Ген Химеры

Размер шрифта: - +

Глава - 2

Вернувшись в школу, Сати в первую очередь отправилась в душ. Надо было смыть с себя отвратный запах морга, а еще — немного прийти в себя. Раздевшись, она встала под упругие струи воды и закрыла глаза. В стенах школы за каждым из учеников велось наблюдение, доносы всячески приветствовались, и даже здесь, в душевой, Сати не могла позволить себе расстаться с маской беззаботной прилежной ученицы.

Вот вошла стайка девочек, и Сати отвернулась к стене. Она не стеснялась своей наготы — от этого быстро отучишься, когда в моечной нет даже перегородок; просто не хотелось ни с кем разговаривать.

Быть членом Первого класса просто замечательно, ровно до тех пор, пока у тебя нет секретов от протектория. В противном случае все твои права и привилегии быстро становятся прутьями золотой клетки.

Каждое утро, перед уроками, учащиеся проходили скрининг крови на дот-инфекции и другие социально опасные заболевания. Кроме того, на основе анализов, для каждого ребенка составлялось индивидуальное дневное меню. С одной стороны — неплохо, все сделано для того, чтобы ты почувствовал себя особенным, а главное — защищенным, но с другой стороны, все это служило лишь одной цели — тотальному контролю.

День Сати Лаллеман был расписан по часам. Кроме школьной программы, была обязательная спортивная секция на выбор, а также творческий кружок для формирования чувства прекрасного. Сати выбрала кэндо и флористику. Кэндо ей нравилось по большому счету из-за масок: можно быть расслабить мышцы лица и перестать натягивать на себя дурацкую приветливую улыбку. Флористика же проходила в большой школьной оранжерее, где росли редкие и уничтоженные в годы Последней войны растения. Многие из них были восстановлены практически из одной клетки, как, например, береза. Их была всего сотня в мире, и одну березу мэр Метрополя щедро подарил школе Сати.

 

14:52, урок прато-лингвы. Сати почти задремала, когда позади нее послышались сдавленные смешки. Она повернула голову вполоборота и увидела двух одноклассниц, с трудом сдерживающих смех. С одной из них Сати периодически общалась: ее звали Катана, и она была из очень богатой и влиятельной в Метрополе семьи. Сати знала, что родители Катаны рвут на себе волосы из-за того, что их дочь не одаренная, но тут уж ничего не попишешь. Сколько бы денег ни было у тебя на счете — одаренность либо есть в твоих генах, либо нет.

Увидев, что Сати смотрит на них, Катана кивком указала на мужскую часть класса. Ну да, разумеется. Лазарус Уик, эта звезда школы, в очередной раз решил устроить шоу. Из-под парты он управлял дроном “Осой” — хитом в игровой индустрии для младшеклассников. К “Осе” была прицеплена леска с крючком, а крючок — никуда иначе как на юбку преподавательницы миссис Саланден. Она стояла спиной к классу и писала на доске, а ее юбка с каждым разом приподнималась на сантиметр выше.

Сати оглянулась по сторонам и увидела, что весь класс просто лежал от смеха. Саланден прекрасно слышала все: несмотря на преклонный возраст она пользовалась слуховыми имплантами, но не понимала, что нынче именно она — объект насмешек.

Сати тоже рассмеялась и показала Катане большой палец. Ни в коем случае нельзя было показать, что ты не одобряешь шуток звезды школы, иначе следующий розыгрыш случится именно с тобой.

Когда юбка поднялась до середины попы, престарелая миссис почувствовала неладное. От позора ее спас Олли Бревик, скромный мальчик, что кинул в спину Лазаруса бумажный шарик. Лазарус отвлекся, на секунду потерял управление над дроном, и “Оса” уже под неудержимый хохот спикировала прямо в аквариум на учительском столе.

 

— Кто это сделал? — сердито спросила миссис Саланден и оглядела класс из-под очков.

— Я конечно, — Лазарус Уик развалился на своем стуле и надменно скрестил руки на груди. Будь на его месте любой другой ученик, Саланден устроила бы выговор, но не в случае с Лазарусом.

— В следующий раз цельтесь точнее, мистер Уик, чтобы без брызг, — сказала она и отвернулась к доске. Класс продолжал угорать от смеха.

— Ага. Обязательно, — Лазарус быстро забыл об училке и сейчас уничтожал глазами бедного Олли.

Сати почувствовала, как от напряжения свело ее челюсти. Ей было жаль миссис Саланден, но ничего не оставалось, как проглотить свою жалость, как та только что проглотила публичное унижение.

Лазарус Уик был одаренным. Математическим гением, по которому сохла не одна девчонка в их школе. Его будущее было предопределено, как и будущее других таких же. Одаренных единицы, но именно ради них протекторий и затеял однажды эту веселую игру в Первый и Второй класс.

 

Из уроков истории Сати знала как все началось. Последняя война унесла жизни семидесяти процентов населения планеты. Все наследие человечества оказалось под угрозой. До нас дошли лишь обрывки того как жили люди в довоенные годы, но ясно было одно — мир тогда был совсем иным. Другие материки, другие моря и океаны, а стран, наверное, больше сотни.

Сразу после войны стали появляться первые одаренные: юноши и девушки, которые могли изменять мир, в соответствии со своими желаниями. Некоторые из них могли управлять течением времени, другие — воздействовать на волю окружающих людей, третьих невозможно было обмануть или перехитрить: любого они видели насквозь и могли читать словно открытую книгу. Первые одаренные ни на что не претендовали: они вовсе не считали себя выше всех остальных и уж точно не стремились заполучить все блага уцелевшей цивилизации. Это были мудрые первопроходцы, основавшие первое поселение, затерянное в мировом океане.

Сегодня о нем знают все. Это место окрестили “Островом”, и именно туда мечтает попасть каждый ребенок, кого ни спроси. Даже Сати в свое время жила мечтой об Острове, пока не отбросила надежду найти в себе хоть каплю одаренности. Да, она была во многом лучше других, никогда не болела, не пропускала учебу, имела живой ум и воображение, но ничего сверхъестественного в ней не было. Она знала, что через год ей, как и Ойтушу, вживят чип, и прежняя жизнь закончится раз и навсегда.



Маша Храмкова

Отредактировано: 22.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться