Лейси 3. Ненависть

— — —

Сколько мне нужно? Вытряхнул на ладонь оставшиеся колёса. Трясёт так, что таблетки выпрыгивают из рук. Сука, просыпал. Полез под кресло, пошарил на пыльном коврике. Подобрал с пола, сожрал вместе с грязью. На зубах хрустнуло. Пыль или песок. Уже без разницы. Больше нет, и дома нет. Полез в бардачок за рецептом. Кое-как разобрал каракули и дату. Просроченный. Может и проканает. Подпись я смогу подделать, а вот бланк и печать нет. Можно метнуться к знакомому врачу. Или сразу к знакомому дилеру. Продолжает трясти. В груди болит, и дышать трудно.

У меня ломка.

 

Знакомый врач откладывается, позвонил драгдилеру. Добегался, молодец. Значит, сука, я нарик? Не в первый раз, хотя у меня же и причина уважительная — я больной на всю голову. Телефон отбросил на сиденье, тот всё ещё разрывался от звонков и сообщений. К черту! Потом! Верона разберётся. Зачем мне секретарша, если не для таких случаев. Потом будет извиняться за меня, придумает причину. И вот я, кое-как попадая в дорогу, рулю к торговцу дурью. Или к торговцу смертью.

Так ведь считают особо впечатлительные? Это же дрянь, это погань, отрава? Дебил, если употребляешь. Неважно, как подсел. Тут реальность, жизнь, семья, любовь, чувства. А у тебя что — глазки в потолок, изо рта слюни. Сидишь, мычишь обдолбанный. Дебил и есть. Хотя нынче это не политкорректно. Это диагноз. А у меня самого дохрена диагнозов — выбирай какой хочешь. Что теперь, тоже обижаться?

Вернёмся к слюнявому обдолбышу. Значит, вы умные, а он дурак? Только вот мозгу всё равно. Он получает ударными дозами свой дофамин, и похрен ему, от жизни, любви и реальных эмоций его прет или от дозы. Только в жизни, чтобы получить эндорфины, ещё попахать надо, а мозг — сущность ленивая. Как только человечество избавит дурь от небольших противопоказаний к употреблению, ну типа смерти, то человечеству пиздец. Потому что реальность переоценивают.

 

Вырулил в темный переулочек. Сбил мусорный бак — уже классика. Вообще странно, что он здесь есть. Вылез из машины, сразу увидел его – старого кореша. Как, кореша? Изображал для дела, конечно, что мы кореша. Человек на улице пригодится. Даже такой. Закрыть бы его давно надо.

Он подошёл. В старой потертой косухе, с сальным взглядом, прилизанными волосами. На шее цепь. Такой не вломит, но у нариков в состоянии вызвать ложное ощущение, что может вломить. Поигрывая телефоном в руках, приблизился почти вплотную. Он повыше меня, а мне хреново, что скручивает — так что он ещё и слегка навис. Сейчас у него преимущество — у него то, что мне надо.

— Не ожидал, Лейси, что ты для себя. Ты как-то, помню, с рыжей бабой был, а сейчас сам.

Он про Кристин? Ну да, было дело, брали у него немного для настроения и с Кристин.

— Так плохо выгляжу?

— Как будто подыхаешь, — он меня рассмотрел. — Дозировку знаешь. Смотри, не откинься. 

— Тебе не похер? — разговор внезапно начал утомлять. Тем более, я уже заметил мягкий блистер в его руках.

— Ты человек полезный. Жалко будет. Цену знаешь.

Я полез в карман, понял, что без бабла. Последнюю купюру отдал медбрату.

— Нала нет, могу перевести, — сначала сказал, потом сообразил, что телефон в машине, и я не различаю, что на экране.

— Только нал, сам знаешь. Э как тебя скручивает, — он наклонился, протянув руку к моему лицу, провёл по щеке и подбородку. — Можешь по-другому расплатиться. Чисто по дружбе. Ну ты понимаешь.

— Понимаю, — не разгибаясь до конца, я ударил его сначала в живот. Как только поц упал на меня, оттолкнул и сразу в нос. Сломал. Меня самого шатало, но вид чужой разбитой в кровь хари привел в чувства. Схватив его за волосы, я ещё раза два припечатал «кореша» мордой в стенку. Когда мой друг драгдилер упал на землю, я наклонился, всё ещё держась своей клешней за его башку, вытащил из его рук мятый блистер и, пошатываясь и борясь с тошнотой, поднялся. 

— Чисто по дружбе я тебя сейчас не убил, — проследил его взгляд, — ну ты понимаешь?

Он кивнул, я отпустил его и поплёлся к машине. Услышал в спину:

— Лейси, ты че, за руль? Убьёшься! Слышь? Сразу только всё не принимай!

Вот это я понимаю — клиентоориентированность. С первого раза я не смог залезть в свою тачку – не получалось сначала открыть, а потом и тупо попасть в дверь. Вполз, держась за руль, как за ориентир. Проморгался. Закрыл дверь. Совсем херово. Плохо. Надо кому-нибудь позвонить, но телефон похож на взрывающегося, изрыгающего проклятия монстра. У меня ломка. Просто ломка. Сейчас закинусь, потом сдаваться в клинику. Пусть промывают организм. Надо только добраться. Передоза быть не может — встреча с отцом, разборки с мафией на побережье, Алекс, Тони… Мириам. Контора, гора дел. Всё это было вчера, не могло быть сегодня. Слишком долгим выходит день. Со вчерашнего утра я два раза принял свою двойную дозу. Не так уж и много. Других пузырьков у меня нет, этот закончился только что. И всё же странно, что я не могу, не в состоянии точно подсчитать… 

Выдавил на ладонь две штучки. Подумал. Две много. Обратно замусоленный мною мелкий кругляш не вставлялся. Выкинуть? Всё равно бесплатно. Не бесплатно, пришлось разбить человеку нос. Слизал с ладони оба колесика. Посидел, прикусив руку. Кажется, начал биться головой о руль. Не уверен. Кто-то забарабанил в стекло:

— Лейси!

Поднял голову. Что этому туловищу от меня надо? Кое-как попал ключом в зажигание. Тронулся. Дорогу видел более менее чётко. Чувствовал себя примерно как в ГТА. Доеду.

 

Доехал. Как если бы совершил пространственно-временной скачок. Только что был на магистрали, а уже на парковке у дома. Вышел с твёрдой решимостью идти сразу к себе. И был уверен, что так и шёл. Но почему-то оказался у забегаловки, где работает Мириам. Инстинктивно поднёс к лицу правую руку. Номер виднелся довольно четко. Я что так и не помылся? Разве я не был в душе?

Но это не сон. Будь это сном, я бы не смог разобрать и повторить все цифры. Особенность сновидений — если хотите понять, спите или нет, попробуйте сфокусировать на чем-нибудь своё внимание. Можно постараться разглядеть кожу рук. Скорее всего, испытаете сложности с детализацией. Достал телефон, начал набирать номер. Судя по всему, сразу набрал, потому что едва поднёс к уху трубку, Верона ответила. Сказала, что видит меня и уже выходит. Стоп! Почему Верона? Наверное, почудилось. Потому что из дверей кафе ожидаемо вышла Мириам. Она с радостью позволила чмокнуть себя в щёчку и подхватила меня под руку. Я был полон решимости отвести её куда-нибудь поужинать, о чём и сказал ей. Она кивнула. Опять начала рассказывать историю про сломанный холодильник. Мы сделали круг по району, довольно быстро. И почему-то оказались опять у дверей её кафе. Я начал злиться, а Мириам сначала расстроилась, но потом вдруг сказала, что это не имеет значения и завела меня внутрь.



Зоя Ясина

Отредактировано: 24.10.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться