нужным сообщить об этом подруге.

— Эй, Вика, — увидев, подзывает меня жестом.

Кретин, даже имени не запомнил. Хотя он в принципе ни одной девчонки не запоминает. Кроме Есении. У них отношения вроде как. Так какого фига он здесь, когда она дома плачет по нему?

— Есь, я перезвоню, — кладу трубку и подхожу к их столику.

— Я Вероника, — возмущенно поправляю его. И так настроение на нуле, еще и этот придурок здесь, пока моей подруге плохо. Кажется, в этом мире нет нормальных мужиков. По крайней мере я разочаровалась во всех, кого знаю. Хотя нет, Арсений хороший. В основном.

— Красавчик, я тебе темненькую нашел, как ты хотел, — толкает своего дружка. — Это… — щелкает пальцами, — как тебя там…

— Вероника, — рычу на него.

— Вот, правильно, я так и сказал. Вероника. О, Чудова, кажись ведь?

Только хочу упрекнуть его в отвратительном поведении, как его друг реагирует и обращает на меня внимание. Удивленно выгибает бровь.

А я чуточку подвисаю. Он конечно же тот, к кому в кровать выстраивается очередь из девчонок. Да весь наш колледж пищит, когда его крутая тачка тормозит возле входа. Я уже как-то видела этого парня с Бессоновым, но только издалека. А так близко впервые. И, честно признаться, его не зря зовут Красавчиком. И это явно не из-за его фамилии Красавин. Он темно-пепельный блондин с потрясающе выразительными голубыми глазами. А еще капец какой высокий, думаю, метр девяносто, не меньше. Еще и спортивного телосложения. Прямо-таки мечта многих девчонок. Ну, кроме нас с Есей. У нее свой придурковатый Ромео, а я в принципе на таких никогда не поведусь. Просто потому, что они не способны на чувства и эмпатию. И этот как раз-таки один из самых ярких представителей мажорикус мудакиус обыкновенный. Даже по манерам видно.

Красавин лениво поднимается со своего места и подходит ко мне практически вплотную. Рассматривает, словно лошадь себе выбирает. А потом и вовсе брезгливо цепляет кончиками пальцев мою выкрашенную в цвет фуксии прядку волос, и выдает:

— Ну, такое себе. Не фонтан, — кривит губы, словно до мусора дотрагивается, а не до девушки. И чего им всем не нравится? Я ведь нормальная!

Стою уже чуть не плача. Внутри нарастает неприятный ком и давит в груди. День сегодня не задался, одни расстройства. Может, я и впрямь никчемная? Вот, и этот туда же.

— Стрем, короче. Как говоришь, Чудова? От слова чудовище?

— Красавчик, да ты зажрался, скотина, — ржут парни.

А я срываюсь с места и бегу на улицу. Кожу на щеках уже щекочут слезы. Не была никогда нужной и хорошенькой, никогда и не буду. Вот так каждый раз меня и тычут во все это, как беспомощного котенка, который еще даже ничего не сделал, а его уже пинают. То ростом не вышла, то умом не блещу, а то и вовсе родилась не той.