Демоны Шестого мира

Глава 8

Что сказать, спешка меня и погубила.

В целом-то я все сделала верно. Беззастенчиво подслушала щебет Эссы с подругой, когда она рассказывала той про Аркаира и о том, что послезавтра он непременно пойдет в храм на обряд вспоминания. Определилась с днем побега, вышла ровно в полночь под соответствующее звуковое сопровождение, чтобы, во-первых, не засекли слуги, ложившиеся позже знати, во-вторых, не привлечь внимания соседок скрипом двери в неурочное время. И шансы попасться кому-либо на глаза были невелики – это время смены караула.

К тому же Аркаир, пока тащил меня к выходу, показал волей-неволей пару мест, где можно спрятаться от наиболее бдительных охранников, обходивших по ночам крылья дворца.

Когда я после богатых адреналином плутаний по ночному замку уже, едва дыша и предвкушая освобождение, осторожно приоткрыв створку, переступала порог главного входа, меня сцапал за шиворот тот самый стражник, то ли Аррил, то ли Арран… И доходчиво пояснил, что с этой печатью выйти за двери в одиночестве без зачарованного владыкой жетона я в любом случае не смогу. Точнее, не смогу остаться незамеченной.

Он продемонстрировал мне свой амулет начальника гарнизона, один из двух камней в котором полыхал красным – и угас, едва я обреченно шагнула обратно.

Так от надежды я перешла к безграничному отчаянию.

И словно этого было мало…

Охранник, разумеется, вызвал Аркаира, который сегодня, как я знала благодаря Эссе, посещал какой-то церемониальный ритуал в здешнем святилище. Взгляд красных глаз был страшен. Дворецкий не сказал ни слова, молча отволок меня обратно в комнату (я не успевала за ним и почти ничего не видела из-за слез), сорвал с меня комбинезон и мешок с припасами и сжег их, призвав огонь. А затем он без всякой жалости отхлестал меня элтаром и добавил хар’иссом (по четыре царапины на стопы – я откровенно выла, потому что, во-первых, больно, во-вторых, теперь я три-четыре дня нормально ходить не смогу). Но этого ему показалось мало: Аркаир связал меня – так же, как тогда владыка, – втолкнул в горло маленький шарик сейрила и ушел.

Наверное, докладывать владыке. Надеюсь, тот сейчас не ворвется сюда, чтобы продолжить по второму кругу…

Прощай, дом – на сей раз окончательно…

Я плакала до изнеможения.

Проснулась от дикой тошноты. Броситься в туалетную комнату не смогла, пришлось отплевываться от мерзкой жижи – я не могла даже толком наклониться, шею перехлестывало веревкой, хотя не так беспощадно, как в прошлый раз. Аркаир явно не хотел, чтобы я задохнулась, поперхнувшись. В итоге, когда явилась Алиэ, я фактически лежала в лужице зловонной слизи, не в силах даже перевернуться на другой бок.

Унизительно. И отвратительно.

Понятное дело, жалеть меня демоница не собиралась, и, развязав, грубо разработала мышцы, а затем потащила меня в ванную, не обращая внимания на крики и слезы.

По телу прокатывались судороги, безжалостно скручивая то одни группы мышц, то другие. Горячая ванна немного помогла, но…

Убирать жижу, оставшуюся от сейрила, мне пришлось самой, двигаясь не быстрее черепахи, периодически вскрикивая и бросая свое занятие, когда возвращались судороги. Не говоря о том, что нормально ходить я не могла, приходилось ползать на четвереньках.

Что было еще более унизительно.

Так плохо мне здесь еще ни разу не было.

Если демоны хотели тем самым унизить меня и отвратить от новой попытки побега – им это удалось. Я ни о чем даже думать не могла, кроме своего плачевного состояния.

Даже Эсса, принесшая мне свежее постельное белье и заправившая кровать, окатила презрением.

А после – да, было наказание голодом, на три дня. Приказ владыки мне передал Аркаир… и ушел, смерив меня уничижительным взглядом.

Мне стало по-настоящему горько.

Эти дни я провела фактически в полном одиночестве, ни с кем не разговаривая – слишком занимали размышления, сожаления и вопросы. Я заново прощалась с домом, в который до последнего надеялась вернуться, и постепенно осознавала, что повела себя как дура, подумав, что смогу сбежать. В самом деле, демоны же не идиоты. С чего я взяла, что выходы никак не охраняются? А еще я никак не могла решить, специально Аркаир показал мне дорогу к дверям, чтобы спровоцировать эту попытку… или действительно просто решил меня выгулять?

Возможно, если бы я не была такой дурой, если бы нормально поговорила с ним тогда, не стала обижаться, обвинять его в жестокости и изъявлять недовольство тем, что он слишком непредсказуем… проявила бы благодарность… Может, он предупредил бы меня, что выйти незамеченной из дворца я не смогу?

А может, и нет.

В любом случае, я поступила слишком предсказуемо. И это было моей главной ошибкой.

Аркаир больше не появлялся, и я никак не могла решить, меня это устраивает или огорчает. Хотелось бы задать ему парочку вопросов, но увы, приходилось довольствоваться догадками.

Что со мной будет дальше?

На третьи сутки пришел владыка. С утра, что для него было в высшей степени нехарактерно.

Моих сил хватило ровно на то, чтобы подняться, поклониться, и рухнуть обратно в кресло. Следы от хар’исса в этот раз затянулись быстрее, и ходить я уже могла, несмотря на боль. Но голод в сочетании с душевными терзаниями и изматывающей неизвестностью вызвал страшный упадок сил.

Я ждала, что скажет владыка, морально приготовившись к тому, что меня сейчас доломают, сообщат о продолжении наказания, а то и о том, что я теперь девочка-посудомойка или что похуже…

Дэмиан какое-то время молча смотрел на меня, а затем сел напротив и произнес:

- Я приказал Аркаиру и Аррану не распространяться о твоей попытке побега.

Я воззрилась на него. В голове воцарилась благословенная пустота, разом поглотившая все мысли.



Лина Элевская

Отредактировано: 04.10.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться