Мэри Поппинс для квартета

Размер шрифта: - +

ЭПИЛОГ

 

Я хочу быть высокой сосною.

Чтобы жизнь не прошла впопыхах.

Чтоб знакомый орел надо мною,

Ежедневно парил в облаках.

(С) Иващенко. Васильев

 

 

- Ура! – заорала Маша, стоило ей увидеть квартет, который явился за нами в Вологду. И это она еще не знает, что я подписала с ними трудовой договор. Томбасов фырчал недовольно, его больше бы устроило, если бы музыканты, которых он выпустил на волю, обошлись без моего участия в их творческой судьбе. А то как же! Это еще господину бизнесмену я еще не сказала, что намерена выпустить свой девятый класс.

Но гораздо больше меня беспокоило то, что Маше нужно будет сообщить, что Виталика определили в клинику. Потому что с его игровой зависимостью надо хотя бы попытаться что-то сделать.

Я пообещала, что скажу об этом завтра.

Дочь приехавшим обрадовалась как родным. На Томбасова, правда, посматривала с удивлением. Леву так вообще оттащила в сторону и что-то они стали обсуждать, одинаково опасливо косясь на меня – я кажется, поняла, с кем она старательно переписывалась на своем чудо-телефоне. Не дочь, а просто замечательнейший из сотрудников!

Мама же, оглядев квартирку, что разом стала крошечной – ну, конечно, кроме меня, ее и кошки – еще пятеро здоровенных мужиков. Она вздохнула и хотела было устроить скандал, но… к ней подскочили Иван и Сергей – я так понимаю, роль самых благонадежных и приличных выпало играть им, и стали ей рассказывать, какая я замечательная. Как они рады со мной сотрудничать. И какой прекрасный контракт они со мной заключили.

Томбасов попробовал было снова возразить, но споткнулся о мой насмешливый взгляд. Вздохнул. И – я так поняла – что-то задумал.

Ночь стремительно вступала в свои права. И я даже не хотела задумываться над тем, где мы все будем размещаться. Томбасов посмотрел на все это, взял меня за руку и сообщил, что мы уезжаем в гостиницу.

- Маша? – спросил он у дочери.

- Я останусь с бабушкой, - сказала она.

Я кивнула. Мама выглядела совершенно несчастной.

- Олег, - попросила я его.

И мы остались с мамой наедине.

- Я думала, ты будешь счастлива, если все вернуть как есть, - проговорила она. – Виталик звонил, просил помочь, он хотел помириться.

- Мам, если что – надо спрашивать, чего хочу я сама.

- А ты сама знаешь, чего хочешь, - рассмеялась мама. – Влетела в дом после Москвы: бледная, глаза горят, вся в слезах. Молчишь. И понимай, как знаешь.

Мы вышли во двор, где тоже было тесно.

- Любите ли вы русскую народную песню, - спрашивал у Левы Самуил Абрамович, как-то хищно поглядывая на музыкантов. – Как люблю ее я. И есть ли у вас косоворотки?

- Песни любим, - осторожно проговорил Лева. – Косовороток нет. Мы ж в них не работаем.

- Плохо. Придется найти.

- Олеся, где мы возьмем эти самые косоворотки? – перевел на меня изумленный взгляд Артур.

- Местный театр ограбить, что ли? – предложил Сергей. Иван кивнул, подтверждая, что одобряет подход.

- Нет-нет, - торопливо проговорил адвокат. – Давайте без правонарушений. Пока хватит.

- Можно в краеведческом музее попросить, - предложила я. – Только зачем?

- Квартет даст сольный концерт послезавтра в рамках фестиваля «Деревня – сердце России», - важно сообщил адвокат.

Я посмотрела на него, с трудом сдерживая смех. Что еще город выставил Томбасову? Профинансировать и отработать день города? Хотя, он был месяц назад. Значит, там проскочили.

- Оплата? – любезно улыбнулась я адвокату. Теперь в конце концов, от этого зависела и моя зарплата тоже.

- Я рассчитываю на безвозмездную помощь фестивалю, - улыбнулся Самуил Абрамович.

- Как можно! – я прижала руки к груди. – А как же принцип господина Томбасова, что любой труд должен быть оплачен?

Адвокат скривился:

- Вы не представляете, сколько в городе храмов, которые срочно нуждаются в ремонте. И какая на это нужна сумма.

- Обычная ставка квартета за выступление, - проворчал Томбасов, подходя сзади и прислушиваясь к нашему разговору.

- А вот и наш герой дня! – поприветствовал бизнесмена адвокат. Олег скривился.

- А что, - шепотом спросила я. – У фестиваля такое финансирование, что он может себе твой квартет позволить?

- У фестиваля – нет. У меня – есть. Не оставлю же я твоих подопечных голодными.

Два дня спустя дождь лил стеной. Мы сидели в палатке, поставленной для господ артистов и с ужасом посматривали на водопад. Посреди палатки находился стол, заставленный блюдами с пирожками. Иван, аккомпанируя себе страдальческими вздохами, ЕЛ. Артур смотрел на него с умилением, Сергей составлял компанию.



Тереза Тур

Отредактировано: 10.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться