Авторское право

Размер шрифта: - +

Авторское право

Фрагмент из интервью с А.Верещагиной
Корреспондент: Александра, у вас вышло уже более двадцати романов, ваши книги бьют все рекорды по продажам. В чем секрет вашего успеха?
А.В.: Работать, работать и еще раз работать. Любой успех – это на десять процентов талант и на девяносто – терпение и упорство.
К.: Можете вспомнить, с чего вообще начинался Осенний город?
А.В.: Конечно. Первой была Аллея Кленов. Как-то раз в парке увидела совершенно золотое дерево и подумала, что было бы очень красиво, если бы их была целая аллея. Потом пришлось придумывать, что же там, за Аллеей, и так появился и город.
К.: И еще один вопрос, Александра. В ваших книгах идет достаточно четкое разделение персонажей на темных и светлых. Вы и правда считаете, что зло обязательно бывает наказано?
А.В.: В моих книгах каждый получает то, что заслужил. Закон мировой гармонии в действии. 
К.: А как же Максим Ветлицкий? Он ведь тоже относится к темному блоку?
А.В.: Да, этот персонаж стопроцентно темный. Он действует исключительно по велению своей левой пятки, и это частенько заносит его в светлый лагерь. Предупреждая ваш следующий вопрос – нет, он не исправится и тоже понесет наказание, как только перестанет быть нужен. Пока же без него сложно обойтись. 
К: И еще один вопрос. Александра, как вы относитесь к так называемому фанарту? Приветствуете или, наоборот, вас раздражает, когда кто-то использует ваших персонажей без разрешения? 
А.В.: Раздражает. Как бы ни считали поклонники, я лучше знаю свой мир и своих героев, и только я могу сказать, как они поступят в следующий момент. Попытки же начинающих писателей начать думать за моих героев, мягко говоря, непрофессиональны и неправдоподобны.


Александра Верещагина перечитала интервью, поправила пару особо резких выражений и отправила документ обратно журналистке. Кажется, ее звали Катя. А может, и Настя? Кто же их разберет, этих одинаковых девочек, задающих одинаковые вопросы? И получающих такие же одинаковые ответы. 
«В чем секрет вашего успеха», надо же! Интересно, что бы они сказали, если бы узнали…
Александра представила, как бы выглядело это интервью, расскажи она все так, как на самом деле. Да ладно, никто бы и не поверил, в жизни такого не бывает. 
Писательница закрыла почту, потянулась и посмотрела на часы. Всего одиннадцать, еще есть время поработать. А это значит, отключить интернет, выключить в комнате свет, открыть файл с новой книгой и коснуться пальцами гладких кнопок клавиатуры. Поехали?
Свет фонарей, проползавший в комнату через оконные стекла, выцвел и потускнел, потом вспыхнул ослепительно-ярким сиянием. Александра протерла глаза, разгоняя плывущие перед ними цветные пятна. Она уже чувствовала мягкое тепло солнечных лучей на лице, осенний запах палой листвы, тихий шелест кленовых листьев, которым совершенно не нужен ветер, чтобы перешептываться о чем-то.
Итак, все снова получилось. Она была на Аллее Кленов.
На выложенную серыми плитками дорожку сел ворон. Крупный, угольно-черный, он казался лишним в этом царстве золота и багрянца, но он здесь бывал всегда. Словно наказание, как напоминание о том, что теперь здесь теперь другой хозяин.
Ворон хрипло каркнул, расправил широкие крылья и взлетел. Александра проводила его глазами. Шагов за спиной она, как обычно, не услышала, только негромкий голос:
- Добрый день, госпожа Верещагина. Чего вы желаете сегодня?

«Дворник сгребал с газона опавшие листья. Яркие…»
Клара раздраженно задвинула клавиатуру под крышку стола и крутнулась на вертящемся кресле. Как описать газон, она не знала. Представить-то его получалось без труда: глянцево блестящие от росы кленовые листья, накладывающиеся друг на друга резные края и проглядывающие между ними потемневшие травинки, и горьковатый осенний запах, пробивающийся сквозь городской дым. Но выражаться в словах газон ну никак не хотел. И потом, зачем вообще нужно художественное описание в детективе? Для сюжета это не важно, так что можно и пропустить.
Клара снова вытянула клавиатуру, стерла слово «Яркие» и написала: «Мимо проехала низкая черная машина. Дворник…» Девушке в красках представился этот самый работник по городскому благоустройству: низенький, какой-то весь кривоногий и почему-то в шапке-ушанке. И с граблями, конечно. 
- Ну что, - поинтересовалась она вслух. – Труп находить будем?
- Вот еще, - отозвался дворник прокуренным басом. – У меня енто, нервы не казенные. Пускай Пашка из третьего подъезда найдет. Они с пацанами кажный вечер за гаражами пиво пьют, вот пускай и ищут, стало быть, а я лучше на поминочках водочки откушаю. Договорились, цыпа?
- Изыди! – Клара махнула рукой. – Ну совершенно невозможно с вами работать!
- Дык… - мужичок почесал в затылке, и писательница отодвинулась подальше – не хватало еще блох подцепить от собственного персонажа! – Кого придумала, сталбыть…
Девушка метким пинком отправила дворника на проезжую часть, он врезался в проносившийся мимо джип и рассыпался облаком синего тумана с отчетливым запахом перегара.
- Какой автор, такие и персонажи, - вздохнула писательница и, сойдя с газона, направилась к гаражам. Труп лежал, где его и оставили убийцы, и сохранился неплохо – ночи стояли холодные. Рядом темнел след рифленой подошвы - важнейшая улика в будущем расследовании. 
Клара, загрустив, присела рядом на покосившийся деревянный ящик. Неизвестно, когда до сюда доберутся персонажи, да и доберутся ли вообще когда-нибудь? Нелегкое это все-таки дело – писать книги. 
«Может, вообще бросить? – задумалась Клара. – Не писательство - это мне с такой фамилией сам Бог велел! – но хоть детективы? И заняться любовными романами. В фэнтези мне – с моей-то фамилией! – вроде как и соваться неловко! После тети Саши…»
Проблема была в том, что Клара приходилась племянницей Александре Верещагиной, той самой, головокружительно известному автору романов в жанре фэнтези. А быть родственником знаменитости ой как нелегко! Во-первых, все заранее сомневаются в твоих способностях, логично предполагая, что талант – вещь штучная, и всем членами семьи в равной мере достаться не может. Во-вторых, если ты все-таки пытаешься попробовать себя в той же области, что и знаменитость, то от тебя почему-то ждут не меньших результатов, но читают только для того, чтобы в очередной раз сказать: «Нет, не то. Не дал Бог таланта!»
Воскресший дворник проковылял мимо гаражей, поправил шапку-ушанку, почесал в затылке и направился прямо к трупу, на ходу расстегивая штаны. Клара возмущенно вскочила на ноги, однако персонаж не обращал на нее внимания, целенаправленно маршируя к стене. Об руку трупа он споткнулся, чуть не рухнул на землю, потом снял шапку и перекрестился.
- Мать честная, никак жмурик! Чего ж делать-то, а?
Последний вопрос явно адресовался начинающей писательнице. Сцена таки сдвинулась с мертвой точки, и Клара радостно застучала по клавиатуре, описывая, как дворник – бывший военный, а что, нельзя? – сноровисто обыскивает труп, чтобы найти секретную флэшку и потом обменять ее на водку у продавщицы в круглосуточном магазине, по совместительству - главной героини романа. 

- Максим, - Александра со вздохом обернулась, уже зная, кого она сейчас увидит. Максим Ветлицкий, темный герой со светлыми замашками, отнюдь не ведущий персонаж, но при этом неуязвимый, выходящий без потерь из любой ситуации. Этакий Скарамуш, злой шут и вечный насмешник. Верещагина его терпеть не могла.
- К вашим услугам, сударыня, - Максим с привычной вежливостью поцеловал писательнице руку. – Как поживаете?
- Как будто вас на самом деле это волнует! - огрызнулась Александра, отбирая у него ладонь. Ее всегда раздражал этот самоуверенный мальчишка. Раздражал его фрак, который он носил так же непринужденно, как другие – джинсы и футболки; раздражали длинные волосы, собранные в аккуратный хвост. Ее бесила его вежливость, а попытки шутить и вовсе заставляли сжимать зубы, не давая прорваться откровенно злым словам. Он отравлял этот мир, он был здесь лишним. И все-таки избавиться от Максима было невозможно.
- Вы снова не в настроении, - Ветлицкий улыбнулся одними губами. – Что ж, тогда не будем терять времени на бесполезные церемонии. Какой сценой вам угодно заняться сегодня?
Этот вопрос, такой же традиционный, как их встречи на Аллее, уже давно был всего лишь формальностью. Максим знал сюжет ничуть не хуже, чем сама писательница.
- «Теневой» блок. Дом Виталия Огнева, - распорядилась Александра. 
Максим поклонился и протянул ей руку. Черный рукав фрака, белая перчатка – и ни одного участка открытой кожи. Иногда Александре казалось, что если ее персонаж снимет перчатки, она не увидит под ними человеческих рук. Там будут когтистые лапы или и вовсе пустота.
- Прошу вас, сударыня, - напомнил Максим, и Верещагиной не оставалось ничего другого, как принять его руку. А следующий шаг, сделанный вместе, уже перенес их в совсем другой мир.
Золотистая Аллея Кленов сменилась сумрачным коридором. Редкие светящиеся шарики под потолком не рассеивали темноту, а только населяли ее сотнями нечетких теней, таящихся на полу у стен. Их движения можно было уловить – краем глаза, но стоило только посмотреть прямо на них, как тени благовоспитанно застывали. И их шепот, который угадывался на периферии слуха, тогда почти затихал. Это заставляло нервничать даже Александру. Что уж говорить о молодом маге из «рассветных», которого занесло сюда интригами власть имущих – и волей писательницы, разумеется!
Ветлицкая уверено, как будто всегда жила в этом доме, прошла в кабинет и остановилась у закрытого ставнями окна. Максим отстал по дороге, и это радовало.
- Начали, - в полголоса скомандовала писательница. 
Виталий Огнев, глава «теневого» клана склонился над раскрытой книгой. Смутные слова пророчества обретали смысл – есть свет и есть тьма, из их противоборства рождается тень. Наступи полдень или полночь, и тени исчезнут. Нужно поддерживать обоих противников, чтобы выжить самому.
Визитер – тот самый гость из «рассветных». Разговор – такой, что летят искры, напряжение – почти можно ставить электростанцию и обеспечивать электричеством целый город. Принципы против целесообразности – предай своих, чтобы выжила целая каста. Помоги врагам, им ведь нужно совсем немного.
И – однозначное «нет» в ответ. Плевать на высшие цели, от грязи предательства не отмоешься никогда. Тьме и теням нельзя уступить даже в малом.
Отброшенная книга, захлопнутая дверь. 
Эпизод закончен.
Александра перевела дыхание. Персонажи сыграли замечательно. Была, конечно, пара спорных моментов в подборе выражений, но это можно подправить и потом, в тексте. Значит, все правильно. Но все-таки… Что-то неприятное царапалось в памяти, как будто забытый на плите чайник или не выключенный утюг. Настроение писать дальше пропало совершенно, хотя впереди был целый вечер, а в издательстве мягко напоминали, что можно уже задумываться о сдаче книги. У них, видите ли, дыра в плане. 
- На сегодня хватит, - вслух произнесла Верещагина, и мягкий свет резиденции снова сменился теплым днем на Аллее Кленов. Черный ворон, кося на нее круглым глазом, на одной лапе прыгал с плитки на плитку, играл сам с собой в классики. 
- Максим! – Александра топнула ногой. 
Взмах крыльев, разлетевшиеся черным снегом и бесследно растаявшие перья…
- Вы хотели меня видеть, сударыня? – юноша в черном фраке бесшумно появился за ее спиной.
- Разумеется! – писательница с ненавистью глянула на парня. – Выведи меня отсюда.
- Я попросил бы вас задержаться на минуту, - Максим подошел ближе. От него пахло дорогой туалетной водой со смутно знакомым ароматом – кажется, именно такой пользовался бывший муж Александры! – и от этого запаха сразу начинала болеть голова. – Недавно на неофициальном форуме ваших поклонников прошел конкурс фанфикшна. Я хотел бы забрать себе авторов, скажем, с первых трех мест. 
- Хватит и первого! – категорично отрезала женщина. Ей был откровенно неприятен этот разговор, впрочем, как и сам Ветлицкий. Каждый раз, когда он заводил речь об оплате за свои услуги, его хотелось немедленно убить. Вот только вряд ли бы Максим согласился отыгрывать эту сцену. 
- Вы уверены? – юноша открыл неизвестно как появившуюся у него в руках папку, полную отпечатанных на принтере страниц. – Взгляните сюда, сударыня. 
Александра страдальчески вздохнула, но заставила себя вглядеться в текст. Придуманный ею мир, ее персонажи, ее имена – и режущий глаза чужой стиль. Чужие мысли, приписываемые ее героям! Нет, эти, с позволения сказать, писатели заслужили то, что их ждет.
- Хорошо, - Верещагина подняла взгляд на своего собеседника, - ты можешь взять и их тоже.
- Благодарю, - юноша снова поклонился. Чернота его фрака на миг заслонила все, а когда мрак растаял, писательница обнаружила себя в своей комнате за компьютером. Файл с будущей книгой стал длиннее ровно на описанную сцену. Перечитывать ее пока почему-то не хотелось, но Александра не сомневалась, что все и так сделано безупречно. Максим всегда держал свое слово: ей нужно только придумать и посмотреть, как герои сыграют сцену. Текст же появится сам и будет идеальным, и так будет до тех пор, пока Ветлицкий получает свою плату. Но ведь десять-двенадцать жизней в год стоят того, чтобы остальные поклонники читали хорошие книги? 

Клара еще раз сохранила файл с курсовой и закрыла документ. Обещанные себе пять страниц были написаны, так что можно было заняться и более приятными вещами. Например, проверить форум. 
Браузер – Закладки – Сайт поклонников А.Верещагиной – Конкурс фанфикшна – Итоги. «Поздравляем, Ваша работа заняла второе место». 
Девушка от избытка чувств подскочила на кресле. 
- Ура, я молодец! Такая молодец, ну, такая, что дальше просто некуда!
Жаль, конечно, что не первое, но, в принципе, второе уже тоже очень хорошо. Есть, чем похвастаться. Может, даже тете показать. Она, конечно, говорит, что не любит, когда про ее героев пишут другие, но уж для родной племянницы, наверно, сделает исключение? Тем более, что фанфик получился намного лучше того чахлого детектива, с которым Клара мучилась сейчас. 
В детективе что – проза жизни и скука, собственноручно созданный не слишком реальный мир. А вот поиграться в мире чужом, прописанном настолько детально, что кажется, сама уже там была и все видела, - это же совсем другое дело. Там намного интереснее. 
- Так показать или нет? – задумалась Клара, для сравнения открыла свой детектив и перечитала уже имеющиеся страницы.
Действие там двигалось ни шатко, ни валко. Дворник таки нашел (титаническими усилиями автора!) флэшку, и правильно пропил, и главная героиня уже начала бегать по городу от убийц. Но до ее встречи с героем было еще как минимум три эпизода, а чего-нибудь романтичного хотелось бы уже сейчас. 
Клара страдальчески посмотрела на ровные строчки текста, закинула ногу на ногу и со вздохом откинулась на спинку кресла. А что делать-то, надо писать! За нее эту тягомотину никто не наваяет.
«Лариса знала, что на крыше ее отлично видно, и поспешила…» - написала Клара, и через миг уже смотрела на город с крыши многоэтажки. Был пасмурный день, солнце не могло пробиться сквозь плотную пелену туч, а налетающий ураганными порывами холодный ветер вызывал желание как можно скорее перейти к следующей сцене. Причем писать ее где-нибудь в доме, у теплого камина и на медвежьей шкуре. Ну и что, что лично Клара видела эту самую шкуру только в зоопарке на ее обладателе, а с каминами ей и вовсе сталкиваться не приходилось. Зато – романтика!
- Ну что, - девушка перевела взгляд на свернувшуюся за ограждающем крышу бордюрчиком героиню, - пора показывать чудеса ловкости.
Лариса сделала вид, что ничего не слышит, а Клара подошла к ограждению и заглянула вниз. Высоковато! Итак, если сейчас героиня уцепится вот за эту ржавую железяку, а потом встанет вон на тот кондиционер, то у нее есть шансы доползти до балкона. Выбить стекло… Или нет, пусть в квартире живет фанат свежего воздуха, и окно будет приоткрыто, а то еще неизвестно, реально ли разбить эти стеклопакеты, а попробовать не на чем.
Заморосил дождик, и Клара недовольно нахмурилась. Если героине придется скалолазать еще и по мокрым стенам, читатели вообще помидорами закидают, вопя, что такого быть не может.
- Ну, давай что ли, - щедро предложила писательница своей героине. Лариса сжалась в комочек и попыталась заползти под гудрон, которым была залита крыша. 
- Давай, руку сюда, ногу туда, раз-два – и ты уже на балконе. Там даже дома никого не будет, - продолжила соблазнять Клара. – А в холодильнике – торт с вишней. Ну, полезешь?
Лариса замотала головой, и писательница поняла, что чтобы сковырнуть Лару с этой крыши, потребуется написать как минимум еще одну погоню. Потому что под дулом пистолета Лариса полезет куда угодно, это уже неоднократно и успешно проверено.
Серую хмарь неба разрезали черные крылья, тенью заслонили горизонт, залили все вокруг непроглядным мраком. Лариса воодушевленно завизжала, и даже Клара удивилась вывертам своей фантазии. Вроде бы ОМОН писать хотела, а не апокалипсис! Страшно ей не было. В этом мире, который она придумывала, ничего не бывало на самом деле. Черная тень тем временем снижалась, уменьшалась, и вдруг стала обычным вороном. Он сделал круг почета над крышей, красиво опустился на блестящий от дождя гудрон и важно покосился на девушек круглым умным глазом.
Клара даже залюбовалась – слишком уж красивая попалась птица. Сам крупный, клюв темный, перья – одно к одному, лежат плотно и на свету даже синим отливают.
- Прошу прощения, я позволю себе вмешаться в ваш разговор, - неожиданно услышала Клара неизвестно откуда взявшийся мужской голос, и обернулась.
Он стоял на крыше, словно воплощение девичьей мечты о прекрасном черном маге или вампире. Темные волосы блестели от осевших на них капель дождя, выбившиеся пряди перебирал ветер, а глаза… Клара засмотрелась в них, утонула, как в подземном озере, без надежды выбраться. «Черный маг» улыбнулся.
- Разрешите представиться, сударыня, Максим Ветлицкий. К вашим услугам.
Клара хлопнула ресницами и вынужденно присела на парапет. Имя было более чем знакомым, образ – тоже. Именно так звали одного из героев тетушкиных произведений – совершенно потрясающего мага из «теневого» блока. Жаль только, что появлялся он в тексте не очень часто. 
- Вы – тот самый?!
- Да, - Максим сел рядом с таким видом, словно находился не на крыше типовой многоэтажки, а где-нибудь в салоне Анны Павловны Шерер. – Прочитал ваш фанфик и решил зайти выразить свое восхищение. 
- Вы… - Клара попыталась собраться с мыслями. – Вы читали? Но это же получается, что вы должны существовать! Где-то жить, иметь доступ к компьютеру или… Ничего не понимаю! Вас же придумала тетя Саша, как вы можете быть здесь?
- Вы обладаете редким для современных девушек умением правильно ставить вопросы, - обворожительно улыбнулся Максим, и у Клары закружилась голова, словно она уже падала с их крыши вниз, на прозаический серый асфальт. – Мир воображения – это довольно странное место. Вы никогда не задумывались, где находится то, что вы создаете в своих мыслях?
Он явно ждал ответа, но Кларе, как назло, не лезло в голову ни одной умной мысли. 
- Эм… Здесь? – она обвела рукой все вокруг. 
- Абсолютно верно, - уверенно подтвердил Максим. – Здесь и сейчас. Представьте себе, скажем, гроздь мыльных пузырей. Множество отдельных шариков, и тонкие, очень тонкие стенки. Если тебя знают, переходить из одного шарика в другой не составляет труда. В вашем фанфике я был, а через него добрался и сюда.
- Здорово, - согласилась Клара, все еще не уверенная, что ей это не мерещится. 
Ветлицкий поднял голову к серому небу. 
- Прошу прощения, не могу дольше злоупотреблять вашим вниманием. Мне пора возвращаться в свой мир. А это вам, - он протянул девушке белую розу. Темно-зеленый стебель, белые перчатки на сжимающих его пальцах, непроглядный мрак рукава. Кларе на миг показалось, что дотронься она до этой руки, то почувствует тепло живого тела. Максим был настоящим, куда более настоящим, чем все вокруг.
- До встречи!
Взметнувшийся вверх черный дождь, разлетевшиеся от него тучи – и черная птица растаяла в вышине. А тетя Саша никогда не писала, что Ветлицкий умел превращаться в ворона.
- Когда вернетесь – подойдите к двери…
Клара растерянно огляделась. Она стояла в прихожей, положив ладонь на дверную ручку. Звонок прорезал тишину квартиры, и девушка вздрогнула. Она точно была уверена, что вернулась в реальность, но то, что происходило здесь, казалось продолжением того разговора на крыше. И как, черт побери, ее угораздило переместиться от компьютера сюда?!
Снова раздался звонок, и Клара, обругав себя истеричкой и тряпкой, открыла дверь. 
- Салон «Максим», доставка цветов.
Курьер в кепочке с логотипом протянул девушке уже знакомую белую розу. Она была такой же – все лепестки, все капли от того, шедшего в воображаемом мире дождя. Клара уставилась на курьера, ожидая, пока он тоже превратиться во что-нибудь и улетит в открытое окно.
- Ну что же вы, берите! – курьер и не думал исчезать.
- А кто просил ее передать?
Лицо парня, наверно, студента осенила тень задумчивости, однако он быстро встряхнулся:
- Девушка, ну вы и вопросы задаете! Клиентов много, что я, всех запоминаю?! Забирайте розочку, и я пошел.

Александра Верещагина сосредоточенно шерстила интернет. В этом было что-то мазохистское – сначала по никам и профилям на форуме найти города, откуда родом будущие жертвы ее демона, потом смотреть сводку криминальных происшествий по ним и пытаться угадать.
Первая была из Владимира. Новостной сайт бесстрастно сообщал о трех ДТП, одно со смертельным исходом, кражах, ограблениях, угонах… и самоубийстве. Гражданка Сермагина Надежда Викторовна минувшей ночью спрыгнула из окна собственной квартиры. Записки нет, но эксперты считают… 
Писательница закрыла сайт и усмехнулась, пытаясь удержать рвущийся с губ истерический смех. Ничего криминального, конечно! Просто милиционеры с их развитой, как мозг динозавра, фантазией и представить себе не могут такой способ убийства. 
Ничего, к этому можно привыкнуть.
Завтра будет легче, а послезавтра Александра забудет и имя этой девушки. Можно привыкнуть, можно. И помощь Максима того стоит.
Демон – или чем он там был? – появился через два дня после того, как от Ветлицкой ушел муж. «С тобой невозможно жить, - говорил Коля, собирая вещи, - ты все время блуждаешь где-то в своих мирах, можешь говорить только о своих сюжетных ходах и своих персонажах. Да если бы я просто ушел, ты бы и не заметила!»
Она пыталась объяснять. Неправда ведь, он был ей нужен. И она честно пыталась быть хорошей женой – вот недавно готовила вареники и еще что-то. Борщ, кажется.
«Две недели назад! И это были щи!»
Ей все равно не верилось. Неужели можно бросить человека просто из-за того, что с ним неудобно жить? Ведь когда-то же и Коле нравилось, что жена легко может придумать историю хоть про чайник, хоть про цветок на клумбе, а борщ - или что там? – вовсе не был главным. Так почему? 
«А если бы это был сюжет?» - на миг подумала писательница, и все вдруг стало кристально ясно. Словно в темной комнате включили свет. Словно стены рухнули, и вокруг оказалась прозрачная до самого горизонта степь. Поздние возвращения. Командировки. Новый одеколон. И молчание в ответ на вопрос, не пора ли подумать о ребенке. Другая. Наверно, моложе, наверняка – преуспевающая молодая стервочка на модной тачке или домашняя курица, готовая ваять мясо по-французски хоть три раза в сутки.
Мир рухнул, муж ушел, и все истории вместе с ним. Многотомная эпопея – а тогда Ветлицкая писала всего-то третью книгу – грозила развалиться под грузом личных проблем автора, а попытки хоть что-то написать заканчивались очередной истерикой. Буквы отказывались складываться в слова, слова – в предложения. Воображение по-прежнему подбрасывало идеи, но записать их не получалось.
Наверно, надо было просто подождать.
Впрочем, сейчас легко было говорить о том, что надо было сделать тогда.
Максим появился неимоверно кстати. Улыбался, целовал руки, говорил комплименты и дарил цветы. Было смешно получать их из рук курьеров, которые вдруг забыли, куда шли. Виртуальный роман, свидания со своим воображением, долгие разговоры – с ним, с собой? Какая разница? Главное, он ее слушал, и он ее понимал – в отличие от всех остальных. Теперь Александра знала, что это существо ждало одного – ее жалобы, просьбы о помощи, и он дождался. «Могу помочь, - просто сказал он тогда. – Вам нужно будет только придумывать, текст будет появляться сам». И добавил небрежно: «Это возможно, просто надо уметь». Разговор о жертвах зашел только через несколько месяцев.
В углу экрана мигнуло окошечко скайпа. Племянница. Романтичное создание девятнадцати лет с вечными бредовыми идеями. Впрочем, какой еще быть в таком возрасте?
«Теть Саш, привет. Я знаю, что ты не любишь, когда по твоим книгам фанфы пишут. Но я все равно написала, и на конкурсе второе место заняла. Может, посмотришь?»
И ссылка на знакомый ресурс. 
Александра все равно прошла по ней, хотя уже каким-то шестым чувством и знала, какой текст и какого пользователя увидит. А ведь еще недавно она пыталась угадать, как будут звать вторую жертву. Теперь имя было известно – Клара, единственная дочка младшей сестры. Можно сказать, свет в окошке для всех родственников. Нельзя же позволить, чтобы ее убили!
«Ну, как тебе? Будешь ругаться?» - всплыл в правом углу текст.
Писательница продолжала напряженно думать. Что может Максим в реальном мире? Многое. На него нельзя заявить в полицию, нельзя никому рассказать… Как его остановить? «А может, он согласится на другую жертву? В конце концов, какая ему разница? – попыталась убедить себя Александра. – Предложу двух других, ну, трех…» Однако в глубине души жила стойкая уверенность – демон откажется. У него свои игры.
Женщина опустила пальцы на клавиатуру, прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на сюжете. Это был единственный способ встретиться с Ветлицким. 
Золото кленовых листьев после темноты перехода почти жгло глаза. Воздух пах свежестью и осенью, а тишина звала опуститься на порыжевшую, но все еще мягкую траву и остаться здесь навсегда. 
- Максим? – вполголоса позвала Александра.
С ветки отозвался издевательским карканьем черный ворон, взлетел, ловя ветер черными крыльями.
- Вы звали? – Ветлицкий как всегда вежливо поклонился. – Какую сцену пишем сегодня?
- Не трогай Клару, - без предисловий потребовала писательница. – Второе место на конкурсе… Это моя племянница. Оставь.
Максим изогнул губы в неприятной усмешке, молча мотнул головой.
- Вы отдали ее мне. Я заберу ее жизнь, ваши книги – ее талант. У девочки очень хорошая фантазия, Александра. Вот опыта ей не хватало.
У женщины перехватило дыхание:
- Она уже?..
- Пока нет. Я ждал, пока вы придете просить, - откровенно признался Ветлицкий. – Так хотелось послушать.
- Тварь… - писательница бессильно опустила руки. Она угадала правильно, но собственная догадливость ничуть не радовала. 
- Да, - так же легко подтвердил Максим. – Я так понимаю, работать мы сегодня не будем?
«Мы»! Ветлицкий действительно мастерски обращался со словами. Его короткие, безупречно вежливые фразы били почти как плеть. И его же емкий, ироничный стиль проскальзывал порой на напечатанных страницах книг Верещагиной, хотя сравнивать, кроме нее было некому. Он уже забрал себе придуманный ею мир, а теперь собирался забрать и племянницу.
- Чтоб ты сдох… 
- Это будет нарушением договора, - качнул головой Максим и неожиданно улыбнулся: - Лучше даже не пытайтесь, Александра. Пусть все идет, как шло, потому что без меня вы уже не сможете. Правильно?
Последняя фраза эхом отдавалась в ушах. Верещагина молча смотрела в монитор перед собой. Правильно, ну, конечно, правильно. Одна она больше ничего не напишет. Значит, придется искать другую работу. Значит, больше никаких встреч с читателями и литературных премий, никаких интервью и авансов от издательства. Писательница Александра Верещагина без своего демона станет никем.
«Пусть все идет, как шло».
Предложение было заманчивым. Только подождать, пока все случится само собой. И главное, ее, Александру, никто не заподозрит. Это будет самоубийство, или несчастный случай, или ограбление на улице. Что-нибудь из того, на что способен Ветлицкий в реальном мире. Но Александру с этим не свяжут точно.
Просто не нужно ничего делать. Да и что тут сделаешь? Не в полицию же заявлять на демона, который, пользуясь некоторыми особенностями русского языка, поедает жизни поклонников известной писательницы?! У Максима вообще было редкое чутье на такие нюансы языка. «Они ваши поклонники, - объяснял когда-то Ветлицкий. – Вы говорите про них: «Они мои», они скажут про себя: «Мы ее». Вслушайтесь, как это звучит. Это принадлежность, Александра. Они отдали себя вам. А то, что вам принадлежит, вы можете передать и дальше. Мне. Достаточно просто сказать: «Отдаю».
Чужие смерти Александра терпеть научилась. Что ей до абстрактных людей, к тому посягнувших на ее мир? Будто там Максима мало, портит все, до чего может дотянуться… Но Клара – это совсем другое дело! С ней приходилось сидеть, когда она была маленькой, водить ее в больницу и забирать из школы, когда Наташка, младшая сестра, и ее муж были заняты. С Кларой они ходили есть мороженое и кормить уток на набережной, и что, теперь перечеркнуть все это одним: «Отдаю»?
«Это будет нарушением договора», - сказал сегодня Максим.
Александра сжала зубы и шевельнула мышкой, разбудив компьютер. 
Создать – Новый документ Word.
Белизна чистого листа казалась издевательской. Уже пять лет Александра не видела листы пустыми. Была Аллея Кленов, потом – мир за ней, и готовый текст на выходе. 
«Ладно, придется вспоминать, - Верещагина побарабанила пальцами по клавиатуре. – Пускай это будет последняя книга…» Она внезапно разозлилась. Раньше же получалось справляться без Максима, получится и дальше. 
И вообще, демонов не существует.

Тетушка не торопилась с ответом. Клара успела три раза сбегать на кухню за чаем, съесть на нервах полкоробки конфет, а тетя все молчала. 
- Ну и ладно, - вслух объявила девушка, открывая свой детектив. Героиню стоило уже сковырнуть с крыши, и, чего уж таить, была надежда, что таинственный Ветлицкий снова заглянет в гости.
Серое небо все так же нависало над крышей. Лариса, успевшая за время отлучки автора где-то раздобыть дождевик и пачку чипсов, бодро хрустела химической картошкой. 
- То есть, в квартиру ты не полезешь? Ну и ладно, - сощурилась Клара. – Сейчас все поудаляю, и дело с концом!
Героиня не испугалась. Ей вообще было фиолетово все, кроме чипсов.
- Не стоит спешить, - по крыше запрыгал черный ворон, но голос раздался из-за спины девушки. Она с удовольствием обернулась, уже зная, кого увидит.
- Максим! 
- Снова я, - с улыбкой подтвердил колдун. Он стоял на парапете, без шляпы, в расстегнутом сюртуке, и выглядел куда более понятным, чем в первое свое появление. – Тебе понравился цветок?
- Да, - Клара нерешительно подошла ближе. – Но это значит… что ты можешь дотягиваться и до реальности?! 
- Курьеры тоже читают книги Верещагиной, - Максим пожал плечами. Ветер трепал полы его сюртука, заставляя их взлетать так, словно они пытались превратиться в черные крылья. – Хочешь, покажу еще один фокус?
- Конечно! 
- Иди сюда, - затянутая в белую перчатку ладонь протянулась навстречу Кларе. Девушка сделала шаг, другой, встала рядом с Ветлицким. Он взял ее за руку и показал вниз.
- Нужно прыгнуть. Не испугаешься?
- Здесь? – Клара насмешливо улыбнулась. В мире ее собственного воображения она могла хоть по краю вулкана безнаказанно ходить. – Ни капельки!
Перед глазами почему-то вдруг мелькнула улица, какой она виделась из ее окна, щеки коснулся прохладный сквозняк. Но это ощущение тут же исчезло. Подхваченные порывом ветра, мимо золотыми бабочками пролетели яркие кленовые листья.
- Черт!
- Что случилось?! – девушка обернулась к Ветлицкому и вскрикнула. Жилет парня был насквозь пропитан кровью. 
- В романе твоей тетушки меня только что убили, - Максим оттащил Клару подальше от края и отпустил ее ладонь, почти раздраженно отряхнув руки. Перед глазами девушки качнулась, закрываясь, и пропала створка окна. – И через какое-то время я исчезну.
Клара промолчала, не зная, что сказать. Прежде ей не приходилось задумываться, куда же деваются персонажи, когда отведенная им в тексте роль заканчивается. С теми, кто дожил до конца, все ясно – жили долго и счастливо, и все. А те, кому не повезло, выходит, исчезают?
- Насовсем? – зачем-то уточнила девушка.
- Вроде того, - Максим задумчиво посмотрел на нее. – Правда, есть варианты. Может быть, хочешь спасти мне жизнь?
Клара растерянно кивнула. Да кто бы смог отказаться от такого предложения? Разве что совсем уж негодяй!
- Впиши меня в свой текст, - начал излагать свой план Ветлицкий. – Не под этим именем, конечно, и не главным героем. Кто-нибудь из второстепенных персонажей, изредка появляющийся в тексте и живущий без трагедий и потрясений, мне вполне подойдет. Не очень сложно?
- Да… Попробую, - пообещала девушка. – Правда, меня свои-то персонажи не слушаются, что уж говорить о чужих!
- Ничего, - сюртук на Максиме постепенно превращался в кожаную куртку, а шейный платок – в высокий ворот водолазки, - эту проблему мы с тобой как-нибудь решим, когда разберемся с моей новой жизнью.

Фрагмент из интервью с А.Верещагиной
К.: Ваша новая книга вышла значительно позже, чем планировалась, и сильно отличается от предыдущих книг цикла. Все отметили и новый стиль, и неожиданные сюжетные повороты вроде гибели Максима Ветлицкого.
А.В.: Да, я успела многое обдумать, и поэтому изменения в сюжете абсолютно логичны. 
К.: И вы признали за некоторыми персонажами право на исправление ошибок?
А.В.: Ошибаться может каждый. Главное – признать это вовремя. А если слишком поздно... Тогда надо очень постараться, чтобы дальнейшая жизнь была не зря.
К.: Ваша племянница тоже начала литературную карьеру, у нее выходит уже третья книга. Вы гордитесь родственницей или считаете ее конкуренткой?
А.В.: Мне нравятся ее книги, но, как я уже говорила, ее методы я не одобряю. Не могу ей ничего запретить, о цене она сама все знает… Могу только надеяться, что она найдет в себе силы отказаться.



Лина Метеле

Отредактировано: 03.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться