Мир, который мы разрушим. Книга 2. Проект Абигор

Размер шрифта: - +

Глава 2

Глава 2

 

            «Ну, что я за дурень!» – думал Давид озлобленно. Под ногами приятно шуршал ковёр из листьев, небо закрыли широкие кроны хвойных деревьев. Избушка рыбака осталась далеко позади, как и сам водоём. Войдя под раскидистые ветви леса, вздохнул с облегчением. Здесь он чувствовал себя в большей безопасности, чем на равнине или берегу озера с омутом, где любой желающий может проделать в тебе несколько отверстий метко пущенными пулями. А здесь в лесу защищают не только толстые стволы деревьев, но и пушистый кустарник, в котором, при необходимости, можно схорониться. Да и дышится здесь свободнее.

            В момент расставания Толик лишь печально вздохнул и зашагал прочь. Герой так до конца и не понял, что заставило поступить его так. Ведь, думал совершенно по-другому, а по финалу направился на поиски отчима. Глубоко внутри расплылось довольное чувство, которое приходит с пониманием, что поступил правильно. Хотя, выбранный путь был лишён объективного смысла, но чувство тревоги, гложущее его всё это время, постепенно улеглось. Он найдёт Семёныча. Чего бы это ему не стоило.

            Рядом мягко ступал Миша. Принюхиваясь к запахам леса, он зачастую отлучался. Иной раз рылся рыльцем в земле, находя вырытые норки маленьких зверьков. Давид поглядывал с недовольством, но не вмешивался. Порода требует своё.

            Малыш начал всё чаще отлучатся по ночам, всякий раз возвращаясь немного помятым, но довольным. Пару раз герой замечал на его морде бусинки засохшей крови, но чьей, определить не мог. Зверёныш быстро набирал массу, вымахал ему почти до пояса, но имел всё тот же оголодавший поджарый вид, только теперь кроме выступающего сквозь шкуру корсета рёбер стали бросаться в глаза мощные спинные и грудные мышцы, перевитые толстыми, будто канатами – жилами. Трудности общения между хозяином и питомцем не возникало. Зверёныш слушался его всё также беспрекословно. Понимал с полуслова, только что разговаривать не умел.

            Идущий впереди Фёдор поднял руку с зажатым кулаком вверх, призывая к тишине. Давид упал на землю, попутно доставая из-за плеча винторез. Прижав своей ладонью любопытного медвежонка к земле, стал ждать.

            С пару минут ничего не происходило, затем неподалёку послышались тихие шаги и громкий хруст. Парень аккуратно выглянул из-за небольшой песчаной насыпи. Внизу, невдалеке виднелся неглубокий, но широкий ров, на дне которого текла мутная речка-вонючка. Ров был завален сухими перегнивающими ветками деревьев и вездесущим колючим кустарником. Одинокая, болезненно кривая ива склонила свои ветви над мутной водой.

            Возле ивы склонился скрюченный уродливый мутант. Такого герою видеть не приходилось. Всё его тело было покрыто слизью и водянистыми гнойниками. Лысая без единого волоса кожа была отвратительно синего цвета. Голову существо имело небольшую, с грозно выступающей вперёд широкой нижней челюстью, усеянной рядом кривых жёлтых зубов. Узко посаженные друг к другу маленькие, хищные глазки при желании можно было бы выколоть одним пальцем, если б не нависающие широкие надбровные дуги. Тело монстр имел крупное, с множеством жировых складок и отвисшим до колен брюхом. От пасти к брюху чудовища тянулся широкий бардовый след. Оно сидело на корточках и самозабвенно вгрызалось в какой-то ошмёток мяса.

            Приподнявшись повыше, Давид заметил лежащие рядом окровавленные остатки вещей и разорванный на части рюкзак. Теперь стало понятно наличие у этого чудища такого огромного брюха. Приклад привычно упёрся в плечо. Прильнув к прицелу, задержал дыхание, взяв за мишень голову мутанта, затем он нежно положил палец на спусковой крючок. На ствол деликатно легла ладонь Фёдора. Не понимая, чего ждать, Давид опустил оружие и продолжил наблюдать за происходящим.

            Через пару мгновений неподалеку зашуршал папоротник, и к вербе вышло ещё одно существо, в котором Давид с содроганьем узнал одного из грибников. Вид грибник имел крайне оголодавший. Болтающиеся куски отмершей плоти лоскутами свисали с длинных когтистых лап. В пустых безжизненных глазницах роились мухи и жирные белые черви. Не доходя до вербы пару метров, грибник остановился, глубоко вдохнув воздух через отверстия, заменяющие ему ноздри, он грозно зашипел и развёл когтистые ладони в стороны, принимая боевую стойку.

            Сидящий под вербою мутант бросил из своих коротких когтистых лап добычу и распрямился во весь рост. Возвышаясь почти на три метра, синекожий заклокотал своей трясущейся жирной глоткой нечто нечленораздельное. Коротенькие передние лапки беспомощно свисали на жирное брюхо. От его спины с хрустом оторвались два недоразвитых, обтянутых кожей когтистых крыла и пошли в стороны.

            Грибник подался чуть назад и дурным, холодящим кровь в жилах Давида, голосом взвыл. Ему завторили несколько похожих голосов, и вскоре на полянку, не спеша, вышли ещё два точно таких же гниющих трупа. Они начали окружать урода, хотя, по росту и весу значительно уступали его габаритам, выглядя на его фоне комнатными собачками, кружащими вокруг бурого медведя. Мутант, заметив, что к врагу подоспело подкрепление, энергично замотал уродливой головой из стороны в сторону.



Александр Мироненко

Отредактировано: 16.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться