Любовь под соснами

Глава 12

Глава 12

 

Утром Кристина проснулась в плохом настроении. Заливающее спальню солнце казалось насмешливым и оскорбительным. Кристина долго валялась в постели. Ни бегать, ни плавать, а уж тем более делать упражнения на тренажерах не хотелось. Она чувствовала себя разбитой и несчастной. Дел по работе не намечалось, что тоже было плохо. Когда приходила депрессия, Кристина знала: ей лучше носиться в делах, в разговорах и разъездах, забывая о себе. Но сегодня ехать некуда. Еще вчера телефон подозрительно молчал, грозя неминуемым августовским кризисом, когда все клиенты разъезжались по курортам и дачам.

 

Устав валяться, девушка вышла на балкон, сощуриваясь от солнца. Денек обещал быть жарким. Немного постояв в нерешительности, поругивая себя за лень, она спустилась вниз, чтобы сделать кофе и бутерброд. Взяв поднос, отправилась в сад. Заливались радостно птицы, с озера доносились возбужденные детские голоса. Стукнула и отскочила от стола шишка. Кристина посмотрела вверх на голубое небо и от его особенной яркой нежности с чистейшим единственным облачком, почувствовала, как защипало в носу от слез. Бросив недоеденный бутерброд, Кристина побрела по саду к засохшей сосне. Обняла ее шершавый, уже неживой ствол, чувствуя, как побежали по щекам горячие слезы. Сегодня она была совершенно одна: маму еще вчера отвезла на очередное обследование, и теперь могла плакать сколько угодно. И от этой ненужности такой милый день казался невыносимым. Уж лучше бы дождь, на который можно было бы спихнуть свое плохое настроение, сравнять слезы на щеках с каплями дождя на стекле. Эх! Да что ж с ней такое?! Витька? Нет его. Она вчера решила придумать игру, в которой бы его не существовало. Ее жизнь без него. Ведь было же так когда-то.

 

Кристина похлопала ладошкой сосну и побрела к столу. Недоеденный бутерброд, недопитое кофе. И тоска. Она почти с радостью услышала мелодию мобильника. Как хорошо-то. Да, она здесь. Готова показать любую квартиру. Даже самому противнючему из клиентов. Только выдерните меня отсюда.

- Не вешай трубку, ладно? – Витькин голос показался до ужаса родным.

- Что ты хочешь?

- Тебя, конечно.

- Ничего не будет. Ты разве не понял?

- Почему ты сегодня не бегала?

- Нет настроения. Тебе, который весел, как птица, этого не понять. И, вообще, бегай с женой. Ей не помешает немного физкультуры.

 

Кристина чувствовала, что ведет себя глупо, но желание уже отдавалось в теле, заставляя сжиматься сердце. Она чувствовала, как стало теплее. Черт. А она, чувствуя себя такой слабенькой, даже не могла бросить трубку. Она вдруг почувствовала, что плачет и на какое-то время выпала из реальности и даже не заметила, как Витька перемахнул через забор. Он бросился к Кристине и обнял ее. Их губы сомкнулись, его наглый язык начал обшаривать ее рот, увлекая в полет, где не было никого кроме них двоих. Почему-то ей казалось, что самое лучшее, когда он облизывал бочок языка. Надо оттолкнуть, но Кристина размякла в его объятиях, понимая, что сопротивлению бывает конец.

 

Конец настал, когда Витька подхватил ее на руки и понес к дому. Отвечая на его поцелуй, Кристина успела подумать, что раз мамы нет, можно и расслабиться. Задохнувшись, Витька поставил ее на пол, мягко гладя все тело, залезая в самые потайные места, которые желали быть поглаженными. Она отдавалась ощущениям, позволяя своим, жившим собственной жизнью рукам, делать то, что делать было категорически запрещено. Но именно это заводило.

Застонав, Кристина потянула его в спальню. Витька был нетерпеливым и медленным, ласковым и грубым, именно таким, каким требовала ее страстная натура. Его тело на миг предвосхищало ее желание, затормаживая его на мгновение, чтобы усилить ощущения. Все было так сладко, нежно и по родному правильно: сливаясь, их тела вопрошали, почему им не позволяли это делать раньше. Ведь то, что так хорошо, никак не может быть неправильным. Он вошел в нее нежно, не до конца и, дразня, замер. Кристина тоже замерла, отдаваясь наслаждению, отсрочивая момент его более глубокого проникновения. Витька облизывал ее рот, не двигаясь. Она чувствовала, что сейчас умрет, если не продолжать и подалась вперед. Он тут же вошел глубоко, погладив все внутри, снова вышел и снова глубоко вошел, уже не оставляя ее, двигаясь быстрее и быстрее. Одновременный оргазм был настолько длинным и сладким, что Кристина подумала, что умирает. Он целовал ее мокрые щеки и слизывал слезы, шепча нежные слова.

 

Кристина, понимая, что проиграла, попыталась его сбросить с себя, но он только сильнее прижался к ее телу, уговаривая и целуя. Она почувствовала, как напряглась его плоть и вновь ощутила острое желание, словно еще ничего не было. Еще разок, уговаривала она себя, отдаваясь, запутываясь в клубке эмоций и чувств. За несколько часов они так и не лежали рядом, лишь меняясь местами. То он сверху, то она. В реальность их вернули одновременно два звонивших телефона. Витька встряхнулся и, вытащив из джинсов свой самсунг, подал нокию Кристине. Голос, донесшийся из трубки, грубо столкнул с ее вершин наслаждения.

- Квартира на Пражской продается?

- Да. Нет. – Она выдохнула, чувствуя, что хочет разбить телефон. – Попозже. Перезвоните. – Она нажала отбой и одновременно кнопочку справа, выключая телефон, желая снова прижаться к Витьке. Но он, совершенно не обращая внимания, продолжал разговаривать. Кристина села на кровать, обняв себя руками, стараясь не слушать его взволнованный голос. Вдруг он встал и начал собирать одежду. Кристина подняла голову, глядя на него с удивлением. Бросив мобильный, он подошел к ней и обнял.



Лисицына Татьяна

Отредактировано: 10.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться