Малиганы. Дикий Талант

Font size: - +

Глава 15. Объяснения (Ришье)

Глава 15

ОБЪЯСНЕНИЯ

(Ришье)

 

Молния открыл рот и расхохотался. Я смотрел на дядю, как белеют в темноте его зубы – и чувствовал, что оказался в какой-то гигантской пустой воронке, где нет звуков и света, нет эмоций, а есть только ощущение провала, необратимой ошибки. Дурацкое ощущение. Кое-что объяснить… ха-ха-ха… кое-что… ха-ха-ха…

А главное: кое-кому.

Чертова простыня. Ну что мне стоило накинуть камзол?

Лота стояла, как каменная. Лицо странное. Потом она, не говоря ни слова, развернулась и ушла прочь. Я запрокинул голову и посмотрел наверх. Высоко под потолком – огромная стеклянная люстра свечей на триста, не меньше. Такое мутное белое пятно. Если бы она упала – и прямо на меня… Вот было бы здорово.

– Пошевеливайся, Ришье, – сказал Фер резко. – Ночевать здесь собрался?

 

* * *

 

Луна похожа на вареный желток. Она летит в темном небе, среди звезд, оставляя мутный светящийся след. Если присмотреться, пятна на луне вдруг складываются в лицо. С плоским носом и глазами-щелями.

Монотонно пиликают цикады. Ветер шелестит в кронах акаций. Кажется, в проклятом саду никого нет. Только я, деревья, кусты, беседка и молочно-белые статуи. И больше ничего нет в целом мире – кроме этого сада. Я открыл глаза. Ах, да! И пистолет.

Я поднял оружие, прицелился. Удивительное все-таки дело – твердая рука. Необыкновенно приятное ощущение. Я нажал на спуск. Полотно ночи с оглушительным треском лопнуло. Вспышка! И снова темнота. Только просверки пляшут. Бутылка, стоящая на голове мальчика, разлетелась в сверкающих брызгах. Бедный алебастровый мальчик. Да воссияет в веках лицо твое, осыпанное бутылочными осколками… ээ, звездной пылью. Так, кажется, пишут восточные поэты?

Только разве они пишут про мальчиков?

Запах пороха.

Я поморгал. Дым все никак не рассеивался.

Кажется, нет. Тортар-эребские поэты пишут что-то вроде… вот девственница, чья красота – отточенный клинок, он рассекает душу в один удар; взгляни, и кровью сердца польешь песок у ног красавицы, глядящейся надменно в небеса; как в зеркало.

В таком духе. И никаких мальчиков. Хотя за всех тортар-эребских поэтов я бы не поручился.

– Именем герцога Наольского! – раздалось у ворот. Наконец-то явились. А то я уже замерзаю. В расстегнутой рубахе, с бутылкой вина, я пью, стихи слагаю, и пьяным буду до утра… терпеть не могу плохих стихов.

– Откройте! Именем герцога! – в этих словах звучала привычная, хамоватая, отвыкшая от сомнений властность.

– Уже, уже, – ответил другой голос. Привратник, конечно. – Бегу, господа хорошие мои, бегу…

По углам сада видны два фонаря. Воздух сухой и прозрачный, поэтому свет скорее режет темноту, чем разгоняет. Никакого мягкого рассеяния, как бывает во влажную погоду. Голоса. За решеткой движение, там горят несколько огней – на длинных держателях, свет ложится на шляпы с перьями и на начищенный металл рокантонов. Ночной дозор. Человек восемь? Десять? Не разобрать. Стражи порядка, добро пожаловать.

Где же вы раньше были – когда некие злодеи ворвались в дом беззащитных Хантеров?

Да уж… Беззащитных. Я вспомнил Корта и содрогнулся. Корта, стоящего посреди залы – в камзоле нараспашку, в руке зажата простенькая дуэльная шпага. Скольких Молния уложил сегодня? Страшная боевая машина, этот мой дядя Корт. Хотя, у меня, если задуматься, родственники вообще как на подбор: кто не убийца и мерзавец, тот убийца мерзавцев.

Я положил пистолет на колено – ствол еще теплый. Где-то тут было вино… ага, вот.

Веселенькая ночка. Уже одеваясь в комнате Ивы («Милорд… что-то случилось? Вы недовольны, милорд?» Все хорошо, девочка. Я ни о чем не жалею. Просто такое настроение), я задумался: какого хаоса вообще тут происходит? Кто и, главное, зачем на нас напал? Слотеры? Сомневаюсь. Слотеры не могли не знать, кто мы есть, а уж забыть про Корта – это надо постараться. Случайные любители поживы? Да уж, случайные. Команда была подобрана здорово – если бы не Молния и другие родственники, меня бы уже похоронили. Но то, что мы – Выродки, нападавшие не знали, это уж как пить дать. Поэтому и пошли под нож, как стадо баранов. Сопротивляясь и мемекая, взбрыкивая и упираясь рогом – но пошли. Когда раздались выстрелы, я выскочил в коридор. Где?! Кто?! Зачем?! Ночной бой, вслепую. Оружия никакого под рукой. Это же надо было догадаться, шпагу оставить в комнате на втором этаже – чтобы не мешала. Идиот. Я вспомнил про кухонные ножи. Целый арсенал, самому Тору Бесоборцу впору. Выбежал в кухню, схватил тот, что побольше. Повернулся и – нос к носу столкнулся с одним из налетчиков. Пауза. Хорошая такая пауза, как в хороших пьесах бывает.

Лунный свет падал справа, ложился между нами на стол желтоватыми неровными квадратами. Налетчик оскалился. Крепкий молодчик, битый жизнью, – и ударил он хорошо. Рапира скользнула по лезвию огромного ножа. Батман в сторону и быстрый выпад из низкой позиции. Баланс у мясницкого ножа непривычный, поэтому налетчик сумел увернуться. Наплевать. Мы пошли вдоль стола. Налетчик, видно, засомневался. Ко мне вернулась хорошая такая, яростная уверенность в себе. Между тем стол кончался, кончался и, наконец, закончился. Мы сошлись. Он ударил. Вместо того чтобы уйти в сторону, я подставил левую ладонь. Руку дернуло. Клинок хрустнул и сломался. Глаза налетчика расширились. Я взмахнул тесаком, целя ему в корпус справа, он успел отбить обломком рапиры. Звяк! Молодец какой. В следующее мгновение я сжал левую ладонь в кулак и ударил. Тупой звук, как по сырому мясу. Налетчик мгновение стоял, словно все ему нипочем. Потом рухнул, как подкошенный. Вокруг головы растеклось темное пятно.



Шимун Врочек

#7605 at Fantasy
#299 at Mystic / Horror

Text includes: дарк, тайны

Edited: 11.11.2015

Add to Library


Complain




Books language: