Безудержный ураган

Размер шрифта: - +

Глава 22. Вальдар на ужин

 

Бруснир падал в кромешной темноте, скользя спиной по изгибам древесной утробы. Она оказалась полой внутри, сплошь покрытой мерзкой воняющей тухлыми яйцами слизью. Прямо под вальдаром что-то тоже неслось вниз, негромко постукивало и перекатывалось. Бруснир старался не думать о том, что это половина Тайра. Пытался ухватиться за что-нибудь и остановить падение, но ничего не выходило. Его руки скользили по абсолютно гладким поверхностям.

Наконец, Бруснир грохнулся во что-то мягкое, и какое-то время медленно опускался ниже и ниже, на самое дно. Приземлившись, вальдар шумно выдохнул и порадовался уже тому, что не разбился. Кожу на лице, руках, да, пожалуй, везде – щипало. Но больше всего болела и пульсировала рана на ноге.

Бруснир тяжело поднялся и сел. Сотворил маленький шарик света в воздухе и огляделся. Со всех сторон его окружали заросли. Они состояли из отдельных  мягких кругляшков, покрытых волосками, и свободно расступались, когда вальдар отодвигал их рукой. Все кругом было заполнено этими губчатыми подушечками, непонятно как левитирующими в воздухе. Как и все здесь, они тоже оказались покрыты слизью. Бруснир и сам насквозь пропитался ею. Пахло тут отвратительно – полупереваренной несвежей пищей.

Подвесив заклинание света чуть впереди себя, воин встал и прошелся в одну, потом в другую сторону – ничего не менялось. Пейзаж оставался все тем же. Кожу щипало все сильнее, и Бруснир заметил, что она покраснела, как при сильном раздражении. Присмотрелся внимательнее – кое-где даже образовались кровоподтеки.

– Проклятье, ну этого еще не хватало! Меня пытается переварить дерево! – вальдар сел и сосредоточился. Он пытался сотворить некий магический барьер на всей поверхности своего тела. И, кажется, это ему удалось, потому что неприятное пощипывание прекратилось, а рана на бедре перестала гореть огнем и дергать.

«Если сегодня меня не растворят – уже хорошо», – подумал вальдар и откинулся на спину. Закрыл глаза и постарался расслабиться, насколько это вообще возможно, находясь в желудке гигантского дерева. Надо было как-то выбираться, но Бруснир понятия не имел как именно. Все, что ему удалось придумать, это встать и бродить по утробе, ища выход или хотя бы стены.

Подсвечивая дорогу заклинанием, Бруснир пошел в какую-то из сторон наугад. Руками раздвигая плюшевые шарики перед собой, старался не касаться их лицом и шеей. Его коробило от гадкой слизи, которой они были покрыты. Невыносимая вонь окончательно портила настроение вальдара. А еще он представлял, что где-то здесь в темноте лежат обе половины Тайра, и гнусное дерево уже начало процесс пищеварения. Бруснира мутило. Весь этот странный лес сросся между собой и здесь, на нижнем уровне, утроба деревьев стала единой. В ней-то и бродил воин. Пройдя около сотни шагов, он уперся в твердую стену. Не стену, конечно, кору. Вальдар постучал по ней кулаком, как и следовало ожидать, тверже твердого.

Вздохнув, Бруснир попробовал магию, меч, нож – ничего не помогало и даже не оставляло царапин на проклятой коре. Значит таким путем ему не выбраться.

– Гэртова бездна! А каким же путем отсюда выбираться? – ругнулся Бруснир и отправился дальше бродить внутри дерева. Он шел вдоль коры, прощупывая, проверяя. Надеялся найти просвет или трещину. Все бесполезно. Выхода из ловушки не находилось. Спустя бесконечное число часов, измученный и обессиленный, Бруснир прилег и постарался уснуть. Перед сном в голове мелькнула последняя мысль: «Хорошо бы во сне не стать обедом». Сложно удерживать магическую защиту на коже, когда спишь. Оставалось надеяться, что в случае пробоины, неприятные ощущения разбудят вальдара до того, как будет поздно.

Вскоре так и случилось – Бруснир проснулся, оттого что все тело нещадно саднило. Он резко сел и восстановил защиту. Только после этого зажег свет и осмотрел себя. Кожа приобрела неприятный красный оттенок, кое-где появились небольшие ранки. Вальдару хотелось спать, голова болела, а в желудке бурчало от голода. При этом слегка подташнивало, скорее всего, из-за дурнотного запаха, что витал вокруг.

Бруснир всерьез подумал, что это зловоние его и добьет. Кажется оно потихоньку отравляло его, так как самочувствие стремительно ухудшалось. Вальдар встал, повесил светящийся шарик над левым плечом и снова пошел вперед. Пытался найти место, где можно забраться наверх. Но никаких уступов не было, только гладкая поверхность коры и губчатые заросли, которые не давали опоры.

Бруснир потерял счет времени и начал терять надежду. Когда сил совсем не осталось, он повалился на дно и забылся тяжелым сном. Но поспать снова не удалось. Несколько минут спустя он уже проснулся от ноющей боли во всем теле – дерево снова ело его. Вальдар восстановил защитное заклинание, зарылся руками в волосы, они были клейкими и слипшимися. Бруснир не обратил на это внимания, он давно уже весь покрыт этой гадостью. Поначалу вальдар думал, что умрет здесь от голода, теперь понимал, что умрет от того, что не сможет спать. Сколько он уже блуждал без сна? Около двух суток… Точно Бруснир сказать не мог – ощущение времени пропало, растворилось в этой гигантской утробе, как и все, что сюда попадало.

 

***

 

Шаймор так и просидел возле захлопнувшейся древесной пасти до самой ночи. Иногда он вставал, ходил кругами и был совершенно потерян. Что делать дальше? Как помочь Брусниру? Или он уже погиб и помогать некому? В сумерках Шаймор вернулся к лагерю вальдаров и долго не решался приблизиться. Не знал, как можно прийти и заявить, что вернулся один, а остальные погибли.

Совершенно всерьез Шаймор жалел, что это не он провалился в проклятое дерево. Всем было бы лучше, если выжил Бруснир. Что теперь делать с этой гэртовой экспедицией? Мрачнее тучи Шаймор вошел, наконец, в лагерь и никто долго не решался у него ничего спросить. Он просто шел, а все смотрели на него и понимали по лицу и потому, что он вернулся один – случилось страшное.



Данта Игнис

Отредактировано: 29.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться