Доминика из Долины оборотней

Размер шрифта: - +

Глава 19. Разрушительница, или Как сложно быть взрослым оборотнем. Часть 3

     – Как у тебя это получается?! – я от всей души недоумевала, поскольку на собственном опыте убедилась, насколько это сложно.

     – Века тренировок, – откладывая полотенце и беря в руки расчёску, ответил он мне. – И ты научишься, поверь. А я тебе помогу.

     – Я чувствую себя совершенно беспомощной, как младенец. Стоять не могу, одеться сама не могу, всё ломаю...

      – В каком-то смысле, ты и есть младенец. Для тебя, для твоего тела, началась новая жизнь, ты словно бы заново родилась. Теперь тебе опять, как в детстве, придётся учиться владеть своим новым телом. А пока – что ты предпочитаешь? Воду, морс или колу?

     – Морс.  

     – Вот, держи. Начнём пока с металлической кружки, потом перейдём на фаянсовую посуду.

     – Может, начать с пластиковой, одноразовой? – спросила я, аккуратно, словно хрустальный бокал, беря обеими руками кружку с морсом и поднося к губам. – Её хотя бы не жалко.

     – Нет, пластиковая не подходит, ты её сейчас просто не удержишь, сомнёшь. Будем двигаться постепенно, от самого твёрдого к более хрупкому, – себе Фрэнк налил воду в стеклянный бокал и с удовольствием выпил её, потом налил ещё. Бедняга, сколько же он не пил?

     Отставив бокал, Фрэнк перенёс меня вместе со стулом к столу, на котором уже были расставлены тарелки с разнообразной едой.

     – Предлагаю начать с супа, пока он ещё тёплый. Вне термоса он быстро остынет, – Фрэнк протянул мне ложку, я взяла её и смяла в руке. Совершенно спокойно, он забрал её и протянул мне другую.

     – Представь, что эта ложка не металлическая, а вырезана из бумаги.

     Я осторожно взяла её, вспомнив, как в начальной школе мы делали посуду из папье-маше. Блюдце, чашечка и чайная ложечка выглядели почти как настоящие, но были неимоверно лёгкими, легче игрушечной посудки, бывшей у меня тогда. Представив, что держу в руке ту самую ложечку, я обнаружила, что могу держать её в руке, не ломая. Аккуратно зачерпнув суп, я поднесла ложку к губам, продолжая думать про папье-маше, и у меня всё получилось. Дождавшись, пока я сделала несколько вполне успешных глотков, Фрэнк выпрямил первую ложку, уселся напротив меня и тоже принялся есть суп. Он так и оставался в мокрых брюках и кроссовках, а так же, как я заметила, в обычных, черно-серых носках.

     – А куда подевались те красивые носочки? – полюбопытствовала я.  

     – Лежат в комоде в моей комнате. Теперь у меня есть альтернатива – отец и Роб, улетая, оставили мне свою одежду, у нас ведь практически один размер. Но твой отец отказался забирать эти очаровательные вещички, сказал, что владельцу они больше не нужны.

     – Интересно, чьи же они? Я просто не представляю, кто из наших мужчин мог такое носить. Нужно будет спросить у папы, у кого он раздобыл это чудо.

     – Обязательно спроси, мне тоже очень интересно. И должен же я поблагодарить того, кто поделился со мной своим гардеробом.

     Доев суп, мы принялись за остальное. Котлеты Рэнди, их я узнала, фирменные пирожки Клер с бататом и грибами, жареные куриные окорочка и отбивные неизвестного происхождения – всё было хоть и холодным, но тем не менее, очень вкусным. Мы вдвоём быстро смели всё со стола, причём я ела практически вровень с Фрэнком. Ещё одно подтверждение моей взрослости, если бы оно было мне нужно. Кстати, Фрэнк предложил мне не заморачиваться с вилкой, а есть руками, что я и сделала, получив при этом от еды ещё большее удовольствие.

     Под конец Фрэнк развернул лежащий на столе свёрток. Под полотенцем оказалось несколько слоёв газеты, потом полотняная салфетка, а под ней – мамины блинчики. Тонкие, нежные, ещё тёплые, промазанные растопленным сливочным маслом – всё как я любила. Пока я, повизгивая от восторга и предвкушения, пыталась свернуть верхний блин треугольником, безбожно рвя его при этом, Фрэнк, жестом фокусник, достал откуда-то баночку со сметаной. И, несмотря на то, что только что схомячили уйму еды, мы так же быстро разделались со стопкой блинчиков в восемь дюймов высотой. (* 20,3 см)

     Когда с ужином было покончено, я поинтересовалась, когда Фрэнк спал в последний раз. Он выглядел идеально прекрасным, как всегда, но его лицо показалось мне слегка осунувшимся, что ли. Узнав, что он не ложился со дня моего перерождения, я настояла, чтобы он немедленно лёг спать, особенно учитывая, что и предыдущие ночи он спал вполглаза, удерживая меня, чтобы я не начала ворочаться и не задела рану.

     – Но ты же только что проснулась, – попытался он возразить. – Если я усну, кто будет присматривать за тобой?

     – А я тоже лягу, – ответила я. – Сейчас ночь, так что лучше мне не сбивать график и постараться ещё немного поспать.   

     – А вдруг тебе что-то понадобится? – не сдавался он. – Ты же пока даже ходить не можешь.

     – Если что-то понадобится, я тебя разбужу, – заверила я его. – Уж голосом-то я сейчас прекрасно владею. В самом крайнем случае я тебя укушу.

     – Да, это выход, – серьёзно покивал головой Фрэнк. После чего подошёл к одной из импровизированных кроватей и перетащил её к другой так, что получилась одна «двуспальная». – Это чтобы было удобнее кусать, – пояснил он мне.



Оксана Чекменёва

Отредактировано: 22.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться