Игры скучающих купидонов

Глава 17. Шеф, все пропало!

Я твердо знаю: в мире должен быть порядок… 
Я на это надеюсь. Робко. Иногда.
Авессалом Подводный. Отдельные мысли

Я обнимала за шею спасителя. Того самого халифа. Его загадочная улыбка волновала и заставляла чаще биться сердце.
- Почему ты меня спас?
- Я не люблю убивать женщин.
- Понятно. Кому-то халва, а кому-то… - я не успела закончить фразу, приготовившись произнести слово «секс», но может оно и к лучшему, потому что мой спаситель выбрал другое значение сладострастного искушения.
- Щербет? – подсказал он, неся меня по длинным переходам, где ветер раздувал парусами яркие ткани и доносил звуки тихой музыки. Искусный музыкант пощипывал струны неведомого инструмента, заставляя каждую нервную клеточку моего организма вибрировать в ответ.
- К чему эти игры с зинданом? Нельзя было не унижать меня при своих любовницах? Скрутили, поволокли…
- Бунт в гареме устроить хочешь, женщина? – улыбка подняла уголки его губ. Я смотрела и не могла насмотреться. На прямой нос, на красиво подстриженные усы и бороду. Ему очень шла эта густая, лишь обрамляющая четкую линию скул бородка. Как и кудри, что густой волной спускались на плечи. И плечи - такие широкие, мускулистые. - Во всем должен быть порядок, - его голос пленил и заставлял замирать. - Сегодня ночь Халимы, не надо ее расстраивать. Пусть думает, что меня отвлекли государственные дела, а не новая рабыня.
- Рабыня?
- Я твой господин. Забыла? Буду делать с тобой все, что захочу.
- А я буду отвечать «Слушаюсь и повинуюсь?», - улыбка предвкушения растянула мои губы. Ну, наконец-то! Долгожданная игра в доктора. Медицинские работники тоже не терпят возражений. Вам же не взбредет в голову сопротивляться, если ваш доктор скажет: «Раздевайтесь и ложитесь на кушетку».

Невысокое ложе остудило кожу прохладой шелка. Я сразу села, поджав под себя ноги. Халиф встал на колени и медленно, глядя мне в глаза, развязал узел своего халата, провел пальцами по моей скуле, отбросил влажные волосы, которые хлестнули спину холодными прядями, заставив поежиться. 
Я почувствовала, как мои соски превратились в тугие горошины. Халиф опустил глаза и ласкающим взглядом прошелся по ним. Я выгнулась и втянула живот, чтобы предстать в лучшем свете.
- Ключева! А кто говорил, что не любит мужчин?
- Кирюсик?! – еще не обернулась, но уже знала, кому принадлежит этот голос.
- Кто такой Кирюсик? – халиф грозно блеснул очами. 
Раздвигая шелковый занавес, с интересом разглядывая убранство в восточном стиле, в комнату вошел Кирилл Петрович. В штанах аdidas, в майке с трилистником и босиком. 
Струна музыкального инструмента, оборвав мелодию, тонко дзынькнула.
- Э-э-э… познакомьтесь, - проблеяла я, натягивая на нагое тело халат халифа, - Мой босс. А это мой Господин, - я с любовью посмотрела на халифа. Но не увидела прежнего ласкового мужчину. Его лоб избороздили морщины недовольства, усы воинственно топорщились.
- Развратница?! – взревел халиф, переводя грозный взгляд с Кирюсика на меня. Он ничего не понимал. В принципе я тоже. Откуда здесь мой аптечный босс?
- Развратница, - как ни в чем небывало подтвердил Кирюсик. И тем же мягким голосом уточнил: – Бисексуалка и, судя по всему, еще и БДСМ-щица. «Мой господин», - передразнил он меня фальцетом.
- В мои сны с другим мужчиной? – халиф поднялся на ноги. Через штаны из прозрачной ткани были видны мускулистые ноги и густая поросль, тянувшаяся до самого пупка. Туда, где поросль брала начало я старалась не смотреть, но это место так и маячило у меня перед глазами.
- Ребят! Ну чего смущаться? – Кирюсик миролюбиво раскинул руки. – Во сне все можно. Во сне нет ограничений! И раз пошли такие танцы, почему бы нам не сообразить на троих? Ключева, снимай халат.
И не прекращая приближаться к нашему ложу, потянул за край своей майки, чтобы снять ее через голову. Обнажился приличный такой пресс и грудь без единого волоска.

Халиф силой схватил меня за подбородок, заставив отвести глаза от босса. Ясное дело, я глазела на него не из-за желания оценить качество тренажерных станков, на которых тот занимался построением фигуры, а в растерянности. Я просто не знала, что ответить на наглость Кирюсика.
- Женщина, это твой мужчина?! Как ты смела явиться с ним ко мне?
- Я?! Мой?! – слова оправдания потонули в водовороте мятущихся мыслей. Кирюсик? Как такое возможно? 
- Я ее, - подтвердил Кирюсик, закидывая майку куда-то за спину, – босс, шеф, господин, тайный воздыхатель. Я даже попу ее щупал не так давно. И на руках носил. Нечего стесняться, Киса моя, снимай халат. Я уже видел, что у тебя родинка на попе и волосы «там» выстрижены дорожкой.
Я плотнее запахнула мало что скрывающий халат.
- Кирилл Петрович!!! Прекратите!
Но его руки уже были на моих плечах и упорно стягивали тончайший шелк вниз.
Глаза халифа расширились, губы сомкнулись в тонкую линию, ноздри затрепетали, готовясь выдать порцию огня.
- Бро, ты сверху или снизу? – последнее, что смог произнести Кирилл Петрович перед тем, как был нокаутирован. 
- Стража! – взревел халиф, потирая ушибленную руку. – В зиндан их! Обоих!
- Мой господин…
Но халиф, бросив на меня презрительный взгляд, резко развернулся и скрылся за полощущимися на ветру тканями.
Опять вишу в чужих руках и не могу встать на ноги. Перед глазами мелькают знакомые места: вот бассейн с зеленой водой, а вот комната, где пери ела халву… 
А вот что-то новенькое. Я опускаю глаза, чтобы не встретиться с полным торжества взглядом наложницы Халимы, бегущей навстречу по длинному коридору, где сквозняк также раздувает паруса шелка и приносит звуки загадочного струнного инструмента. Наверное, понеслась утешать халифа…
А мне как приговор - веревка на талии. 
Я даже не кричала, когда меня столкнули в дурно-пахнущую дыру.
Кричал Кирюсик. «Я хочу проснуться! Я хочу проснуться! А-а-а!»



Татьяна Абалова

Отредактировано: 24.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться