Дружба пахнет корицей

Размер шрифта: - +

3

Шери Эстерсиади устало потер переносицу, затем лоб, а затем все лицо. Уже который день он сидел в кабинете городничего Артауна и разбирал накопившиеся за долгие годы бумаги. От увиденного волосы вставали дыбом. То, что должно было превратиться в увеселительную поездку на юг, становилось тяжелой работой. Городничий фиксировал все, что происходило в этом городе. В течение многих лет Артаун существовал будто сам по себе, даже изобрел деньги и все структуры, с ними связанные; талантливые юные маги становились рабами, отбор в магические школы  не проводился вовсе, а почти все труды производства загребали себе кучка высокопоставленных граждан – управляющий банком, главный полицейский, владелец рудников и владелица домов для девочек. Причем, от последней Шери был в большом шоке: часть девочек из дома призрения служили у нее мастерицами производства, а часть были обычными шлюхами в работном доме. Она была самой богатой из всех, самой наглой дамой, не чуравшейся детского труда. Городничий, направленный королем на службу, собирал все документы с доказательствами в течение десяти лет, а недавно отправил призыв явиться побыстрее, так как ситуация в городе становилась  угрожающей. Появились случаи открытого рабства, купля-продажа людей в этом маленьком городишке стала обыденным делом.

Тряхнув головой, Шери отбросил по столу бумаги, поднялся со стула, прикрыл глаза и потянулся. Пора было уезжать из города, все нужное он уже увидел, оставалось только передать сведения Верховному Магу, а тот уж пусть принимает меры. Да и маленькая сестричка заскучала. Он взял ее с собой, думая, что поездка не продлится дольше трех дней, а сам торчал здесь уже больше недели. Магический фон был рваный, у детей бедняков встречались иногда сверкающие клубки магии над головой, а у детей богачей таких не было, даже ни малейшей искорки не вспыхивало. То ли их гасили искусственно, то ли вырождение уже прогрессировало, Шери не понимал. Он сам мог пользоваться магией в полной мере, а вот сестричка начала тухнуть. Надо было увозить ее из этого гиблого места. Жаль, нельзя воспользоваться телепортом, в это захудалое место пришлось ехать по-старинке, используя лошадей и карету. Ну, зато Аннет посмотрела мир, восторженно выглядывая в окно во время поездки.

Отъезд назначили на завтра, а пока он с удовольствием вышел прогулялся по саду, вдыхая теплый южный воздух. Столица Оквитария располагалась у берега Восточного моря, там редко поднималась температура выше 25-27 градусов летом, а здесь же приходилось создавать вокруг себя и Аннеты охлаждающие коконы. Но ему нравилась жара, ухоженные сады, фруктовые деревья, виноград, оплетающий все доступные глазу ограждения. Если бы не сложившаяся в этом городе обстановка, маг бы задумался о переезде.

Дыша полной грудью, Шери дошел до границы сада и замер там в тени огромного дерева. Луна была необычайно огромной и полной и заливала своим светом все вокруг, но под деревом за счет густой листвы было темно. Ветки его раскинулись далеко за оградой, создавая причудливые образы на земле.

Вдруг краем глаза мужчина заметил движение одной тени. Человек! Подросток!

Худенькая фигурка в темном скользнула вдоль забора, притаилась у угла, затем перебежала до следующей тени и остановилась вновь. Невидимый, Шери следовал за девушкой. То, что это не мальчик, он понял сразу по слабому розоватому свечению ее ауры.

Скользнув до самой большой ветки, девушка уцепилась за нее и легко поднялась в крону, перекинув ногу, затем послышалось шуршание листьев, а затем хрупкая фигурка оказалась в саду на стороне мага. Он продолжал наблюдать за ней, мягкими шагами неотступно следуя позади.

Девушка прокралась в сторону конюшни.

«Хочет украсть лошадь!» – усмехнулся Шери, но она удивила его, пройдя мимо загона и оказавшись перед запертой дверью каретной.

Как оказалось, для девушки это не стало препятствием. Подтянувшись на руках, она исчезла в глубине помещения, легко проскользнув через слуховое окно.

«Что за худоба!» – мужчина поморщился.

Он любил женщин в теле, таких, у которых все округлости в нужном месте, румяные щеки, сверкающие глаза. На худышек и не смотрел вовсе, а уж эту и вообще бы не принял за девушку, не светись розовым ее аура. Такое свечение бывает лишь у юных невинных дев, сменяясь после взросления более красными всполохами, а во время вынашивания дитя приобретает радужный оттенок.

В каретной была тишина. Отследив нежданную гостью городничего, Шери удивленно приподнял брови – она спряталась в его карете! Более того, не просто в карете, а залезла в выемку под дно, притаившись там недобитой молью. Покачав головой, маг направился к дому. Он был заинтригован, а потому не стал ничего говорить слугам и хозяину дома, а на следующий день велел кучеру быть осторожным и не трясти в пути. Любопытство разыгралось с невероятной силой, потому что девушка стойко переносила несколько  часов пути, лежа неподвижно под каретой, даже не шелохнувшись.

«Бедняга!» – думал Шери, впечатленный силой духа и желанием нежданной попутчицы  уехать из Артауна.

Сестра давно спала, уютно свернувшись на соседнем сиденье,  а он просматривал бумаги, изредка прислушиваясь к дыханию обеих девчонок. Он решил не трогать попутчицу, оставив её тайну при ней, по крайней мере, до вечера. Учитывая магическую подпитку лошадей, прибыть в столицу они должны были утром следующего дня, а потому ночь предстояло провести либо в дороге, либо на постоялом дворе. Конечно, инкогнито тайной спутницы пришлось бы открыть, не ночевать ведь ей в днище кареты, да и само путешествие до столицы в таком положении вряд ли добавит здоровья итак худосочной девице.

От скуки Шери просканировал организм девушки, нашел истощение, усталость, а также зачатки магии воздуха. Его удивило, что к такому возрасту у нее не развился полноценный дар, но, вспомнив, откуда она сбежала, покачал головой. Наверняка, это было рабство или что похуже.



Любовь Хилинская

Отредактировано: 23.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться