Люди, ангелы и микросхемы

Размер шрифта: - +

Глава десятая

Глава десятая

 

7026 год.

Представьте себе хранителя этого времени. Не героя, нет – герои здесь долго не живут. Они исчезают, гаснут, становятся призраками проглотившего их мир Квазара. По крайней мере, те, от кого хотят избавиться астралы группировки «Мункара и Накира». И неважно насколько ты хорош – схема жизнеустройства проглотит тебя, как только включится компенсатор резонансов Энрофы, и очередной астрал попытается изменить мир. Люди вспыхивают и гаснут, прожигая тонкую оболочку Размерности. Иногда этих несчастных можно встретить в Квазаре – призраки, которые могут растаять в любой момент. Бывшие герои. Их предки были выдающимися писарями Института всемирной иерархии. Но астралы Малика решили, что им не место в Новом мире…

Так что давайте представим хранителя, который мог уцелеть в этой зыбкой реальности. Он молод и, можно сказать, красив – по меркам 7026 года красив. Его предки стараются держаться в Размерности и называют своих детей именами ангелов, правда об ангелах уже мало кто знает, но детей по-прежнему называют в их честь. Так, например, нашему хранителю досталось имя Азраил.

Теперь давайте посмотрим на годы его Подготовки. Особенно те, когда он обучался в Квазаре. Именно там Азраил познакомился с девушкой по имени Наджет. Ее отцом был ученый акеми, который провел всю свою жизнь в Квазаре, а матерью… Матери Наджет не знала. Она родилась посредством услуг одной из незаконных контор Размерности. Матерью, вернее, сосудом, где развивалось ее тело, был клон, прекративший свое существование сразу после рождения Наджет. Почему ее отец отказался от обычного размножения посредством пробирки, остается загадкой. Почему все те люди, за которыми охотятся хранители, предпочитают риск, лишь бы их дети были рождены естественным путем? Правда, если предложить рожать самим, то они откажутся. Да и сам процесс уже канул в небытие.

Близость есть, но случается она в Квазаре – тонкая, изысканная, искрящаяся и почти фантастическая. Секс в Раю. И наказания не будет. Ходят слухи, что акеми близки к тому, чтобы создать атмосферу, еще один мир внутри Квазара, где подобные связи смогут иметь результат – ребенок или нечто подобное ребенку – дитя света. Но это будет уже совсем иной мир – мир внутри мира, жизнь внутри жизни. Самое странное, что этот проект поддерживает группировка «Мункара и Накира», всячески ограждая исследовательские центры акеми от бесконечного противостояния своих адептов и хранителей. За это они не требуют от акеми ничего взамен.

– В Квазаре место есть всем, даже хранителям, – так говорил лидер «Мункара и Накира» Малик.

Его образ показали Азраилу в первый же день, как он появился в школе. Когда Азраил стал встречаться с Наджет, то показал этот образ и ей.

– Почему я должна знать его? – спросила она.

– Потому что тебя выносила женщина-клон, а этим обычно занимается Малик.

Отца Наджет звали Пай-Мик, и он был индексирован в списке поиска хранителей под номером 457. Азраил влюбился в Наджет почти с первого взгляда. Она была подобна ангелу. И пусть в теории, которую получал Азраил в Школе хранителей, говорили, что большинство образов тех, кто живет в Квазаре, соответствует физическому оригиналу, он хотел увидеть все своими глазами. Особенно после случая, когда он, уже будучи стажером, встретился с одним из адептов Малика.

Его звали Олирн, и каждый хранитель знал его образ, но вот когда Азраил смотрел на одного из главных отцов незаконных центров Энрофы, встретив того в Квазаре, он понял, кто перед ним, только когда его старший напарник был уже мертв. Оружие, которым пользовался Олирн, было запрещено у хранителей. Оно выбрасывало сознание из Квазара, отправляя в случайный временной набор, не оставляя следов, чтобы можно было отыскать сознание и вернуть в оставшееся в Размерности тело. У хранителей же были только разработанные инженерами Иерархии резонаторы образов, которые могли выбросить нарушителя из Квазара в реальность. Инженеры обещали усовершенствовать оружие, позволив искать адрес капсулы, где содержится физическая оболочка, но проект развивался медленно. Об этом знал Азраил, и знал Олирн.

– Ничего личного, мальчик, – сказал Олирн и нажал на курок.

Азраилу повезло и его швырнуло всего лишь на пятнадцать лет в прошлое – редкое, почти невозможное везение. Он выжил, вернулся, пробыв часть своей жизни в качестве призрака.

Сначала было страшно и одиноко. Потом осталось лишь одиночество, страх ушел. Иногда Азраил видел других хранителей или астралов, но для них он был пустотой, дымкой. Оружие, отправившее его в этот мир теней, было экспериментальным, и никто не знал, как оно работает в действительности, никто не возвращался. Забегая вперед, можно сказать, что Азраил станет первым, кому удастся выжить, но знал ли он, что уцелеет, когда только был выброшен из Квазара? Нет.

Страх заполнил сознание. В первые дни своего нового существования Азраил не мог понять, в каком времени он находится. Но потом появился отец Наджет. Это стало лучом света в темном тоннеле. Азраил заставил себя успокоиться. С Пай-Миком была женщина, и Азраил подумал, что это может оказаться мать Наджет. Но женщина показалась ему странной. Прекрасная, как и Наджет в будущем, она каким-то непостижимым образом казалась ему ненастоящей. Что-то в этом образе было фальшивого. Вернее, не фальшивого, а нереального, не принадлежащего миру Размерности. И эта красота… Она была похожа на шедевры акеми в Квазаре. Они создавали целые миры, строили иллюзии, но в отличие от инженеров Размерности, которые совмещали в своих творениях миры, ученые акеми рождали красоту мира Квазар буквально из пустоты, из чистой энергии. И когда хранители прыгали в прошлое петли Квазар, то работу акеми всегда можно было отличить. Она была зыбкой, ненадежной. Такой же сейчас была и женщина рядом с отцом Наджет.



Виталий Вавикин

Отредактировано: 06.02.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: