Попаданка: В плену у судьбы

Глава 1. Петля смерти

Я открываю глаза.

Резкий мучительный вдох обжигает горло, как будто я только что захлебнулась ледяной водой и вынырнула из чёрной бездны, судорожно глотая воздух. В висках отбойным молотком стучит пульс, сердце рвётся из груди, а в лёгких — дым, горечь, пепел, будто дышу раскалёнными углями.

Часто моргаю. Мир перед глазами весь в размытых пятнах — алый огонь, чернота дыма, смутные очертания каких-то телег. Всё сливается в хаотичный, неуловимый узор, но прежде, чем я успеваю сфокусироваться, в уши врезаются звуки: шумные, беспорядочные, жестокие. Крики, лошадиные ржания, удары стали о сталь, истошные, разорванные вопли боли. Чьи-то шаги с грохотом несутся мимо, шорох ткани, свист, удар, снова крик.

Вокруг сумерки.

Я ничего не понимаю.

Голова тяжёлая, наполнена свинцом, тело ломит, ноги подкашиваются, а земля подо мной твёрдая и холодная, покрытая пылью и мелкими камнями. Всё кажется незнакомым, чужим, неправильным, как в кошмаре, который невозможно ни осознать, ни прервать.

Пытаюсь вдохнуть глубже, но запах крови и гари вгрызается меня, заставляя кашлять. Я с трудом поднимаю руку, и всё внутри меня замирает — пальцы чужие, тонкие, испачканные грязью, на запястье свежая царапина, но я не помню, откуда она.

Что происходит?

Медленно поднимаю голову, пытаясь оглядеться.

Прямо передо мной — движение. Фигуры мелькают в пляшущем свете пламени: вооружённые люди, тяжёлые сапоги, окровавленные лезвия мечей. Кто-то падает в пыль, кто-то пытается бежать, но его догоняют, волочат за волосы, бросают на землю. Удар, приглушённый вскрик. Запах крови становится гуще, насыщая воздух сладким металлом.

Это… бойня.

Но я не должна здесь быть.

Последнее, что помню: позднее возвращение домой, темнота переулка, мужчина, холодное лезвие в груди, острая вспышка боли… и пустота.

И теперь я здесь.

Чужое тело. Чужие руки. Чужие звуки и запахи.

— Лисса!

Чей-то голос срывается в панике.

Вздрагиваю. Не сразу понимаю, что зовут меня.

Оборачиваюсь и вижу девушку, лицо которой искажено страхом, губы дрожат, руки прижаты к груди... Она пытается что-то сказать, но я не успеваю услышать.

Время запинается, застывает на долю секунды — мгновение хрупкое, натянутое, как тонкая нить, которую вот-вот разорвёт резкий рывок. И этот рывок происходит.

Не сразу понимаю, что именно изменилось, но чувствую — опасность уже рядом. Воздух дрожит от шума, в нём есть что-то ещё — пронзительное, хищное.

Тень мелькает сбоку.

Я не вижу, что это. Не успеваю повернуть голову, не успеваю осознать происходящее, но рефлексы — чьи? мои? или этого тела? — заставляют меня замереть.

И тогда я слышу.

Глухой свист.

Не громкий, но ввинчивающийся в кости, заставляющий кровь в жилах мгновенно остыть. Я не вижу меча, но чувствую его.

Он входит в меня легко, как нож в тёплое масло. В одно мгновение — удар, резкая вспышка боли, тяжесть внутри, разрывающая грудь. Лёгкие наполняются кровью, сердце захлёбывается в отчаянных попытках удержать жизнь, мышцы сжимаются в последнем судорожном спазме.

Я хочу вдохнуть, но не могу.

Мир гаснет.

Я умираю.

…и снова открываю глаза.

Всё повторяется.

Резкий вдох, шум в ушах, тот же гул голосов, тот же запах гари.

Тот же кошмар.

Снова часто моргаю, но вижу вокруг себя то же самое. Те же фигуры, те же крики, словно сама смерть спустилась на землю, растекаясь по земле горячей проклятой кровью.

Я знаю, что будет дальше.

— Лисса!

Девушка снова зовёт меня, её голос всё так же дрожит.

Поворачиваю голову — и всё повторяется.

Свист стали.

Удар.

Боль.

Смерть.

…и я снова открываю глаза.

Нет сил кричать. Не могу вымолвить даже единого слова. Просто делаю рваный вдох.

Этот момент до боли знакомого пробуждения, этот хруст реальности, собирающейся обратно, как глиняный сосуд после того, как рассыпался на куски от сильнейшего удара.

Это невозможно.

Но я здесь.

Опять.

Я вижу меч, сверкающий сбоку.

И на этот раз двигаюсь.

Бросаюсь в сторону, но ноги слишком слабые, тело не слушается, я спотыкаюсь, падаю, и снова — тот же, неизбежный, беспощадный удар.

Меч входит не в грудь, а в бок, но смерть приходит так же быстро.