Ангел на практике

Размер шрифта: - +

Глава двадцать вторая. О появлении главного злодея

      Голод был худ, словно скелет кожей обтянули. Гордыня был облачен в яркую, из бархата с золотом одежду в стиле времен Итальянского Возрождения. Фигуру Смерти окутывал темный балахон.

      — Кто посмел встать на пути Всадников? — голоса четверки прозвучали хором, словно говорил один. Чума крысой кинулся к братьям, но не теряющий бдительности Серафим его перехватил. Ударить помешало какое-то снисходительное сочувствие. И тут же раскаялся. Жалкий человечек пнул курсанта с неожиданной силой. Серафим охнул, но не упустил врага. Тот завертелся ужом, пытаясь вырваться из болевого захвата, и выронил свой пенал.

      Чума пронзительно завизжал, кинулся, пытаясь вернуть драгоценный свиток. Серафим оказался быстрее: подхватил предмет, привычно сунул за пояс на спине и встретил противника уже лезвием кинжала. Тогда Чума бросился к центру площади и вот уже вся четверка стоит рядом. Миг — и нелепые фигуры окутались туманом. И спустя несколько секунд в центре площади остался лишь один воин. Он был высок ростом, вдвое выше обычного человека и облачен в белые и пурпурные одежды. Его лицо сияло небесной красотой. Золотые волосы ниспадали вдоль спины. На голове его был венец, у пояса меч.

      Саня с какой-то злобной радостью раскинул руки:

      — Ну здравствуй, Безымянный Брат! Давно не виделись, со времен Египта!

      — Замолчи, падший. Пусть этот недоучка вернет то, что ему не принадлежит и не препятствует исполнению воли божьей.

      — Неужели божьей? — иронически прищурился Саня. — Что, папа так и сказал: «Туши свет, труби отбой»?

      Неожиданно Фима, любопытство которого отпусков не брало, выдал вопрос:

      — А разве бывают ангелы без крыльев? — действительно, в истинном облике Всадник все был подобен ангелу, но крыльев не имел. Падший тут же ответил, не отводя взгляда от противника:

      — Он же не просто так Всадник. У него конь крылатый должен быть ему под стать. Куда коня дел, братец? Цыгане свели?

      — Ты мне не брат, отродье тьмы! — зарокотал возмущенно Всадник. Саня пожал плечами. Все пару десятков секунд помолчали, потом Всадник напомнил:

      — Не нам и уж тем более не тебе сомневаться в провидении Отца нашего небесного. Так что не мешай, отдай нам то, что забрал этот глупый мальчишка.

      — Эй! Я лучший ученик курса! — возмутился Серафим, но никто не обратил на него внимания. Александр хмыкнул и ответил Всаднику:

      — Не у тебя одного есть Изначальное оружие. И я, падший, не дам уничтожить мир людей.

      Всаднику надоел этот спор, и он протянул руку, намереваясь сгрести, словно котенка, за шиворот курсанта. Серафим шустро уклонился. Другая рука великана пыталась сгрести Александра, но тот демонстративно путаясь в ногах, тыкая кинжалом и пинаясь, никак не давал схватить или раздавить себя. Всадник заревел от злости и боли, когда кинжальчик, маленький по сравнению с ним, прошелся по мышцам на икре. Разъяренный гигант выхватил меч, принялся им размахивать, пытаясь зацепить нахальных недо-воителей.

      — Что, братишка, с косой было бы удобнее? — съязвил Александр, не забывая уворачиваться. Серафим, отскочив подальше, подпрыгнул, пока Всадник был полностью сосредоточен на падшем. Раз подпрыгнул, другой. Маленькие крылышки на спине трепетали, пытаясь поднять курсанта в воздух.

      — Тяги не хватает! — пискнула в подворотне крыса, наблюдающая за всем этим действом. — Эх, пинка бы этой птахе… А то наш Фима, как ежик — птица гордая, сам не полетит!

      Крысу услышала только Ира. И тут же плюхнулась на колени, в пыль, молитвенно сложила ладошки и забормотала почти беззвучно молитву. Золотая нить протянулась от нее к курсанту, коснулась и в тот же миг маленькие, неожиданно окрепшие крылышки ангела-курсанта смогли оторвать его от почвы и он, радостно завывая, словно пикирующий истребитель, налетел на Всадника.

      Тот от неожиданности дернулся, отмахнулся мечом, пытаясь сбить курсанта, но Фима маневром «вниз и влево» ушел от атаки. Меч вошел глубоко в почву — инерцию никто не отменял — и Всадник с рычанием принялся дергать рукоять.

      В этот миг Александр, ринулся вперед, и в таком прыжке, что все атлеты мира обзавидавались бы, врезался плечом в грудь наклонившегося Всадника. Гигант зашатался, ему дополнительно отвесил крепкий удар в лоб Серафим, и противник рухнул на спину. Два лезвия одновременно вошли в его шею, один справа, другой — слева. Воители выдернули клинки, и из страшных ран хлынула кровь — черная, словно нефть.

      Серафим правильно приземлиться не смог, плюхнулся на задницу в пыль и с безумно счастливым выражением лица, хватал ртом душный воздух Сумеречного мира.

      Из подворотни, отряхивая килт, вышел демон.

      — Ну что я могу сказать? Молодцы, я ставил на него.

      — Умеешь порадовать, Филипп Филиппыч! — отозвался Александр, вытирая клинок. Серафим, отдышавшись, наконец выкрикнул:

      — Я летел! Я смог полететь!

      — Прямо Джек Воробей, крылышки такого же размера! — съязвил демон.

      — Капитан, капитан Джек Воробей, мой друг, — поправил его Александр, похлопывая Фиму по плечу. — Молодец, курсант! Поднимайся, домой пора, там посмотрим, за что сражались.

      — А… У нас есть деньги на самолет? — наивно уточнил Фима. Александр скривился на слово «самолет», Ира — на слово «деньги». Но тут Филя, пробормотав: «Шоб вы без мэне дэлали?» поманил троицу за собой. Буквально два поворота, четыре улицы — и они вышли из портала в подвале дома Александра.

      — Если ты так мог, чё ж ты, сволочь такая, туда нас так не провел?! — злобно вопросил Александр, выбираясь на поверхность и отряхивая свой любимый бежевый плащ.

      — Ты че, Сань, шутишь, что ли? Я ж все-таки бес, а ангел на посылках! И потом — если бы я знал, как ты, Саня, любишь летать на самолетах, я бы тебя с каждой получки на Бали приглашал!

      Падший, рыча, пошел врукопашную, демон с визгом и криком: «Вот она, ангельская благодарность!» обратился в кота и попытался удрать. Не удалось, Александр его поймал и, ухватив кота поперек живота, потащил зверька в квартиру. Бедный котик только глаза закатывал.

      Курсант устало вздохнул, поплелся следом за старшими. Сражение выпило из него все силы. В квартире Ира первым делом ринулась на кухню, зазвенела ложечкой в банке с вареньем. Александр плюхнулся на диван и начальственно крикнул:

      — И блинчиков там пожарь!

      — Я вам не домработница! — с интонацией, знакомой каждому шерлокоману, отозвалась Ира.

      — А мы голодные и злые. Щас вот обозлюсь еще сильнее, и перейду на темную сторону, а грех будет на твоей душе, Хранительница!

      Серафим, не прислушиваясь к привычной перебранке, поудобнее уселся в кресло и лениво вытащил из-за пояса то, ради чего они сражались с Всадником. Это был красивый тубус, украшенный резными полосами с кусочками картинки. Странно, но часть изображения стояла вразнобой, словно кто-то второпях покрутил-покрутил, да и бросил. Серафим с педантичностью, присущей каждому ангелу принялся вращать кольца, чтобы совместить изображение.

      Но в этот момент Александр оглянулся, увидел, чем занимается курсант и заорал во всю глотку:

      — Брось! Немедленно!

      Со страху и от неожиданности курсант повиновался. Свиток с размаху полетел в центр комнаты и… С ослепительной вспышкой и резким запахом серы, смешанной с фимиамом, посередине комнаты возник… Некто. Он выглядел старшим братом Александра, только был выше, несколько шире в плечах и с темно-русыми, кудрявыми волосами.

      Неизвестный первым делом схватил было свиток, но тут же с шипением выронил — пенал, мгновенно раскалившись, ожег его так, что на руке тут же принялись вздуваться пузыри. Дух изящно взмахнул рукой, исцеляя ее, и с ухмылкой осмотрел ангелов. Фили уже не было — он беззвучно перекинулся в муху и вылетел в окно, оставив детей Божиих самих разбираться с незваным гостем.



Екатерина Сестренкина

Отредактировано: 26.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: