Милослава: (не)сложный выбор

Размер шрифта: - +

6.2

Наверх поднималась быстрым шагом. Не терпелось заняться дневником, спрятанным под ворохом нижнего белья в шкафу, но снова не вышло.

Оберлинг догнал меня в коридоре.

- Милослава, ты ведь водница. Сможешь отправить послание в шахту? Гленн с Марком уже давно должны были вернуться, но их нет. А погода опять испортилась. Надо узнать, добрались ли они вообще?

- А «зеркало» на шахте есть? – спросила я.

- Зеркало? – удивился Максимилиан. – Для чего? Там одни мужчины. Им не нужно.

- «Зеркало» - это специальным образом подготовленная чаша с водой или льдом, - пояснила я. – В принципе, я могу отправить послание на любой живой источник, но его услышит только водник, а из «зеркала» - любой маг. Вы говорили, там есть маги?   

- В основном огневики и природники, - вздохнул Оберлинг. – Плохо. Придется мне своим ходом их искать.

- Да вы с ума сошли! – воскликнула я. – Что значит, своим ходом? Вы даже не маг! Хотите один, на лыжах, в метель? 

Оберлинг расхохотался.

- Глупая мышка забыла, что я оборотень? В волчьем облике я найду рудники в любую метель.

- Тогда отчего вы не нашли свою супругу, когда она пропала? – серьезно спросила я. 

- Я ее не чувствовал, - признался Оберлинг. – Она была чистым человеком. К тому же мой зверь ее не принял.

- Разве так бывает? 

- А у тебя? Ты ведь оборотень… на четверть, кажется? Было ли так, что ты не чувствуешь запах какого-то человека?

- Знаете, я жила среди людей, - задумчиво сказала я. – Я ощущала себя человеком. Я мыслила как человек. Я как-то не нюхала никого, или не задумывалась об этом. Что значит «зверь не чувствует»? 

- Даже не знаю, как объяснить, - запустил руку в волосы Оберлинг. – Некоторые люди пахнут по-особому. Ты ощущаешь их настроение, чувствуешь чужой запах на них. Оборотень всегда чует того, в ком есть хоть капля нашей крови. А людей не всех – только близких родственников, иногда друзей и…

- Привлекательных особ противоположного пола? – усмехнулась я. 

- Представь себе, нет. Или не всех особ, а только тех, кто, по мнению зверя, может дать здоровое потомство. Представляешь, как забавно: видишь страшную тетку, а зверь от ее запаха рвется в бой!

Естественно, я не могла не задать вопрос:

- А как пахну для зверя я?

- А ты не помнишь? – как-то невесело усмехнулся супруг. – Мой волк пожелал сделать тебя своей в первую же ночь. Конечно, спасибо его величеству. Он прекрасно знает, что в полнолуние зверя сможет удержать от привлекательной самки только очень сильный человек… или маг. Но я не просто не маг, а маг выгоревший. Я был одним из сильнейших. Когда магия ушла, ее место заняла животная сущность. Не всё, конечно. Но вторая ипостась очень усилилась. 

- Это значит, что вы с ней плохо справляетесь? – пытаясь скрыть разочарование, уныло спросила я. 

Я-то думала, я ему нравлюсь, а это инстинкты!

- Я отлично с ней справляюсь, когда я трезв, - неожиданно сухо ответил Оберлинг. – Впрочем, хватит болтать. Я сегодня выхожу на поиски своих людей. Если через две недели не вернусь – бейте тревогу.

- И как мне бить тревогу, когда мы отрезаны от мира? – мрачно поинтересовалась я. – Колоколов я тут не наблюдаю, сигнальной башни тоже. 

- Понятия не имею, - отрезал Оберлинг. – Ты маг, придумай что-нибудь. В крайнем случае, останешься вдовой. Не думаю, что ты многое потеряешь. Замок тебя принял, слуги тоже.

- Постойте, - крикнула ему вслед я. – Я ведь правильно понимаю, что замок теперь принял и вас?

- Мне тепло, - ответил Максимилиан, не оборачиваясь.

Итак, мои знания о природе оборотней пополнились. Моя сущность принимала Митрия Волчека, во всяком случае до тех пор, пока не почуяла на нем запах другой самки. Таман? Пожалуй, Тамана тоже принимала, но менее охотно. А вот по Оберлингу она просто сходила с ума. Иначе с чего бы я от одного его прикосновения слабею? 

Впрочем, я оборотень лишь на четверть, и поди разбери – где инстинкты звериной ипостаси, а где – мои собственные чувства? И можно ли вообще выделить звериную ипостась в отдельную личность, если всё это – я?

Всё это слишком сложно для одной маленькой глупой меня. 

---

21 числа месяца апреля 781 г. от основания Галлии

Я, младший принц, третий сын своего отца Эстебана II Галлинга, именованный Доминиан Леонардо Александр, пишу эти строки в замке Нефф. Не знаю, найдут ли сии записи когда-либо, не знаю, хочу ли сего, но пишу свою исповедь в надежде, что частица моей души сохранится здесь и после моей грядущей погибели.

С одной стороны, я в поражении и опале. Я глупец. Я тот, кто не рассчитал своих сил – мальчишка, заигравшийся в солдатиков – так назвал меня старый Браенг. Прав он, трижды, четырежды прав!
И в то же время нет человека счастливее меня. Я не один. Мои друзья верны мне. Невеста моя – я знаю, она ждет меня, хотя и напрасно. Живым я вряд ли долго пробуду вне стен замка. Бежать мне некуда.

И всё же благо для человека – знать об окончании жизненного пути. Есть время вспомнить о своих ошибках, есть время поразмыслить, поступил бы ты иначе или нет.  

Чего я ждал в случае победы? Власти? Свободы? Признания своих достоинств? 

Признаюсь, я ненавижу отца. Я всегда был в тени старших братьев, запасным принцем, неуклюжим, глупым, пустым. Следует признать, что в конечном итоге отец оказался прав. Сейчас я вижу, что шансы одержать победу у меня были самые крошечные.   



Марианна Красовская

Отредактировано: 20.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться