Люди vs Боты

Размер шрифта: - +

Глава 12. Александр. Продолжение дневника 2

Однажды к нам подселили интересного кентяру, русского. Он уже несколько лет обитал в Америке... нелегалом... сначала он даже не говорил нам, чем на самом деле занимался, говорил, что работает в разных местах, типа вольный художник. Кстати, именно так просил себя называть, хотя сообщил, что по паспорту он Серега. На английском шпарил, как наш Цезарь, если не лучше. 

Когда он только приехал, то еще не знал, где будет работать, говорил, что наверное с нами на кухне... просто я к тому времени уже перевелся на совершенно другого рода работу. Ладно, все по порядку. 

Если “дырявая” мне не изменяет, то за три дня до заезда детей нас с Ваней позвали на психологическое собеседование. Мы сразу почуяли подвох, что мол это еще за фишка? Зачем нам это? Или если мы чересчур нервные, нас не допустят больше до мытья посуды? Дескать, перебьем все? Или к детям запретят подходить... короче были мы все в непонятках. 

Заявились сразу после утренней уборки в шип, ну это там, где все начальство сидит. Кабинет у них такой специальный, в той части здания, где медсестры уколы делают от зараз всяческих. Зашли мы, короче, в кабинет, там девушка... средней паршивости, лет, эдак, двадцати восьми, но пожеванная вся, не аппетитная короче, да еще и тюлень – с усами над верхней губой. Здоровается с нами и просит Ваню выйти, а меня остаться. Причем, что сразу напрягло – она безошибочно определила, кого из нас как зовут, хотя мы до этого с ней не встречались. 

Ладно, ближе к телу, то есть делу. Остались мы с ней вдвоем в кабинете. Ситуация, думаю, интересная... могла бы получиться..., но уж больно девочка стремная, я, кончено, тоже не Ален Делон, но это ее не извиняет. 

Тем временем тюленьиха стала меня рассматривать, беспардонно так, будто бы я слепой или сижу за таким стеклом, где с одной стороны зеркало. 

– Ну, – наконец сказала она, – приступим. 

Я кивнул головой. 

Спешу заметить... тут в чем дело... я не до конца помню подробности той встречи, а лепить юродивого не очень хочется. Поэтому я так, приблизительно накидаю, о чем мы болтали. 

– Мне надо задать тебе несколько вопросов. 

Я кивнул. 

– Постарайся отвечать честно. 

– Извини, а какое это имеет отношение к мытью посуды? 

Мне показалось, что ее разочаровал мой вопрос. Она даже не затруднилась на него ответить, представляете, да? 

– Итак, я начинаю. 

Я забыл большинство вопросов, но первый хорошо отпечатался у меня на “винче”: “Чему бы вы хотели посвятить свою жизнь?” 

Как сейчас помню свою реакцию, представляете, так рассмеялся, что тюлениха даже покраснела, будто подумав, что я над ее усами прусь. Я попытался собраться и произнести единственный ответ, который крутился у меня в голове, но тщетно, хрен вам, как грится. Со второй попытки мне удалось выдавить только первый слог первого слова. 

Лишь с третьего раза, под ледяным взглядом тюленихи я промычал: “Мытью посуды”. 

Девушка даже не улыбнулась, но что-то пометила в своей тетрадке. 

– Вы шутите? – спросила она. 

– Ну как вам сказать... – я попробовал сделать задумчивое лицо, – а варианты ответов будут? 

Она мне на это говорит, дескать, если у вас нет вариантов – это тоже вариант. А потом добавляет: “Я бы попросила вас отвечать серьезнее”, – кажется так она сказала. 

Я снова кивнул. 

– Вы предпочитаете жить прошлым, настоящим или будущим? 

Нет, вам кажется нормальным отвечать на такие вопросы? На трезвую-то голову. Ну, думаю, ладно, спрашиваешь – отвечу. 

– Я предпочитаю жить всеми тремя этими словами. 

– Понимаю, что не легко дать определенный ответ, но не мог бы ты подумать и ответить еще раз? 

Ну тут я немножко растерялся, чего это меня за дурака держат, я же ответил как на духу! (Для себя: как на духу, значит после того, как дунул?) Что это за паранойя, скажите мне на милость, жить только чем-то одним... я вот живу всем... было что-то у меня с самой страшной девочкой в классе, значит было, чего тут отрицать. Это, что касается прошлого. Настоящее тоже люблю... это же единственный период, когда мир можно потрогать! А как жить без будущего? Без мечты о жене-красавице и звезде по совместительству, чтобы кормила тебя. Без мечты о собственной команде по водному поло, о ботинках-прыгалках за четыреста баксов, о машине с автопилотом, управляемым с помощью голоса. 

Ну я ей опять и говорю, дескать, красотка ты моя ненаглядная, я, говорю, предпочитаю жить всеми тремя этими словами. В смысле, что и первым и вторым и компотом. 

А ей почти как об стену замерзшими козьими шариками (замерзшими, чтобы обои не попачкать). Смотрит она на меня, значит, глазами своими не то, что рыбьими, а тюленьими, смотрит и не верит словам моим. 

Я тоже пялюсь на нее, пытаюсь в глаза смотреть, но все время сбиваюсь на участок между носом и верхней губой... 

– Хорошо, – наконец, говорит она, – следующий вопрос. Как вы понимаете фразу Фридриха Ницше, “ваши собственные чувства должны вы продумать до конца”. 

Надо признать, цитату она по памяти дала. Хотя там цитата-то цитата, букв кот наплакал. 

Сначала я решил было взять минуту другую на обдумывание, а потом решил, что так она может подумать, что я чего-то пытаюсь утаить или новые способы подшутить придумываю. Поэтому ответ дал практически моментально. 



Александр Комаров

Отредактировано: 17.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: