Черная Вишня. Вероника из рода Шенк (часть 2)

Глава 20

ГЛАВА 20

По-моему, страстное заблуждение лучше равнодушного непонимания.

Сегодня снова похолодало, и после недавней оттепели я, не выходившая из театра два дня, зябко поежилась и пожалела о забытых в башне рукавичках. Попыталась спрятать кулачки в рукава — карманы в шубке предусмотрены не были. И вздрогнула, когда на плечи опустилась пола теплого плаща. Шер глянул укоризненно. В итоге одну руку я приютила за пазухой, а второй неуверенно обхватила его светлость за талию. Шер прижал меня крепче, так мы и двинулись дальше. Некоторое время просто брели по скудно подсвеченным фонарями улочкам. Еще встречались прохожие, но час-полтора — и все разойдутся по домам. Это не столица, где жизнь не замирает даже ночью.

— Куда мы идем? — Очередная улочка вернула нас почти туда же, откуда мы пришли, — на центральную площадь.

— Гуляем, — невинно заявил Шер, к горячему боку которого я была прижата.

Несмотря на распахнутый плащ, он, похоже, совсем не мерз. Магия, наверное, надо тоже научиться.

— Надеешься дождаться, пока я остыну?

— Лишь бы не замерзла. — Он все-таки остановился и обнял меня теперь уже двумя руками.

И опять я не стала сопротивляться.

— С таким подогревом можно гулять вечно. — Сомневалась недолго, а потом прижалась щекой к теплому сукну.

— Вечно не получится. — Мне показались эти извиняющиеся нотки в голосе? — У меня время до полуночи.

— Ясно, а в полночь все принцы превращаются в тыкву, то есть в крысу…

— Что? — Шер даже отстранился, чтобы заглянуть мне в лицо, уловил усмешку. — Опять иномирный фольклор? Расскажешь?

— Не сейчас, по-моему, кто-то безобразно затягивает с началом непростого разговора. К тому же времени, как ты говоришь, до полуночи. Кстати, почему?

— Башня шаю в полночь закрывается до утра. — Мы оба покосились в сторону высящейся над соседними домами крыши башни, стоявшей обособленно. — А мне надо быть в Мастоле самое позднее на рассвете. Очень уж сложный сейчас период, слишком за многим приходится следить.

Хотела съязвить про сотни необысканных корсетов, но сдержалась.

— Ага, и потому мы молча гуляем. — Ворчливость все-таки прорвалась.

— Вообще я хотел пригласить тебя в ресторацию, но из лучшей мы, по-моему, недавно вышли. Хотя…

Он явно что-то прикидывал. Я всмотрелась в резковатые черты лица, в упрямую линию губ. Шердан выглядел усталым. И я задумалась. Вот он стоит тут рядом со мной, даже работу свою отодвинув. И решилась сделать шаг навстречу.

Он как раз собирался что-то предложить, но я вмешалась первая:

— Идем.

— Куда? — уточнил он, но снова приобнял меня, кутая в плащ.

— К еде и теплу. А поговорим по дороге.

Возражений не поступило. Разговор, правда, завязался не сразу. Но Шер спросил, хорошо ли я устроилась, заверила, что отлично. В свою очередь уже я уточнила, как дела у его сестры и матери. Поблагодарила за теплые вещи.

— Зайдем в гостиный дом за городской стеной, там тоже готовят недурно.

— Это в котором ты на ту шайку наткнулась?

— Угу.

Помолчали. Вообще все нейтральные темы подозрительно быстро кончились.

— Почему ты сбежала? — Шер говорил спокойно, глядя на приближающиеся городские ворота, но рука, обнимавшая меня, заметно напряглась.

А я решила, что проще всего будет донести все как есть. И просто высказала накипевшее: про наглых любовниц, про все намеки придворных, про его вечные исчезновения, когда я оставалась в растерянности посреди чуждого окружения и искала информацию как могла. Даже про случайно перепутанный выход из тайного коридора и подозрительно знакомую одежду. А закончила сценой на балу.

— То, как ты шарил в корсете этой Линды, стало последней каплей. — Голос предательски дрогнул. В душе от воспоминаний поднялась такая обида.

— Давно надо было с Альгером поговорить, — непонятно среагировал его светлость, снова притянув меня к груди. — А о чем ты думала, перед тем как нашла меня?

— Это единственное, что тебя волнует? — Я взвилась, выдираясь из объятий и все-таки отшагивая в сторону. Мы как раз добрались до ворот моей излюбленной корчмы неподалеку от лесного источника.

— Вероника, — начал Шер серьезно, — вероятность того, что среди десятков комнат, окружающих большой приемный зал, ты выберешь именно ту, где я э-э-э… у меня была встреча, была исчезающе мала. Это означает, что кольцо тебя приняло как хозяйку и начало проявлять некоторые особенности, например, привело ко мне.

А я обиделась окончательно. Я ему душу изливаю, а он о свойствах артефактов рассуждает.

— Да какое мне дело до кольца, которое я к тому же вернула, если ты не гнушаешься изменять мне направо и налево?!

— Ника, я не… — Ах этот подлый тип еще и спорит. И нечего на меня глядеть так удивленно.

— И Альгера сюда приплел! Скажи еще, что это на самом деле был он! — Я злилась все сильнее.

— Нет, ты видела меня, но… — Шер явно начал раздражаться, но меня уже несло.

— Вот и признался! — заключила с мстительной радостью. Но была эта радость горькой.

— Ты не так поняла…

После этой фразы я едва не захохотала:

— Так на самом деле ты искал у нее в белье ценные документы?

— Но я действительно…

— Мужик, слушай, мы, конечно, солидарны и все такое, но звучит неубедительно, — прозвучало у меня за спиной.

Я обернулась. Из калитки выглядывали двое охранников, с интересом следящих за нашей перебранкой. Только попкорна не хватало. Меня тут же узнали:

— О, так это же Вики! Проходи, нечего щечки морозить.

Прилюдной сцены я тут же устыдилась, но с охраной с улыбкой поздоровалась и прошла во двор, а затем и в теплое нутро заведения. Хозяйка встретила меня приветливым кивком:

— Добрая ночь. Тут поужинаешь?

— Добрая, — с сомнением протянула я. — Нет, мне с собой бы. Как обычно.



Алиса Пожидаева

Отредактировано: 28.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться