Что могут смертные

Размер шрифта: - +

Глава 2. Целитель

Гарристан шёл вперёд, принимая свой рок смиренно, но это отнюдь не добавляло ему спокойствия – с утра подскочило давление, и даже исцеляющие чары давали сбой. Вчерашний день, как кровоточащая рана горел в воспалённом разуме – такого унижения целитель ещё никогда не испытывал. Он помнил эти надменные, насмехающиеся лица. Совет Ордена Целителей, собравшийся решать его судьбу, возомнил себя творцом правосудия. Подумать только! Откуда они нашли записи тридцатилетней давности, из-за которых объявили его ренегатом?

От злостных мыслей он вновь ощутил болезненный скачок давления, голову сдавило обручем, но целитель быстро нормализовал состояние заклятием.

Прекрасная весенняя погода не радовала. Солнце висело на небе раздражающим ярким пятном, и как назло, не было ни единого крупного облака, чтобы его закрыть. Одни только мелкие обрывки заблудших где-то туч.

Гаррис поправил очки в тонкой металлической оправе, скрывающие серые глаза, опутанные тонкой паутинкой морщин, и продолжил дорогу к лечебнице, что была местом его работы последние тридцать лет. Он впервые ощутил себя недовольным стариком и очень хотел заворчать, пусть до старости и относительно далеко.

Высокий статный мужчина, одетый со вкусом, присущим алаверианцам: небесно-голубая рубашка под кожаным жилетом, тканевые прямые брюки и ботинки из дорогой коричневой замши по определению стариком не являлся. Седина лишь слегка коснулась висков коротко остриженных тёмных волос. Морщины пролегли тремя неглубокими линиями по лбу; взгляд вечно задумчивый – разум чаще всего погружался в мысли о работе. Но в этот весенний день всё спуталось окончательно, и только умение держать себя в руках останавливало от нервного срыва. Незачем порочить и без того запятнанную репутацию скандалом перед уходом, иначе в Ордене его ещё и маразматиком объявят. А безумие сродне позору.

Лечебница небольшого городка под названием Рок’сэн, расположенного северо-восточнее столицы Алаверии, примерно в трёх часах езды, показалась впереди. Её стены из белого мрамора, пронизанного зелеными вкраплениями, замаячили позади невысоких пышных кустов сирени, усыпанных шапками цветов. Гаррис впервые ощутил неприязнь к месту, что за эти годы стало для него родным, а запах сирени вдруг почудился ему отвратительным. Когда-то он пришёл сюда молодым, бесстрашным, целеустремленным, а уйдёт опозоренным, но несломленным и с гордо поднятой головой.

Он прошёл сквозь стеклянную дверь и сразу увидел его. Новый куратор целителей Рок’сэна стоял, облаченный в бесформенное одеяние цвета свежей листвы. Ящер пристально смотрел на Гарриса желтыми глазами с узкими зрачками. За свою жизнь целитель привык к ящерам – они были крупнее людей, покрытые темно-зелёной или коричневой чешуей и с длинными прямыми хвостами. Скошенный лоб плавно переходил в лицевую часть с большими глазами рептилии, плоским носом с узкими полосками ноздрей и широким клыкастым ртом. Ушные раковины у него отсутствовали, также как у остальных представителей этой древней расы. Все они – и мужчины, и женщины не имели волос, лишь у некоторых на головах торчали костяные наросты вроде рогов. Ящеры обладали усиленными способностями к стихийной магии. «Мы от рода драконов!» – говорили они и смотрели на людей свысока. Однако только треть хозяев бескрайней Алаверии могли похвастать умением подчинять природу или исцелять, остальные подобно многим людям, рождались без дара.

– Доброе утро, достопочтенный Гарристан, – куратор изобразил на лице улыбку больше похожую на жуткий оскал.

– Доброе утро, господин Шогг, – имена ящеров чаще всего звучали как рык или шипение.

– Как себя чувствуете после заседания Совета? – участливо спросил он.

– Всё в порядке, – с ответной улыбкой отозвался Гаррис, заметив, что Шогг ждал другого ответа, даже жаль стало его разочаровывать. – Я готов покинуть лечебницу, если Орден настаивает на моём исключении.

Зрачки куратора сузились, когда он вновь услышал не то, что ожидал.

– Что ж, я... не думаю, что в Совете были во всем правы насчет вас. Без вас, конечно, станет... не так, но, – слова куратор подбирал с трудом и явно хотел задеть целителя каким-то ядовитым замечанием. – Не хуже.

Конечно, показывать открытого пренебрежения к уважаемой в городе персоне нельзя, но и указать Гарристану на собственную незначительность было необходимо новому куратору.

– Очень на это надеюсь. Я пришёл забрать свои вещи из кабинета? – Гаррис аккуратно обошёл препятствие и направился вверх по лестнице, туда, где находился его приемный кабинет.

– Мой долг сопроводить вас, – оскалился Шогг.

– Как вам будет угодно, – мужчина согласно кивнул, но в мыслях расстроился – куратор теперь не может позволить, чтобы ренегат свободно расхаживал по его лечебнице. 

Остальные целители, встречая их, только отводили глаза, боялись за свои места и не желали скандалов. Сердце Гарриса обожгло осознание несправедливости. Многих из них он считал своими друзьями. Немало «юных дарований» было обязано своим нынешним положением ему.

– Зато теперь сможете отдохнуть от всей этой суеты, – мнимая доброжелательность Шоггу удавалась плохо.

– Я вовсе не чувствую себя уставшим, – отрезал целитель и сразу пожалел о том, что не соврал.

–  В вашем возрасте? Вы уже довольно пользы принесли нашей великой державе! Пора подумать и о себе!



Зари Лен

Отредактировано: 01.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться