Мягкий металл

Глава 2

Глава 2

– Бабушка, расскажи, а что такое Оранжевая революция? – впервые попросила Лили, сидя у ног бабушки. Я и Маркус переглянулись. Когда-то и мы задали этот вопрос. Но теперь, зная ответ, я погладила себя по плечу, а Маркус подсел поближе, точно хотел укрыть меня от чего-то. Рассказ будет долгим. Бабушка Вера расположилась в кресле, глаза ее, покрытые молочной пленкой, тупо смотрели вперед.

«Мои глаза съела катаракта» – говорила она мне в детстве, когда я была такой как Лили. Тогда я представляла почему-то катаракту как крысу, которая пожирает бабушкины глаза и плакала. Потом мама рассказала мне, что она слепа.

– Оранжевая революция случилась в 2020 году, весной. Мне тогда недавно исполнилось 7, моей сестре 15. Предпосылки к этому начались задолго до моего рождения. Почему ее назвали революцией, я не знаю. Одни называют ее революцией, другие войной. Я называю это катастрофой. Мы с сестрой вернулись домой из школы, когда по всем радиостанциям и телевидению оповестили, что КНДР выпустила атомную бомбу на Америку и Россию. Сначала мы ничего не почувствовали. Однако потом воздух стал сухим и жарким, а когда мы ступали по земле, к ногам точно приливала лава. Затем жар начал исходить от нагретых бетонных зданий, некоторые плавились, а другие разрушались от мощных ударных волн. Стекла вылетали из домов. Я поранилась осколками, потому что сидела у окна. Потом сказали, что людям, находившимся в помещениях, повезло больше – на них не подействовали прямые и самые вредные световые лучи.

Люди, которые находились в эпицентре взрыва, исчезли. В самом прямом смысле растворились, приняв смерть от луча. Затем пару штатов в Америке исчезли в мгновение. АЭС, находившиеся там не сработали в экстренном режиме, реакторы нагрелись и не справились. Крупнейшая в мире страна по количеству ядерных реакторов и вырабатываемой энергией, не справилась с внештатной ситуацией такого масштаба. Затем выбросы радиации в атмосферу и в воду. Люди рассказывали, как видели огромный оранжевый ядерный взрыв, и думали, что он разрушит всю землю. Я боялась, что она треснет как орех. Но она выдержала. Скорлупа треснула, но ядро осталось.

Началась паника. Она охватила умы людей. Все начали собирать вещи и уезжать. А куда? Зачем? Бессмысленная затея. Мы все были под тем грибом. Неизбежность.

Сначала мы ничего не понимали. Нам сказали эвакуироваться в убежище и жить там. Первые несколько недель так мы и жили в бункерах, а потом первые жертвы лучевой болезни начали страдать и умирать. Нам пришлось выйти, чтобы найти помощь для них. Да и сидеть среди тел людей было не по себе. Когда мы вышли, то не узнали землю. Пепел, серая грязь, мертвые растения. Разрушенные здания. Рекламные билборды, треснутые и потерявшие цвет лежали посреди искорёженного асфальта. Вся электроника вышла из строя и буквально расплавилась. Все компьютеры, все сети прекратили свое существования.

Страх охватил нас, когда мы подняли головы вверх. Вместо ясного голубого неба, кирпичное зарево. Оранжевое-красное небо, долго висело кровавым полотном над нами. Со временем оно посерело. Вдохнуть свежий воздух невозможно. Кругом смог, сплошная смола в легких. Я была маленькая и думала, что мы все пережили, но последствия дали о себе знать лишь спустя годы. Куча смертей от облучений, от болезней, которые провоцируют выбросы, респираторные расстройства и лейкемия. В том числе и моя сестра...Она умерла от лейкемии в страшных муках.

Лиля слушала молча и внимательно. Ее большие глазенки вытаращились и стали еще больше.

– Бабушка, а зачем скинули бомбы?

– Этот вопрос я задаю себе и по сей день.

***

Мы с Лилей разбирали ее игрушки. У нее был огромный сундук, в который влезало много тряпичных кукол. Их в свое время мне сшила мама. И был один динозавр, его принес Маркус, сама не знаю откуда. Эта игрушка очень отличалась от набитых ватой с большими головами кукол и очень нравилась Лиле. Как сказала бабушка, потрогав куклу, это пластик. Её утраченное зрение обострило остальные органы чувств, в том числе и тактильные ощущения. Запретный материал, из которого больше ничего не изготавливают. Пластик попадает в землю, и он разлагается десятилетиями, своими продуктами распада отправляет ее. Бабушка сказала, что раньше все выкидывали пластик и не задумывались. Были пластиковые бутылки, пластиковые пакеты и многое другое. Неужели люди раньше были настолько глупые, что не понимали последствий того, чем они занимаются? Выкидывать пластиковые вещи в землю – это же чудовищно!

– Смотри, у нее мамина юбка! – Лиля, прятав куклу, обнаружила на ней такую же ткань как у мамы. Это была ее любимая игра, когда мы убирались.

– Точно, – сказала я и посмотрела вокруг. Наша с Лили комната была очень темная, потому что стены и пол сделаны из темного дуба. Сквозь окна просачивался золотой свет солнца. Он падал на нас и никогда не падал на кровать, поэтому нас не могло разбудить небесное светило в рассветный час. Около кровати находился тот самый сундучок, в который складывала свои игрушки Лили. А напротив стоял большой платяной шкаф. Все было до невозможности темным, и, хотя мы прибирали очень часто, все примеси в воздухе постоянно залетали к нам в окно и оседали на лаковой мебели и полу. Выглядело так, будто тут никто не живет. Стараясь придать месту уют, однажды я вынесла из теплиц маленький горшочек с зеленым растением. Его извитой ствол имел несколько тоненьких веточек, от которых в свою очередь отходили другие. На самой толстой из них набухла почка. Работая в теплицах, я знала, что это означает: скоро деревце зацветет. Интересно, какой цвет поселится у нас в комнате?

– Лили, Кейси, спуститесь вниз! – позвала нас мама. Мы вышли в узкий коридор. В комнате напротив я увидела бабушку, уснувшую в своем кресле. Лили подрезала меня и затоптала бегом вниз по лестнице.