Канун дня всех миров

Глава четырнадцатая

    Оккультации повседневности

 

На следующий день Чак поднялся с постели, как обычно. Ни рано, ни поздно. Его не будил будильник. Его не будил телефон. Не будил и страшный сон. В отличие от прошлой ночи, ему не снилось ничего. И вообще, в голове была темная пустота. В отличие от прошлого дня, не хотелось ругаться, не хотелось чертыхаться. Не хотелось думать о Гари. Но думалось.

После обеда его ждал непосредственный руководитель Гари. Человек, который и дал зеленый свет самому отделу и всей работе Гари – руководитель управления информационных служб уголовной юстиции, подразделения ФБР, занимающегося сбором, обработкой и хранением информации по всем уголовным преступлениям не только подразделений ФБР, но и местных полицейских структур. Ждал с докладом о сложившейся ситуации. Ждал с мыслями и планами действий. Но в отличие от предыдущего дня, у Чака, будто этих мыслей и не было. Точнее сказать, были только те, что он выдумал накануне. А теперь он смотрел, и видел лишь то, на что смотрел.

- Черт,- впервые за утро захотелось ругаться, и он снова сказал,- черт.

Чак поставил вариться кофе, рассчитывая, напитком улучшить мыслительные процессы, и обострить внимание. Было еще раннее утро. До поездки в Кларксберг, расположенного в Западной Вирджинии, скорее всего означавшей возможность или не возможность продолжения его собственной работы в отделе, была еще масса времени.

Да, масса времени. И он может, и должен, что-то сделать еще. Хотя бы то, что запланировал вчера. Хотя бы это, если уж ничего нового в голову не приходило.

Из угла, из-под столика, раздался вызов мобильного телефона.

- Вот, черт, я вас не все выключил,- пробубнил Чак, и уставился на коробку, из которой аппарат звонил. Он некоторое время раздумывал, что лучше сделать – принять вызов, извиниться, и сообщить, что лучше поискать иной связи с владельцем телефона, или не делать ничего, потом просто выключить. Как и остальные.

Не делать ничего. Вариация была настолько неприятной, но и настолько же комфортной.

Телефон перестал звонить. Мэйсон подошел к коробке, и заглянул в нее.

- Черт, а какой звонил?

На него словно смотрели плененные зверьки, навалом скучившиеся в клетке. Но один все еще подсвечивал экраном. Будто бы все еще живой. Он взял его и кнопкой выключил. Вспоминая, как отбирал их у людей. Выдирал из рук, и бросал в эту коробку. Но это было в дне вчерашнем, богатым на эмоции, на события, на силу.

Вчера, сразу же после разговора с Ирвигом, Мэйсон плюхнулся в машину, и помчался в местность, которую этот тевтонец, а судя по акценту, он им и являлся, ему указал. На фото, присланном на телефон, была оранжевым маркером обведена область второй волны-вспышки. Ее Ирвинг рассчитал, как предупредил, с погрешностью не больше мили. И дорога, учитывая немыслимую скорость, с которой Чак летел, заняла не больше часа. Он помнил, как удивился спец, когда Мэйсон сообщил, что на место прибыл.

- У тебя там от Конкорда двигатель стоит? Ладно, что видишь?

- Городок. Маленький.

Ответил Мэйсон, и пошел осматриваться на предмет необычных происшествий. Хотя, чего именно искать, он даже и не представлял. Но все понятно стало сразу. Сведения об аномалиях, в тот день, словно его искали сами.

В первом же магазинчике, где он хотел купить мороженное. Хозяйка ему сообщила, что с покупкой не выйдет ничего. Холодильники с ночи отключились, и все лакомства, и белые и шоколадные, объединились во всеобщую демократичную кашу, как она выразилась, в вершину толерантности.

- Да, неприятность,- протянул Мэйсон.

И хотел, было отправиться в другой магазин счастья поискать, но женщина пояснила, что такая же неприятность ждет его везде. По всей округе. И на свою беду, и многих ее соседей, подняла свой телефон и проиграла запись на диктофоне. Голос был и знакомым и незнакомым одновременно. Звучание было подобно кинофильму. Когда-то слышанному, возбуждавшему забытые эмоции, но не поднимаемому со дна памяти.

- У каждого настоящего свое будущее ….

- Что это?- спросил Мэйсон.

- А я вам о чем? Кое-кто поговаривает, что нас посетило НЛО. Ночью, говорят, тут такое было!

И тут Чака, что называется, осенило. Самой невероятностью вверенной ему силой и блеском значка, выданным ФБР, он собрал на городской площади людей. Благо они были подогретыми собственными разговорами и личными фантазиями. И, конечно же, каждый и похвастался оставленной фантастической вспышкой фразой на телефоне.

Мэйсону все это сразу может и показалось бредом. Но из этого сыпавшегося на него вихря разноголосых кинематографических фраз, ему вдруг стало видеться подобно пазлам совмещающийся смысл. Неведомая аномалия, непосредственным участником которой являлся его напарник Гари, оставила ему, Чаку, послание. Но почему-то, разбросала, распорошила смысл по всем магнитным аппаратам. Надо бы собрать их, как можно больше.

Он ничего иного не придумал, как, подхватив первую попавшуюся коробку, отобрать у жителей их счастливые игрушки.

Только теперь, утром, наливая свой кофе, он подумал, что и об этом надо будет держать обоснованный отчет о том, как он, агент ФБР, наступил на горло свободе и демократии.

Вот только на тот момент все это было преисполнено великого смысла. Теперь же, он не знал с какой стороны к систематизации подступить.

Но это позже. Сначала решил, что лучшим действием будет установка камеры, а лучше трех, направленных на область первой вспышки, то есть, место аварии. Хотя Ирвинг и сомневался в целесообразности данного проекта. Мотивировал он это тем, что подключать к расследованию третьих лиц не веет целесообразностью. А сам Мэйсон не будет в состоянии за камерами следить. Тем более, что сам он, как спец, уже подключился к спутникам и местность наблюдает.

Но Мэйсон, и послушал бы своего советника, может, в день вчерашний. Но в этом, новом, и каком-то совершенно непроклеенном, он хотел поймать вчерашний драйв. Таким действием поймать тот самый, несущий с яростью поток.



Ле Эшен

Отредактировано: 01.07.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться