Белое на голубом

Размер шрифта: - +

глава 25

  Евтихия ожидала появления Морфоса, мечтательно насвистывала балладу о любви, сочиненную знаменитым поэтом древности. Та история, рассказанная духом земли, произвела на голубку неизгладимое впечатление, посеяв в душе ростки надежды, что со временем все наладится и будущее еще принесет ей счастье. Она даже стала прибираться в пещере, выметая хвостиком пыль и каменную крошку. Правда птица не совсем понимала, зачем это нужно девушке, но возражать не стала. Вообще, они постепенно становились одним целым, воспринимая прошлый опыт и убеждения друг друга. Вероятно, оттого что были во многом схожи.  

  А когда покашливая появился дух земли, показав свое лицо из скалы, она радостно зачирикала:

- Добрый день, уважаемый Морфос, добрый день, дедушка!

- Кушать будем?

- Будем!

- Ягоды или зернышки?

- Ягоды... и зернышки!

- Вы уж определитесь, милые, - Морфос затрясся от смеха, но вырастил и то, и другое, - Тогда вперед! А потом сказку...

  Но последнюю фразу он вслух не произнес.

  Через минут пятнадцать сытая голубка вернулась, вертя головкой и блестя глазками-бусинками. Она пританцовывала на месте и покряхтывала, не решаясь напомнить древнему духу о том, что обещанные легенды пора бы уже начать рассказывать, потому что любопытство просто раздирает ее, но Морфос сжалился сам.

- Ну, милая, о чем мы сегодня будем слушать?

- Ммммм... О драконах!

- Так понравились?

- Да... – она мечтательно подкатила глазки.

- Ну, выбирайте, какую вам легенду: веселую, грустную, или поучительную.

- Пожалуй, лучше сначала поучительную, - сказала девушка.

- А про любовь нету? – чирикнула птица.

- Они все про любовь, - ответил древний дух земли.

- Ну, тогда пусть будет поучительная, - согласилась птица.

- Так вот, слушай Евтихия. Эта история будет о том, как властители Страны морского берега обрели символы власти. Вернее, как вообще появилась Страна морского берега.

- О... так это про нашу историю? Мне Алексиор рассказывал...

- Этого девочка Алексиор не мог тебе рассказать, об этом теперь, кроме непосредственных участников, помню только я, да еще может быть Сафор.

- Ух ты... – птица даже присвистнула, - Дедушка, вы такой... и так много чего знаете...

- Кх-кх-кхммм... – прочистил горло древнейший и смущенно заулыбался.

  Ибо искреннее восхищение приятно всем, даже тем, кто помнит, как над землей впервые взошли луна и солнце.

- Значит так. История эта про синего морского дракона, - Морфос повел бровями, - Раньше они населяли моря и океаны, и были царями всего, что живет в воде, но со временем враги, пользуясь их природной добротой и благородством, стали истреблять их, и теперь уже много веков морских драконов никто не видел.

  Древнейший вздохнул.

- Когда появились первые люди... Они охотились на морских драконов. Да и вообще, охотились на драконов.

- На драконов? Охотились... – была потрясена Евтихия, - Но зачем? Как? Разве их мясо можно есть?

- Нет, их мясо есть нельзя. А охотились в основном для самоутверждения, ради славы. Ну, представь, огромное крылатое чудище, зубастое, дышащее огнем, и его побеждает герой. Обычный человек. Любой мужчина мечтает стать героем.

- Я слышала, что драконы уносили скот, похищали принцесс, потом требовали выкупа, а рыцари, освобождая прекрасных дам, сражались с драконами, и побеждали этих злобных чудищ.

- Нет, милая, никогда драконы не нападали на людей первыми, никогда. В их сердце слишком много любви, она и порождает тот драконий огонь. Любой дракон превыше всего ценит жизнь других существ. И только доведенные до крайности, они иногда предпринимали эти акции протеста. В надежде как-то договориться с людьми о ненападении. Но люди безжалостны.

- То, что вы говорите, ужасно, - поникла голубка.

- Да, ужасно. К тому же кровь дракона и его шкура, особенно чешуя, пригодны для создания мощных артефактов. Потому тех драконов, которых не убили чванливые рыцари ради славы, потихоньку добили колдуны, чтобы растащить на артефакты. А ведь и тут можно было договориться... Однако люди бывают жадны и безжалостны.

- Все это очень печально слышать, и если эта история поучительная, то какова же печальная? – пробормотала Евтихия.

  Морфос покряхтел, морщась, потом лицо в скале разгладилось и осветилось улыбкой:

- Так вот. Я ведь сказал, что история про любовь, не так ли?

- Ага... - голубка затихла в предвкушении.

- Жил в те времена простой рыбак по имени Силевкс.

- Ой, так звали отца Алексиора! – воскликнула Евтихия.

- Да, это очень древнее имя. Да... А Силевкс этот был красивый молодой парень, сильный, добрый, справедливый и умный. Парень был беден, но доволен жизнью и всегда готов поделиться с любым путником всем своим добром. Из имущества у него была всего только лодка да сеть, да еще маленькая хижина. Здесь в скалах, у самых фиордов. Родители его уже состарились, он один выходил в море, но того улова, что приносил Силевкс, им с лихвой хватало. А подальше от моря, вглубь, там, где зеленые луга, жила семья Борегарса. Тот был богат, имел обширные земли и много работников, его семья занималась скотоводством и земледелием. И было у него три сына и одна дочь Нириам. Нириам была красавицей, - Мрофос вздохнул, вспоминая высокую краснощекую жгучую красотку с копной вьющихся каштановых волос, - Она веселая была, всегда смеялась...

  Голубка устроилась поудобнее, истории про любовь надо слушать внимательно, чтобы ничего-ничего не упустить.

- Надо сказать, - продолжал Морфос, - Что в те времена людей на свете было мало. Не то, что теперь. Во всей округе жило всего несколько семейств. Вот... Пришла пора выдавать Нириам замуж, Борегарс объявил всем, что лучшему из лучших достанется его красавица дочь, а вместе с ней и половина всех его богатств.



Екатерина Кариди

Отредактировано: 26.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться