Долг веры

Размер шрифта: - +

Глава пятьдесят первая

Рангорн, 399 год

Акрен ворвался в тронный зал, не заботясь о приличиях. Его долго не пускали – скрещивали мечи перед ним, хватали его за руки, отправляли то в кабинет к королю, то к нему в спальню, но теперь никто не пытался задержать его; не было людей, решившихся на это.

Артон сидел на троне. Он был одинок и недвижим. Его пальцы сжимали подлокотники так крепко, что кожа побелела. Он был растрёпан и растерян. Его карие глаза казались мёртвыми; в них будто бы застыло выражение вечного, остекленевшего уже сожаления. Он хмурил кустистые брови, и, кажется, бормотал под нос себе что-то, испуганно, не в силах сказать что-то вслух.

Он был в королевских одеждах, даже в зимней мантии, подбитой белым мехом, с чёрной каймой. В ней он обычно выходил к людям в холодное время года… Оглашать приговоры.

На его голове красовалась корона, та самая, что когда-то отдал ему Акрен. Он мог оставить себе этот кусок поддельного золота, и взойти на престол. И ничего б этого не случилось. Теперь он был бы королём Рангорна. Карен была бы в безопасности. Может быть, она плясала бы на своей свадьбе с любимым мужчиной.

Король поднялся. Мгновение он казался величавым, напоминал гору, и Акрен в какое-то мгновение действительно почувствовал себя его подданным, не имеющим никакого права оспаривать святое решение. А после наваждение схлынуло, и осталась только правда – король был никем.

- Ты не можешь этого сделать, - промолвил Акрен. – Ты не можешь казнить мою дочь. Ты не посмеешь.

- Она родила, - выдохнул в ответ Артон. – Поздравляю тебя, ты стал дедом. И… И я тоже. Знаешь, - он сглотнул, - такой славный мальчик. Он очень похож на тебя. Я видел только издалека, ребёнка отдавали кормилице…

- Замолчи! – выпалил Вольный. – Как ты можешь говорить о ребёнке, когда собираешься казнить его мать?

Артон ничего не ответил. Он сделал ещё несколько шагов и сошёл-таки с помоста, на котором красовался трон.

Король всегда был выше своего советника, но Акрен этого сегодня не заметил. Ему никогда не причиняли дискомфорта подобные мелочи, сегодня же этого будто б и не существовало. Он смотрел ему прямо в глаза, так, словно жалел, что когда-то помог подняться на такую высоту.

- Отмени своё решение, - мягко промолвил Акрен. – Карен не убивала твоего сына. Мы обнаружили ту секту…

- Секта? Да, секта… - прошептал, словно безумец, Артон. Он разорвал визуальный контакт и обошёл Акрена стороной.

Король шёл, низко опустив голову, к выходу из тронного зала. Его шаги были медленны и немного неуклюжи.

- Эти люди выдали себя за лекарей, - вдруг промолвил он. – И проникли на роды к твоей дочери.

Акрен застыл. Он не должен был уходить.

- Но всё обошлось, - как ни в чём ни бывало, продолжил король. – Они едва не сломали Розалетт шею, и знаешь что? – мужчина оглянулся. – Она убила их. Слабая, только что разродившаяся женщина перерезала одной из этих сектантов горло. А другого ударила кинжалом в сердце. Третий умер от остановки сердца. Может быть, тоже яд. И ты говоришь мне, что твоя дочь не способна на убийство?

- Она защищалась, - Акрен пытался скрыть свой шок за бойкими словами. – Если вы слепы и не способны защитить наследника престола, то что тогда оставалось ей делать?

- Она будет казнена, - покачал головой Артон. – Эта ваша игра забрала у меня сына. Я заберу у тебя дочь.

- Артон, ещё не поздно остановиться, - Акрен говорил уже с мольбой. – Отмени приговор, и всё будет хорошо. Просто отмени приговор.

Король в последний раз посмотрел ему в глаза.

- На меня это уже не действует, - ответил он. – Можешь не смотреть. Я знаю, что ты такое. Я понимаю, на что вы способны. Меня это больше не остановит.

Он побрёл и дальше к выходу, едва переставляя ноги.

Акрен сжал зубы. Он не хотел этого делать, не хотел предавать того, кого мог почти что назвать другом, но эта жизнь не оставляла ему выбора. Вольный любил свою дочь больше всего на свете. Он не мог отдать её на растерзание палачу.

- Постой! – окликнул он Артона.

Тот оглянулся.

Первый Советник стоял напротив, вытянув руку с револьвером. Ему осталось нажать на курок, и он попал бы. Это было несложно. Акрен рассчитал все траектории, учёл и сквозняки, и гуляющий по тронному залу ветер.

- Мне это претит, - сглотнул Шантьи. – Но она – моя дочь, Артон.

Король обернулся к нему уже теперь всем телом и смотрел, не отворачиваясь, и карий оттенок его глаз окрасился страхом. Казалось, у короля подкашивались ночи.

- Ты сможешь?

- Смогу, - уверенно ответил Акрен. – И моя рука не дрогнет.

- Это её не спасёт, - выдохнул Артон.

Он столько раз рассказывал о том, что мечтал умереть, а теперь вдруг испугался. Теперь, когда смерть смотрела на него, уже целилась и собиралась выстрелить, Артону стало страшно!

- Спасёт, - Акрен говорил тихо, но отчётливо. – У меня готов вариант смягчённого приговора. Я выстрел, выйду и скажу, что королю стало дурно, - он даже не запнулся. – И закрою тронный зал. Они не посмеют мне возразить. Я зачитаю вместо тебя приговор, и её отпустят. А потом вернусь сюда.

- И что ты сделаешь с моим трупом? – почти с интересом спросил Артон.

- То же, что когда-то сделал Паук. Воспользуюсь заготовленным заклинанием иллюзии. Его не так-то трудно соткать, - его голос дрогнул, но Акрен оставался спокойным.

- Паук умер, Акрен.

- Паук не умер, - покачал головой он. – Он жив, до сих пор жив. Он обманул тебя, если ты хочешь знать правду. Мы разыграли хитроумную комбинацию, чтобы спасти страну и заставить тебя взойти на трон, а теперь я повторю фокус ради одного человека.



Альма Либрем

Отредактировано: 27.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться