Еще не поздно

Размер шрифта: - +

Третья глава

Семнадцать лет назад, город Армавир

Я стояла на крыльце нашего обветшавшего дома. Мама стояла на кухне, что-то готовя на ужин. Папа ушел в город по своим делам. Родители не говорят мне куда уходят из-за моего возраста. Лишь утром, собирая меня в школу мама объясняет, что папа встретит меня после занятий и приведет домой.

Моя мама - красивая женщина. Золотисто-русые волосы волнистыми кудрями струились по спине, словно водопад. Сосед по дому, его зовут дядя Вова, называет маму малышкой или красивой крошкой. Часто от таких слов папа в не себя и бьет мамочку, называя ее шлюхой или продажной тварью. Честно не знаю, что означают такие слова, но явно что-то плохое. Я не пыталась помочь маме избежать папиного гнева, зная, что ей достанется еще больше, и она будет ходить с синяками.

Однажды мама пообещала, что мы уедем с ней вместе в город Краснодар к ее брату. С тех пор прошло два года, и я уже успела отчаяться. Я видела, как мама страдает, но помочь ничем не могла.

Схватившись маленькими ручкам за грязное розовое платье, я подошла к маме и дернула ее за подол юбки.

- Мамочка, а когда мы уедем?- спросила я с надеждой. Ее голубые глаза смотрели на меня. Мама не любила плакать, но сейчас в ее глазах стояли слезы. Нож, что она держала выпал из пальцев, мама опустилась ко мне на колени.

- Милая моя Тамара, - бормотала она, захлебываясь слезами, прижав к груди, - скоро, скоро уедем. Обещаю.

Я обнимаю в ответ, зная, что мы останемся с папой как на следующее утро, так и на последующее. Почему никто не спасет нас?

Спустя два часа я сидела за столом на кухне, делая уроки. Наш дом очень маленький: всего две комнаты. Моя и родителей. Обычно я занималась в своей, но папа выгнал меня, сказав, что хочет спать. Я никогда не была капризной, поэтому ничего ему не ответила. Я знала, что это пустая трата времени и боялась получить кулаком по лицу. Я не хотела объяснять учительнице, очередной синяк.

- Сука! А ну иди ко мне, падлюга. – орет папа из моей комнаты. – София!!!

Я писала ответ к задаче по математике, когда дверь моей комнаты распахнулась, едва не сорвавшись с петель. Мама, сидела на диване, смотря телевизор, не обращая на папу никакого внимания. Я сжалась в комок, увидев бешеный взгляд отца.

Он не был красавцев, как мама. Его толстое брюшко напоминало мне футбольный мяч, а его лицо дополняло весь этот "образ свиньи". Серые глазки, завидев маму, грозно сверкнули.

- Я к тебе обращаюсь, тварь!

Папа быстро идет к маме, брызгая слюной и сжимая какую-то бумагу.

- Какого хрена у нас долг в пять тысяч! Отвечай!

Мама вскрикнула, когда он с силой пнул телевизор. Тот упал на пол, издавая неприятные звуки.

- С ума сошел?! – кричит она.

- Это что?! – орет папа в ответ, тряся перед лицом мамы бумагой. – Какого хера у нас долг, скажи мне милая шлюшка.

Ее глаза расширились от страха. Я видела, как мама испугалась, опустившись перед папой на колени.

- Я не знаю, правда, не знаю.

Он со злобной ухмылкой берет ее за волосы, и наотмашь бьет по лицу. Я слышу отчаянный крик и не до конца понимаю, что кричу я. Подбегая к папе, я со слезами на лице пытаюсь пнуть его по ноге.

- Ах ты мелкая шваль! – он пинает меня по лицу, оставляя большие синяки и ссадины, но я не обращаю внимания на боль. Я хочу, чтобы он опустил мою маму, мою любимую мамочку.

- Нет. Не трогай ее!

Мама бросается к его ногам, моля о прощении.

- Юра не бей ее!!

Позже, меня зареванную и всю в синяках, отнесли в комнату. Папа ушел из дома испугавшись криков соседей. Они грозились вызвать милицию, если он не прекратит бить нас.

Мама положила мне на щеку компресс, перебирая пальцами мои волосы.

- Я люблю тебя, мама.

Она улыбается, ее лицо морщиться от боли ссадин. И вот она наклоняется, целует, мня в щечку, и шепчет:

- И я люблю тебя, моя золотая девочка.

Поздно ночью в мою комнату кто-то вошел, гладя меня по волосам. Спросонья я не могла разглядеть кто это, но прозвучавшие слова до дрожи напугали меня.

- Скоро, - шепчет голос в темноте, - совсем скоро…

***

Наши дни

Я резко распахнула глаза.

- Проснулась?

До конца не отойдя от воспоминаний, я резко вжимаюсь в спинку кровати, натягивая до подбородка одеяло.

- Дима сказал, ты себя не хорошо чувствуешь, и я пришел проведать тебя, - услышала я голос у кровати. В темноте я не видела лица, но голос сразу узнала. – Я принес лекарства и воду, они стоят на столике. Включить свет?

Я киваю, не придя в себя до конца. Казалось, Андрей видел мой кивок, комнату озарил свет, разгоняя ночных демонов.

- Как ты? – такие простые слова, а так много значат. Не помню, чтобы кто-то беспокоился обо мне. Поднимаю глаза и вижу Минаева. Он стоит у кровати, как всегда собранный и готовый к любым проблемам. Зеленые глаза вглядываются в мое лицо. Вдруг мысль осенила меня.

- Дмитрий побежал за тобой, испугавшись, что ты натворишь дел. Ворвался в комнату, увидел тебя спящей на полу и перенес на кровать, - объяснил он.

Бедный Дима, я, наверное, напугала его.

- Где он? – решила я подать голос. Андрей высунул правую руку из кармана брюк, и почесал затылок.

- Позвать? – он уже был у двери, как я вскрикнула:

- Нет! – Зеленые глаза ждали продолжения, - пожалуйста. Я хочу побыть одна.

Андрей закрыл дверь, не обратив внимание на мое желание побыть наедине. Прислонившись плечом к стене, он уставился на меня.

- Ну что госпожа Сабо, я жду объяснений.

Я начинаю ненавидеть его обращение ко мне на «вы», когда он зол.



Анастасия Майдан

Отредактировано: 30.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться