Monday

Глава 10.

Когда Адам привёз меня домой и оставил меня абсолютно одну, уехав на работу, я поднялась наверх и закрылась в своей комнате, чтобы не выходить из неё как можно дольше. Мне было обидно за то, что я была виновницей своих же проблем, которые настигли меня так невовремя. Я могла бы сейчас тренироваться в полную силу, слушая наставления тренера, но вынуждена сидеть без дела в четырёх стенах и считать минуты до вечера, чтобы уснуть и оказаться в новом дне, который будет похож на предыдущие на протяжении двух недель, пока меня не выпишут. Это было самое страшное наказание для меня.

Я отключила свой телефон, дабы не получать каких-либо уведомлений о сообщениях и звонках. Я не хотела знать, что у остальных было всё хорошо в то время, пока я преодолевала саму себя в одиночку в это сложное время для меня, когда я могу получить последний шанс на олимпиаду, ведь потом моя форма уже будет слишком слабой для следующих игр, до которых я вряд ли дотяну.

Я лежала на полу продолжительное время, вглядываясь в мансардный потолок, панорамное окно, бревно и брусья, о которых я даже не вспоминала, так как сильно боялась их. Это занятие начинало постепенно раздражать меня, потому что это была пустая трата времени, плюс ко всему эта тишина, в которой я находилась докучала мне. Я привыкла целыми днями находиться в зале, где было много спортсменов, которые и кричали, и смеялись, и просто разговаривали. Это было моей привычной средой, поэтому находиться несколько часов в полной тишине было совсем не для меня.

Я, конечно, любила это состояние покоя, но только в конце дня, когда была проделана хорошая работа и я заслужила отдых, а сейчас я была вынуждена из-за своего колена сидеть здесь и мечтать о суматохе тренировок, по которым я уже соскучилась спустя несколько часов. Это, к сожалению, нельзя было изменить во мне, я была ещё тем трудоголиком.

Я поднялась на ноги и решила немного походить, чтобы не пролежать весь день без движений, но я не стала выходить из комнаты. Я просто стала ходить из стороны в сторону, в надежде, что таким образом время станет идти немного быстрее. Но это не спасло меня, всё оказалось совсем наоборот — время тянулось всё медленнее и медленнее, и я уже было подумала, что не смогу дождаться вечера.

Даже это лёгкое занятие я не смогла делать довольно долго. Колено дало о себе знать жуткой болью, из-за чего мне пришлось сесть на кровать и серьёзно обдумать то, о чем говорил мне врач. Если я не буду следовать его рекомендациям, то моей спортивной карьере придёт конец, и тогда кем я буду? Девчонкой, которая всю жизнь посвятила себя спорту, не обращая внимания ни на что больше? Я стану одной из тех, кто так и не дошёл до олимпийских игр и остался незаметным в спорте для других. Я не впишу свое имя в историю, а значит буду обычным человеком, который даже не приспособлен к обычной жизни.

Я привыкла быть в зале, тренировать свои упражнения и проводить остальное время дома, изучая школьную программу, а затем и программу колледжа. Я совсем не была готова к другой жизни — без спорта, в котором не будет гимнастики, а такого человека запросто мог съесть этот новый для него мир. Для этого мира я была слабачкой, которая не знала ничего о жизни простого человека, поэтому я так и стремилась добиться чего-нибудь в гимнастике, чтобы это время отстранения от внешнего мира и многочисленных тренировок не прошли даром и я стала тренером. Такие, как я, часто уходят в тренерскую работу, потому что они привыкли к этому, а осваивать что-то новое и чуждое всегда вызывает некий страх того, что у тебя ничего не получится. Вот поэтому я и выбрала этот легкий для себя путь, потому что мне было страшно начинать новую жизнь после того, как пятнадцать лет отдала на другую жизнь.

Я вышла в сад, который находился у нас на заднем дворе, и села на скамью, чтобы просто насладиться красотой природы вокруг меня. Но по большей части, я сделала это, дабы не смотреть на снаряды, которые так и манили меня сделать на них комбинации и повороты. И так как у меня была слабая воля, я могла легко наплевать на то, что у меня были проблемы со здоровьем и что мне нельзя было категорически заниматься сейчас. Это было нездоровое отношение к любимому делу, когда ты через боль и без жалости к себе идёшь к своей цели, не думая о том, что может ожидать тебя дальше из-за твоего эгоизма по отношению к здоровью.

Я просидела в саду до самого вечера, пока не приехали родители с Адамом и последний не нашёл меня, сидящей на скамье. Он позвал меня на ужин, и я неохотно согласилась, ведь мне до сих пор казалось, что мне нужно было сбросить вес, когда у меня был его большой недобор. Это была ещё одна проблема, с которой мне хотелось как можно быстрее справиться — проблема с питанием.

— Эмми, почему грустишь? Что-то случилось? — мама заметила мою тревогу в глазах, ведь я никогда не могла скрыть чего-либо от них. Мои глаза всегда были честными.

— Адам вам разве не сказал? — я была удивлена тому, что мой брат не рассказал о моём недуге моим родителям, как только он их встретил. Это было не похоже на него.

— Не сказал что? — к разговору теперь подключился и отец, который был сильно взволнован моей испуганной интонацией в ответе.

— Врач сказал, что у меня воспаление в коленном суставе, поэтому мне запретили тренироваться две недели и сильно напрягать колени, — мне было трудно произнести это перед родителями, поскольку они прекрасно понимали, что я могу не поехать из-за этого на чемпионат мира.

— А что на счёт чемпионата? Тебе сказали, едешь ли ты? — для папы это было очень важно знать, ведь он больше всех волновался о моем дальнейшем будущем.

— Сказали, всё зависит от меня самой, насколько быстро я смогу восстановиться. Я надеюсь, что две недели перед стартом мне хватит, буду тренироваться по-максимуму, — я не лукавила на этот счёт, потому что действительно ждала того дня, когда я вернусь и смогу тренироваться дольше остальных.



tanya haze

Отредактировано: 10.08.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться