Байт 2. Блуждающие лабиринты Гиннунгагапа.

Глава 10.

X

«Вы не можете влиять на все ситуации в своей жизни,

но вы несомненно можете влиять на ваше отношение к ним».

Зиг Зиглар.

Антон.

Земля 2043 г.

Меня посетило очередное дежавю. «Нива – Арктика» шла мягко, бесшумно и энергично подминая под себя одно за другим свеженарисованные тире дорожной разметки. Снова под колесами неизменное шоссе А-119, после съеденного в том же придорожном кафе позднего завтрака. Можно было рвануть по Е-105, но не хотелось вписываться в плотный трафик движения дальнобоя, идущего на Питер. Сегодня меня очень радовало отсутствие крюка на Архангельск. В сравнении с прошлой поездкой, дорога намного проще. Сначала пойдем через Вытегру и Пудож прямо на Медвежьегорск, а дальше до Поросозера и направо, на Гимолы. Там, в самом конце, на т-образном перекрестке еще раз направо, и…

Дальше никуда ты не денешься. Все время по главной, пока не упрешься в полуразрушенный мост через Тяжу. Что интересно, я думаю этот факт тоже можно отнести к аномалии Смерть – Горы, - на его полуразрушенность жалуются уже почти сто лет, с тех пор, как взвод отряда «Боевые друзья», навел переправу для отступающих остатков бригады Григорьева, выживших после боя на высоте 264.9.

А потом, если через мост переберешься, уже тебе решать, - направо пойдешь и колеса потеряешь, или налево поедешь, и мотор выпадет. Все равно - кругаля давать по местности сложной и особо пересеченной, если авто позволяет. Въезд на Воттаваару возможен только с северо – востока. «Арктика» позволяла, проверено. Дима как непреложный факт сообщил, - там мы пойдем налево. А че, нормальный пацанский ход!

После Вытегры я сменил Диму за рулем. Он прикемарил, а я спокойно вез нас к очередным неожиданным приключениям, размышляя о событиях последних сумасшедших месяцев. Они неслись вперед неуправляемым локомотивом, все время, норовя выйти из-под контроля. И во всем этом радовало одно, - кто-то положил перед ним рельсы, иначе уже давно валялся бы под откосом. Вместе с нами. Такими всеми из себя великими и незаменимыми вершителями судеб человечества. И никаких особых действий отчаянных партизан для этого не потребуется.

После Медвежьегорска я решил ехать не на северо - запад через Евгору и Паданы, где путь немного короче, а почти на юго - запад, - так дольше, но по хорошей дороге. А по времени должно получиться то же самое. Тем более, дорожка та, к Сегозерскому, походу вообще конченная. Я проводил взглядом два «Jeep»-а – близнеца, хозяева которых дружно меняли пробитые на обеих машинах колеса.

Проехали Юстозеро. Дорога извивалась змеей, потихоньку забирая к западу. Встретилась еще одна машина с пробитым колесом. Я начал притормаживать, намереваясь предложить помощь, но водитель замахал руками, мол, спасибо, не надо.

Через час начало смеркаться. Меня всегда поражали почти мгновенные перемены северного лета. На летнее равноденствие, - белые ночи, а уже в конце июля, - темнота, хоть глаз выколи.

Не доезжая до Поросозера, повернул направо, на Гимолы. Километров через восемь, слева в свете полной луны обозначилось озерцо. Я съехал на обочину и заглушил мотор. Дима давно уже проснулся, но сосредоточенно молчал, думая о чем-то своем.

- Перекусим? – предложил я, и не дождавшись ответа, выбрался из машины. Прошелся вокруг, разминая ноги и массажируя затекшую шею. Далеко впереди играло северное сияние, озаряя небосвод яркими фосфоресцирующими всполохами. Странное оно какое-то. Не обычное, зеленоватое, широкими мазками расцвечивающее близкое небо над головой, а цветное, черкающее темноту от горизонта вверх, к звездам, сполохами непередаваемой красоты. Почти такое же, только плещущееся в горизонтали, я видел всего один раз, тоже в начале августа, снег уже первый выпал, - за сто пятьдесят километров от Чокурдаха вверх по Индигирке, ближе к устью. Мы тогда неплохо мамонтового бивня собрали. Только вывезти, целая проблема оказалась. Вроде как, мы не бивень промышляли, а маковое молочко собирали с целью наживы, честное слово!

На самолет тогда мы так и не сели. Еще и отступных погранцам дать пришлось, во избежание. А домой ушли вместе с Северным караваном, завершающим навигацию, и возвращавшимся в Мурманск. Они сделали остановку, чтобы партию геологов из Русского Устья забрать, ну и нас не бросили. За два бивня. Один – начальнику навигации, а второй, - капитану теплохода «Герой СМП», старожила Северного морского пути. Да и ладно, не жалко. У нас тогда этого бивня, два десятка на пятерых оставалось. А геологи, веселыми и компанейскими ребятами оказались. С тех пор я почти не пью, - меня от спирта воротит.

Прогулялся в кустики и забрался обратно в машину. На улице особо не посидишь, комары еще спать не легли, заедят насмерть. Молча пожевали заготовленных бутербродов, запили остывшим чаем из термоса и, укрывшись спальниками, устроились спать.

Утро встретило свежим ветерком, который быстро разогнал опустившийся туман и помог первым солнечным лучам коснуться земли. День обещал быть замечательным.

Почистили зубы, умылись у озера, позавтракали и не торопясь, поехали дальше. До цели оставалось недалеко. Километров пятьдесят до Гимол, а вот уже за ними, - будет и сложнее и дольше. Там дорога только для лесовозов, да еще для таких бестолковых с шилом в заднице, как мы.

Перед деревней стоял унылый пустой «Лендкрузер – 600» со всеми пробитыми колесами. У них тут что, банда какая-то, нанятая безбашенным владельцем шиномонтажа, работает?

В Гимолах заглянули в только что открытый заспанным продавцом магазинчик с названием «Вот товары», - символично, и неприкаянных прохожих эзотериков привлекает. Печенья к чаю купили. Овсяного и галетного. Все остальное заготовили еще дома, а про десерт как-то забыли.