Алатырь. Легенда Севера

Размер шрифта: - +

Глава 7

 

ГЛАВА 7

 

 

Костер догорал. Марук пришел в себя и цепким взглядом обвел лица воинов, еще одурманенных ритуалом. Небо было все так же темно. Пока никто не задал никаких вопросов, колдун торжественно провозгласил:

- Великий предок принял наши дары! Он доволен! Вот знак его милости и могущества! – И он указал на залитого жертвенной кровью Тавана. Тот был бледен и страшен, но жив. Мутные глаза бессмысленно шарили по сторонам, из открытого рта свисала тягучая слюна. Тарам с опаской подошел к брату. Нервно сглотнув, он заглянул Тавану в лицо. Неожиданно тот поднял голову и замычал:

- Ы-ы-ы…

Тарам отшатнулся и вопросительно посмотрел на колдуна.

- Твой брат еще не совсем здоров. Позаботься о нем, - сказал Марук. – Отведи его в тепло. Тарам осторожно взял брата под локоть и они, шатаясь и вихляя из стороны в сторону, двинулись к поселку.

Воины зашушукались, обсуждая чудесное воскрешение Тавана. Не давая им опомниться, Марук продолжал:

- Вы все видели – Старый Вепрь вдохнул частицу своего духа в мертвое тело, и наш родич, умерший от рук мерзких рыбоедов, ожил. Вознесшись на небо, дух великого предка победит этого скользкого червяка и заставит его вернуть солнце! Спокойно идите в свои жилища! Щур охранит вас от злых духов! – Голос колдуна звенел в морозном воздухе, вселяя надежду в малодушных. Луна освещала дорогу, и никто не стал трогать догорающие факелы из заговоренного круга. Когда все разошлись, Марук достал из-за пазухи припрятанное хрустальное яйцо, поднес его к глазам и залюбовался игрой лунного света в глубине кристалла. Мерцающие огни приковали его взгляд, и вдруг он словно провалился в сияющий омут. Водоворот света затягивал его все глубже и где-то там далеко в ослепительном свечении неявно виделся кто-то могущественный и огромный, ждущий ответа… Марук нечеловеческим усилием оторвался от созерцания, упал на колени и судорожным движением завернул яйцо в тряпицу. Он долго не мог отдышаться. Поколебавшись, он все-таки сунул сверток за пазуху, прислушался к своим ощущениям и, не почуяв больше ничего тревожного, вознес торопливую хвалу предкам.

 

 

Совушка не пошла смотреть на жертвоприношение. Она боялась и жалела лебединскую девушку, за которую некому было вступиться. Она еще раз пережила тот жуткий миг, когда сама чуть не оказалась на месте жертвы. Если бы не Картам… Что же делать, такова судьба. Если бы надо было отдать свою жизнь и молодость не чужому страшному богу, а заботливым духам Лесных Сов, она бы не испугалась. Всегда кто-то должен отправиться к предкам ради блага и процветания всего рода. Правда, на ее памяти деревянным идолам Лесных Сов подносили кровь только черных козлят и перепелок. Наверное, поэтому пращуры не смогли защитить их от нападения Вепрей. А Вепри не скупятся, щедро орошают алтари живой людской кровью. Их боги сильны.

Совушка свернулась калачиком и стала думать о своей жизни. Родной дом, отец и мать, братья и сестры, суженый, с которым они должны были пожениться в начале лета – все это было так далеко и нереально, будто и не с ней.… Словно она и не жила до того туманного дня, когда Вепри напали на Лесных Сов. Вся прежняя жизнь теперь не имела никакого значения. Если честно, то Совушка уже и не помнила лица паренька, с которым сговорили ее родители. Она и видела-то его всего несколько раз на праздниках, когда собирался весь род. Что теперь думать о нем! … А Картам такой сильный, такой большой, и ни разу не обидел ее! А как он странно смотрит, когда она подает ему миску с едой.…Если он смог защитить ее от самого Свирепого Вепря, то никто другой и думать не посмеет поднять на нее руку.

Совушка вспомнила, что среди раскиданных вещей было бронзовое зеркало. Она засветила лучину, нашла зеркало и стала разглядывать себя. Расплела косу, деревянным гребнем расчесала волосы, умылась, затем прибрала разбросанные пожитки. Когда у входа послышались тяжелые шаги, она рванула с шеи рябиновые бусы и встала навстречу своему мужчине.

Вошедший вслед за Картамом Мукун несколько мгновений постоял на пороге, потом насмешливо хмыкнул и вышел вон.

 

 

Чужое темное небо холодно смотрело на него тысячью глаз. Где же солнце? Крепче сжав пылающую головню, воин быстро зашагал к Большому дому, надеясь в шумном веселье толпы забыть свои страхи. Жаркий спертый воздух и разноголосый гомон окатил его у порога. Быстро проскользнув внутрь, он старательно завесил вход, чтобы никакие духи ночи не просочились в щели.

Потолкавшись достаточно времени среди родичей в Большом Доме, обсудив все последние события, полюбовавшись сочными прелестями Нинды и отведав ее стряпни, Мукун задумчиво брел домой. Пьяные разговоры и хвастливые песни о подвигах не развеяли его тревоги. Острое сомнение зудело у него в голове, как назойливый комар.

«Все сделано, как положено: Марук отслужил обряд, все принесли дары, красна девица принесена в жертву Старому Вепрю, но солнца-то нет по-прежнему! Может, в этих краях надежнее было бы обратиться к местным духам? Мне сразу не понравилась эта затея с разорением пещеры. Зачем сориться с чужими богами? Естественно, подземный Ящер в гневе, и Марук не может ему противостоять. Вот удобный случай сбить с него спесь! Если правильно подойти к этим юнцам, ученикам убитого жреца, с ними вполне возможно договориться. Как удачно, что именно Картам защитил пещерников от колдуна и его приспешников! Да, надо действовать, осторожно, но быстро!»

Обдумав все за и против, Мукун решительно откинул меховой полог. Их временное жилище преобразилось: все вещи были аккуратно разложены по местам, глиняный пол выметен и застелен чистой рогожкой, от весело горевшего очага доносились вкусные запахи. Всклокоченный Картам перебирал свои меха, с непривычно мягкой улыбкой поглядывая на раскрасневшуюся Совушку.



Элен Фрост

Отредактировано: 26.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: