Борщ, цветочки и волшебство

4

***

Собраться удалось за каких-то полчаса. Маг-менталист и бывший боевик на время переквалифицировались в банальных грузчиков, унося пространственными коридорами не только предвкушающих весёлый праздник детей, но и многочисленные блюда, заготовленные для новогоднего стола. Даже мою фирменную фаршированную индейку, гордо возлежавшую на подносе на подложке из пюре с зелёным горошком, отправили в Подмосковье в мановение ока.

В квартире остались только мы с Вадимом. И последний явно нервничал – прежде растворяться в воздухе, чтобы тут же очутиться в десятке километров отсюда, ему не приходилось.

– Не волнуйся, – я с улыбкой коснулась его руки, согревая ледяные пальцы. – И спасибо тебе.

Вадим скупо кивнул, а в следующий миг вернулся Кир с братом – так сказать, за последней порцией.

– Вы не устали? – на всякий случай поинтересовалась я. Ирриан самодовольно мотнул головой:

– По секрету, я теперь вообще никогда не устаю, у меня личная «батарейка» появилась. Давай, цепляйся, как раз познакомитесь, ты же Лику, наверное, ещё не видела ни разу.

Последним, что я услышала до того, как под ложечкой засосало, а бежевые стены с повядшими розами смазались, исчезая, был предвкушающий смех Кирилла...

Едва открыв глаза после перемещения, я первым делом бросилась к мужу – зелёному, аки ель. Но, как ни странно, кроме цвета лица всё было в норме – и зрачки не расширены, и давление не скачет, и перед глазами не двоится. Всем бы так безболезненно переносить магические транспортировки, особенно в зрелом возрасте, а румянец и от бокала шампанского проявится.

Удостоверившись, что с самочувствием мужа полный порядок, я взялась за поиски детей. Ясмина обнаружилась сидящей на диване возле темноволосой красавицы, напоминавшей манерой поведения какую-нибудь светскую львицу или актрису. Дочь на брюнетку глядела, буквально открыв рот и ненавязчиво отзеркалив позу своего нового кумира – сама бы она никогда не села, грациозно скрестив лодыжки и чинно сложив ладошки на коленях.

Дивная красавица оказалась супругой Антона Северского, близкого друга Ирриана. Ни о ней самой, ни об Антоне я прежде ничего не слышала, но и отказываться от знакомства не стала. Тем более Ясмина, посидев минут десять возле неё, успела передумать о карьере модели, нацелившись пойти в большую политику и бороться, как «тётя Инга», за права волшебных существ в современном мире.

Я покивала, втайне обрадованная перспективой высшего образования у собственного чада, и отправилась дальше. Один ребёнок найден, осталось ещё три.

Азалия увлечённо играла в обществе сыновей Марго, а рядом с ними в манеже активно ползал маленький медвежонок, который, если бы не рычал, напоминал бы милую меховую игрушку. Вдруг зверёк чихнул, резко кувыркнулся через голову и упал на подушки крупным пухлощёким младенцем в памперсе с Винни Пухом. Хм, символичненько, у его родителей явно имеется чувство юмора.

А вот и они, наверное. По крайней мере широкоплечий мужчина в натянутой на груди футболке со вставшим на задние лапы медведем-гризли буквально рычит о своей природе. Настолько явно и угрожающе рычит, что даже подходить и знакомиться страшновато – а вдруг укусит?

– Это Роман и Милана, – шепнула мне Клео, проходя мимо с подносом, полным разносолов. Я подхватила тарталетку со сливочным сыром и пристроилась следом, ожидая пояснений, и сестрёнка не разочаровала: – Они из верхушки оборотнического общества. Он – сын вожака какой-то европейской общины, она – из исчезающего вида тигров, занесённых в Красную книгу перевёртышей... В общем, у нас тут сегодня небольшой зоопарк.

– Ага, я видела медвежонка в манеже... он не опасен?

– Миха то? Да нет! Милейший карапуз, пока только агукает, не ходит ещё, а ипостась меняет, представляешь? Если бы я изучала природу оборотней, непременно взяла бы его кровь на анализ. И родителей, разумеется – они же абсолютно разных видов, а потомство, как видишь, вполне жизнеспособное.

Кто о чём, а Клео даже в новогоднюю ночь всеми мыслями в работе, дописывает диссертацию и придумывает темы для новых исследований. Такими темпами до практики изучения генной совместимости ведьм и демонов нескоро дойдёт, а ведь какой проект пропадает! Я бы, например, на результат с удовольствием глянула и даже понянчилась.

– А ты моих девочек видела? Где они?

– Лаванда маме на кухне помогает, а Мила на улице, с Антоном. Её как Риан перенёс и ему в руки передал, так они и неразлучны.

– Антон? Что за Антон? – мигом насторожилась я. – Ей всего пять, рано ещё кавалерами обзаводиться!

– Да какие кавалеры, – махнула рукой Клео. – Антон – это Антон Северский, какой-то питерский бизнесмен, выручивший Ирриана из той февральской передряги. Помнишь? Они с тех пор дружат активно. И с Кириллом дела какие-то ведут.

Я покивала головой – это сколько ж всего случилось за год, пока мы с Вадимом сторонились маг-сообщества, как огня! Про покушение на министра я слышала, конечно – все новостные каналы об этом трубили, но остальная волшебная жизнь протекала мимо, почти не касаясь. И теперь я, как губка, впитывала витавшее в воздухе настроение, чувствовала кожей щекотку чистой магии и не могла перестать улыбаться и дышать полной грудью.

Лучше, пожалуй, на воздух выйти, а то ненароком взорвусь от впечатлений и эмоций. Да и Милу разыщу заодно, раз остальные под присмотром.

По привычке накинув чей-то канареечно-жёлтый пуховик, одиноко висевший на вешалке, я выскочила на крыльцо, жадно глотая по-летнему тёплый воздух, наполненный ароматами трав и цветов. Контраст Москвы, утопающей в снегах и реагентах, и родного посёлка, где круглый год стояло лето, был особенно силён после долгой разлуки. Как же я, оказывается, скучала по этому месту – не осознавала даже, пока не приехала.