Люди, ангелы и микросхемы

Font size: - +

Глава третья

7026 год.

Кто-нибудь может представить себе, каким станет мир? А какими станут люди? Важно не забыть, что с ростом технологий и возможностей будет расти и человеческое сознание, меняться, подстраиваясь под новые сложные технологии или же подстраивать эти технологии под себя. Если человечество выберет первое, то его ждет в лучшем случае эволюция и переход к новому уровню сознания с отказом от жизни, которая есть сейчас; в худшем – машины станут невероятно сложными, технологии будут создаваться не ради человека, а ради технологий, роль личности растворится в прогрессе, наука поднимется на Олимп жизни, свергнув человеческое и живое – настанет эра технологической инквизиции, когда ересью объявят все, что не впишется в цифровую модель катехизисов техно-мира.

Поэтому, чтобы встретить 7026 год от Рождества Христова, а не какой-нибудь 23584 цикл столкновения Вселенной Ускорения Встречных Пучков, то давайте представим, что человечество развивается, понимая, что технологии призваны служить человеку, а не наоборот.

И так, у нас уже есть примерная история до 2743 года. Общество развивается, проблемы перенаселения решены. Синтетические наркотики и продукты питания. В каждом жилом комплексе имеется по несколько центров, которые пытаются решить проблемы энергоснабжения. Скоро атомная энергия канет в небытие. Источником станет ядро Земли или энергию начнут получать из вакуума. Жилые комплексы, опреснители, возможность полной изоляции комплекса на случай войны, послужат прототипом для баз на Луне и Марсе. Да, люди всегда смотрят в небо, ибо в небе безграничный потенциал. Фантазия не знает границ. Но если небо останется черным и одиноким, то фантазия человека устремится в глубину его собственного «Я».

Снова начнется спад космических программ. Ученые будут шептаться о новом топливе, об искривлении пространства для более быстрого перемещения. Второе освоение космоса подойдет к концу. Сначала человек преодолел земное притяжение и вышел на орбиту Земли, высадился на Луну. Теперь человек построил пару комплексов на Марсе. И снова все стихло. Застой и спад вышагивают в ногу, стучатся в двери развития. Желающих переселиться на Марс все меньше и меньше. Программы сворачиваются, финансирование отсутствует. Те, кто имел глупость стать переселенцем, пытаются вернуться.

Первыми пустеют жилые комплексы на Марсе. Колонисты Луны еще держатся за счет торговли лунным водородом, который используют в качестве ракетного топлива. Но после того как последний колонист покидает Марс, и спрос на ракетное топливо падает, пустеет и Луна. Девяносто миллиардов человек ютятся на Земле.

Кризис синтетического производства пищи требует кардинальных решений. Старые фабрики, старые технологии. Вспышка лихорадки в секторах вернувшихся с Марса переселенцев. Стремительное распространение инфекции. Жилые комплексы переведены в режим войны. Полная консервация зараженных комплексов. Томительное ожидание – перекинется лихорадка на уцелевших или нет? Заражение в центрах энергоснабжения. Правительства уцелевших жилых комплексов призывают к снижению затрат энергии на период военного положения.

Никто не знает, сколько будет свирепствовать вирус. Электричество отключают каждый час. Потом десять минут гула турбин опреснителей и снова тишина. Лишь по выходным для жителей начинается жизнь. Потом снова энергия поставляется лишь на заводы и цеха обслуживания комплекса. Продажи нейронных наркотиков бьют все рекорды. Никогда прежде люди не использовали так много нейронных модуляторов. Главное успеть зарядить батареи, когда включают свет.

Небожители ставят в пример свою жизнь. Нейронные трансляции сокращаются до одного канала, по которому демонстрируют бедствие небожителей. Но на верхних ярусах видно небо. Они не живут во тьме, не задыхаются, когда опреснители прекращают работу. И вместо того, чтобы служить успокоителем, эти трансляции становятся причиной бунтов.

Сначала восстания происходят на нижних ярусах. Затем стихийно поднимаются все выше и выше. Сопротивления нет. Но нет и электроэнергии. Революция может закончиться за пару дней, но опреснители находятся на нижних ярусах, и если отключить их, то человек задохнется менее чем за сутки.

Экстренная консервация нижних ярусов. Миллиарды погибших людей. Удушье распространяется. Появляются крысы. Использование опреснителей невозможно, потому что системы вентиляции не работают – они заполнены мохнатыми грызунами… Небожители пытаются связаться с другими уцелевшими комплексами…

Никто точно не знает, кто первым снимет защиту. Другие ждут еще месяц, надеясь, что первые смельчаки не заразятся марсианской лихорадкой. К концу эпидемии население Земли сокращается в тринадцать раз. Социологи оптимистично называют это «Чисткой бога» – большинство погибших приходятся на нижние и средние ярусы: Ад и Чистилище. Рай почти не пострадал. О тех, кто погиб на нижних ярусах, говорят пару дней, потом забывают, считая их жизни бесполезной обузой.

Теперь поднимаемся выше, считая потери. Здесь все сложнее. Социологи ропщут на несовершенство законов, оставивших некоторые научные агентства на средних ярусах, не желая затоплять обитель небожителей. Агентство прыжков в прошлое попадает в центр обсуждений, потому что его перевод на верхние ярусы состоялся за два года до начала эпидемии. Остальным повезло меньше. Погибли ученые, пропали десятки лет исследований.

Потом социологи и пресса вспомнили об агентствах вне комплексов. В основном это были центры энергетиков. Поиски новых источников питания… «Чистка бога», – решила эти проблемы. Теперь можно было заморозить большинство энергетических центров. Мир сжался, съежился. Но мир готовился вздохнуть полной грудью.

Уцелевшие ученые возрождают леса, клонируют вымирающих животных. Жизнь первого коровника транслируют по всем каналам как сериал, у которого один из самых высоких эфирных рейтингов. Нейронная сеть создает атмосферу присутствия. Запах парного молока и свежих коровьих лепешек смешивается. Директор коровника курит настоящие сигареты, но сеть не может передать этого. Без нейронных наркотиков не может.



Виталий Вавикин

Edited: 06.02.2017

Add to Library


Complain




Books language: