На дороге в Амалорм

Размер шрифта: - +

15, 16

15.

 

 

Остро пахло ладаном, миррой и еще чем-то незнакомым, пряным. Сделав первых несколько вдохов, инспектор Орсон закашлялся, глаза тут же начали слезиться, захотелось выбежать обратно в коридор за свежим воздухом.

Нет, Панель был известен своим пристрастием к воскуриванию благовоний, но чтобы так… хоть топор вешай, или вешайся сам.

Орсон снова закашлял, прикрыв рот воротником сюртука – и против благовоний, и против кашля помогло слабо.

- Сегодня особый день, или ты решил доконать меня?

Многочисленные пирамидки, аромасвечки стояли и горели у многочисленных алтарей с изображениями божков – Паннель был знатный политеист. Некоторые из алтарей даже были привезены им из странствий – дальних и ближних. Коллекционирует он богов, что ли?

- Холодильник сломался, а трупам уже несколько дней, знаешь ли, - хозяин помещения стоял здесь же. Худой, сутулый, жидкие длинные волосы собраны сзади в пучок, вместо ленты – кусок старой тряпки с обтрёпанными краями. Однако халат – белый халат, надетый поверх одежды, на удивление выглажен и чист. – Скоро привыкнешь.

- Мастеров вызвать не пробовал? – Орсон отнял воротник, сделал осторожный вдох «незащищенным» ртом, похоже, действительно, привыкает.

- Очень смешно, - Панель снял очки в золоченой оправе, протер их белоснежным платком, выуженным из кармана халата, затем вернул все на место – очки на нос, платок в карман. – У них – завал. У лорда-судьи потек охладитель в подвале с бесценной коллекцией мшанских вин, а у купца первой гильдии Свербети вообще мясо тухнет, прямо в разделочном цеху, тут еще транспортники со своими перевозными холодильниками, до скромного служащего морга, как ты понимаешь, пока доберутся…

- Он умрет от удушья, или кто-то из коллег, - закончил Орсон.

Панель пожал плечами, мол, как знаешь, я никого насильно к себе не затягивал.

- Мое дело, - напомнил Орсон.

- О-о-о, - Паннель оживился, - поманив инспектора к одному из прозекторских столов, тому, который был накрыт простыней, Панель, не без некоторой театральности, сдернул покров.

На столе лежала крыса, та самая, с места преступления, только омытая и более… выпотрошенная. Орсон увидел в принципе то же, что и в переулке – часть животного, часть механизма и эти части соединялись между собой.

- Довольно интересная, я бы сказал, конструкция, - затараторил хозяин помещения, - обычно, во Дворе Чудес биологические части, как бы это… соединяются с механикой. Либо она заменяет отсутствующие конечности и органы, либо сама по себе, для пущего, так сказать, эффекта, как у нищих, или уродцев в цирках. Здесь же… мы имеем, обрати внимание на данный участок, - узловатый палец обвел большую часть тушки.

Орсон честно обратил и так же честно ничего выдающегося не заметил. Органы, механика.

- Первый раз такое наблюдаю. Механические части как бы вросли в тело крысы. Половина сердца – механика, половина – живое, или вот – печень есть, даже желчный, а, вместо желудка – измельчитель. Это уже не животное, не живое в нашем понимании этого слова. Я бы назвал его – биомеханизм. Очень сложная конструкция, но вот зачем, для чего…

- Эта конструкция убивает людей.

- Вот и я о том же! Для такого простого дела нет надобности городить все эту биомеханику. Помимо сложности, изменения или усовершенствования – как посмотреть – очень недешевы. Если за простой протез, во Дворе дерут три шкуры, то это… даже не знаю. Одна такая крыса обойдется в целое состояние, а она, как я понял, была далеко не единственная.

М-да, вопреки надеждам, посещение Панеля только прибавило вопросов. Действительно, если целью было убийство приютских, намного проще нанять убийцу, и дешевле. Можно недешевых, из гильдии, те вообще по желанию клиента могут все обставить, как несчастный случай, тогда и полиция не заинтересуется. Может, действительно, политика, но та же гильдия, по желанию клиента, может обставить убийство более красочно, с вывешиванием на столбах и любыми надписями кровью по желанию заказчика: от «Голитинейшский шпион» до «Свободу попугаям». И почему приютские из одного выпуска? Чтоб запутать следствие? У них получилось. Громкое и продолжительное кашлянье от двери отвлекло Орсона от мыслей. Невысокий мужчина в рабочей одежде стоял на пороге, одна рука держит деревянный ящик с инструментами, вторая прижимает поспешно снятый картуз ко рту.

- Кхе, кхе, у вас тут холодильник сломался?

- Я пошел, - Орсон кивнул Панелю.

- Если еще что нарою – свистну.

 

 

16.

 

 

Капитан Карелла кинул очередную порцию угля, оранжевые языки огня тут же принялись лизать черные камни, скрипнув, дверца печи стала на место. Начальник тоже вернулся на место, на свое.

- М-да, задачка, - задрав брови, комиссар кинул взгляд на настенный календарь – подарок инспекторов на день рождения. 17 мессидора было жирно обведено карандашом – день выхода комиссара на пенсию. В последнее время он смотрел на календарь все чаще, да почти каждый раз, как приходил Орсон. Наверняка, не только он – вошло в привычку.

- И что ты будешь делать на пенсии? Розы выращивать? – привычное кресло жалобно скрипнуло под весом Орсона.

Капитан, прищурившись, посмотрел на него.

- Худеть тебе надо.

- И ты туда же! Марта всю плешь…

- Твоя жена была права.

- Бывшая жена!

- Как уйду, - Карелла кивнул в сторону календаря, - буду рекомендовать тебя на мое место, - капитан тяжело вздохнул. - М-да, задал ты мне задачку… - снова вздох. - Кала – младшая, ну, ты помнишь, нас с женой к себе в Терружен зовет. У нее там дом, внук скоро в школу… М-да, задал ты…



Владимир Лароу

Отредактировано: 09.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться