Бесправная для альфы. Оставлю тебя себе

Глава 1.

Я лежала в темноте подвала, свернувшись калачиком на холодном полу. Холод пробирал до самого нутра. Он пробрался под кожу ещё несколько часов назад и теперь жил во мне. В костях, в пальцах, в дыхании.

Я лежала на голом матрасе, подтянув колени к груди и натянув на себя тонкое одеяло, которое не спасало ни от сырости, ни от страха.

Оборотни, которые меня схватили… Это, наверняка, очередная «шутка» моего единоутробного брата. Он всегда находит способы напомнить, насколько я ему ненавистна.

Они точно действовали по его приказу. Хотят посмотреть, насколько меня хватит. Когда уже начну скулить и просить брата вмешаться…

Я даже во сне оставалась настороженной, тело было напряжено, как натянутая струна. А подвал тёмным настолько, что временами мне казалось, будто я ослепла. Только редкая полоска света из-под двери иногда вспыхивала и напоминала, что внешний мир всё ещё существует.

Хотя лучше бы не существовал.

Потому что именно оттуда в прошлую мою беду приходили они. А еще смех, издевательства, пинки по двери… Не по мне – и на том спасибо. Иногда еда. Иногда вода. Иногда насмешки или просто желание посмотреть, как долго я ещё выдержу.

Впрочем, ничего нового. У моего брата по матери всегда было своеобразное чувство юмора. Особенно когда шуткой была я.

Сон накатывал рывками. Тревожный. Поверхностный. Я проваливалась в него и тут же выныривала обратно, вздрагивая от каждого звука. От каждого шороха или скрипа старых труб.

Даже во сне я ждала беды.

Наверное, поэтому сначала решила, что это тоже сон… Что ОН – сон.

Потому что тепло здесь было невозможно. Но оно появилось. Неожиданно, нахрапом сквозь мрак и враждебность. Нежное, обволакивающее, такое неправильное… в этом месте. И абсолютно запретное. Оно растекалось по коже, прогоняя озноб. Словно кто-то непреклонно награждал меня жаром, укутывал в него, как в согревающую шкуру.

Сначала согрелись замёрзшие пальцы. Потом ладони. А после это странное тепло медленно растеклось по рукам, плечам, спине. Убаюкивая. Успокаивая. Прогоняя ледяную дрожь.

Я вздохнула во сне, позволяя себе поверить, что это хороший сон. А во сне ведь можно всё.

Тёплые, сильные пальцы скользнули по моей щеке, спустились по шее. Запах ударил в голову — густой, мужской, с нотами леса после дождя, дыма и чего-то дикого, животного. Обжег и вынудил выгнуться навстречу. Большая ладонь легла мне на грудь, обхватив её целиком. Соски мгновенно затвердели под грубой тканью того, что было на мне из одежды.

Я застонала, чувствуя, как между ног становится мокро. Его рука уже спускалась ниже по животу, чтобы требовательно развести мои бёдра.

Во сне можно. Можно расслабиться. Можно позволить незнакомцу ласкать себя так откровенно. Его пальцы нашли мою сокрытую вершинку и начали кружить. Уверенно и умело, слишком хорошо для простого сна. Я раздвинула ноги шире, дрожа всем телом.

- Какая отзывчивая девочка… — хрипло заурчал голос над самым ухом. Низкий, вибрирующий животной похотью. Как тёмный мёд, в который подмешана отрезвляющая угроза. — Мне досталось нечто невероятно сладкое... Кто же тебя такую приготовил для меня, мм?

Меня никто ни для кого не готовил.

Я нахмурилась во сне.

Нет. Так не бывает. Под властью моего братца вообще ничего хорошего не бывает.

Но тепло никуда не исчезло.

Наоборот. Стало сильнее. Ярче. Ощутимее. Будто меня осторожно притягивали к чьей-то груди. К чьему-то сердцу. К чему-то большому и надёжному. Дарующему безопасность. И впервые за последние дни страх немного отступил.

Совсем чуть-чуть. Но этого хватило, чтобы я расслабилась настолько, что мне захотелось плакать от накатившего облегчения. А распахнув глаза, чтобы выпустить накопившиеся слезы, я обомлела не в силах вдохнуть.

Потому что на меня смотрели глаза. Незнакомые. Мужские. Полные звериной дикости и такой власти, от которой кровь начинает течь быстрее даже во сне. Моё сердце сбилось с ритма.

А потом я заторможенно проморгалась и поняла, что тепло… оно мне не приснилось!