Глафира

3. Хранительница Магического Источника

Вертолёт приземлился на краю Лысого поля у дороги в предполагаемую деревню. Как ни вглядывалась Глафира из вертолёта в просветы между кронами деревьев, никакой деревни не видела. Берёзы, осины вперемешку с соснами, елями, пихтами, проблески речушки в зарослях кустарников.

Вышли из вертолёта. Парни подхватили баулы и зашагали по дороге. Глафира поспешила за ними. Минут через десять показалась деревня. Глафира с удивлением озиралась по сторонам. В деревне полным ходом шло строительство.

Она помнила эту деревню. Сюда сослали её родителей. Здесь она родилась, выросла. В деревне была однокомплектная начальная школа, в которой все четыре класса занимались одновременно. После четвёртого класса учились в деревне за тридцать километров. Жили дети из отдалённых деревень на квартирах. После седьмого класса поступила в педагогическое училище, потому что хотела быть как её первая и любимая учительница Евдокия Фирсовна.

А ещё Глафира почему-то вдруг вспомнила день, когда объявили конец войны. Она училась в пятом классе. В тот день с полуночи непрерывно поливал дождь. Дороги и тропы раскисли. А почва глинистая. Пока дошли до школы, вымокли и вывозились в грязи. Многие поскальзывались и падали. Мокрые и чумазые ввалились в школу. Тут же всех выстроили на линейку и объявили, что война закончилась. Учителя плакали. Старшеклассники, у кого отцы уже ни когда не вернутся домой, тоже. А потом пели. Пели военные песни, патриотические и какие на ум взбредут. Пели и учителя, и ученики. И это уже была не линейка. Все перемешались, обнимались. Занятий в тот день не было.

Всё это Глафира вспоминала, пока шла вдоль единственной улицы через всю деревеньку к красивому двухэтажному коттеджу. Велев ребятам занести баулы в дом, отправилась к источнику. Спустилась по тропинке к речке, прошла по новенькому мостику с перилами с обеих сторон, и двинулась по тропинке дальше к ельнику. Ельник за долгие годы разросся, но не настолько густо, чтобы затруднить продвижение к Источнику. А вот елань осталась прежней, в размере не уменьшилась. Источник на фоне елей и тёмной зелени травы выделялся новенькими срубом и «журавлём». Глафира знала, что сруб не на всю глубину колодца, а только вот над землёй четыре венца, да вниз не более метра. Дальше вглубь стенки колодца каменные. И какова глубина естественного источника волшебной воды, никому не известно. На конце свежей, ошкуренной жерди укреплён крюк в форме двойного завитка, чтобы ведро случайно не сорвалось при погружении в воду. На крюке вместо старой деревянной бадейки висело не большое, литров на шесть серебряное ведро. На колодезной кромке стоит, потемневшая от времени, берестяная кружка, привязанная тонкой бечёвкой.

Глафира, ухватившись за конец жерди, опустила ведро в колодец, притопила его, черпнув воды, и, перебирая руками по жерди, подняла. Ведро набралось полным, до краёв. Сняла ведёрко с крюка и поставила на плоскую кромку сруба. Взяла кружку, зачерпнула полную воды из ведра и выпила. Вода оказалась приятно холодной и очень вкусной. По телу разлилось тепло и даже стало жарко. Голова слегка закружилась. Минуты через две всё прошло. Глафира разделась до нага, сложила одежду на огромный рыжий камень. Здесь же поставила кроссовки. Сняла платок, распустила седые редкие волосёнки, скрученные на макушке в гульку, снова зачерпнула в кружку воды и, поливая то в одну ладонь, то в другую, умылась над травой. Затем опрокинула ведёрко над головой. Ахнула, передёрнувшись. Вода, неожиданно, показалась ледяной. Кожу по всему телу ожгло, потом стало пощипывать, и появилось ощущение стянутости. Но вскоре все неприятные ощущения исчезли. Ведро и кружку Глафира вернула на место. Кружка, вдруг, рассыпалась вместе с бечёвкой в труху, тут же подхваченную откуда-то взявшимся лёгким ветерком. Глафира растерянно посмотрела на опустевшую кромку сруба. Чудеса! Потом посмотрела на свои руки. Ни пигментных пятен, ни синих выпуклых вен. Тело покрыто упругой бархатистой кожей. Волосы вернули себе былую красоту. Удивилась, что быстро высохли. Скоренько оделась, достала из кармана куртки зеркальце, посмотрелась. Ого! Ей снова не более двадцати двух лет. Из другого кармана достала деревянную расчёску, расчесала, снова ставшие густыми и волнистыми, волосы. Оставила их распущенными. Ну что ж, пора возвращаться.

Поспешила в деревню. На мостике остановилась, склонилась через перила, вглядываясь в своё отражение в тёмной, словно крепко заваренный чай, воде. Несмотря на цвет, вода оставалась относительно прозрачной под действием солнечного света, и, даже, видно каменистое дно и мельтешение стайки мальков. Она помнит с детства, что глубина здесь всего взрослому по колено. А они, ребятишками, собирали здесь красивые камешки и ловили мальков материными фартуками. Мальки ловиться не желали, но самые удачливые рыбаки с десяток вылавливали. Мальков, конечно, скармливали цыплятам и кошкам.

Вспомнила и, выпрямившись, звонко рассмеялась, словно в детство вернулась. Но, опомнившись, не видит ли кто, посмотрела в сторону коттеджа. На крыльце сидел мужчина в военной форме. Она замерла на мгновение. Сердце ухнуло куда-то вниз, потом вернулось, забившись почему-то в горле. Едва продохнув, поспешила к дому. Ей ещё нужно поблагодарить Анастасею.

Когда подошла к дому, высокий стройный мужчина лет тридцати в военной полевой форме с погонами полковника встал навстречу, но она, молча, показала ему, что ей пока не до знакомств, и поторопилась к домику Анастасеи. Вошла в сени. Сквозняком в щели вытягивает пыль, травяную труху. С поветей, где у Анастасеи сушились пучки трав, тоже тянуло на улицу труху с пылью. Возле стены валялись останки лесенки. Хозяйка ей пользовалась, чтобы подняться на чердак и повети. Вошла в дом. Глинобитная русская печь стояла почти в середине помещения. Никакого разделения на кухню и жилую комнату, как было у них в доме. Вся нехитрая мебель, что имелась, тоже разложившимися останками лежала на местах, где стояла или висела, кроме глиняной шестковой посуды стоявшей на полу (несколько горшков разной ёмкости и назначения, пара мисок и инвентаря, прислонённого к печи: кочерга, ухват и деревянная лопата). Глафира низко поклонилась.



Нюра Осинина

Отредактировано: 02.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться