Не будем дружить

Размер шрифта: - +

22. Макс

Что у неё в голове - загадка. Вчера она просит себя целовать и отворачивается, сегодня целует сама. Что я должен думать? Нашла во мне орудие мести, отвечая мужу той же монетой? Ищет утешения? Я понимал одно: происходящее неправильно. Просто потому, что это я и Надька - уже два таких факта, которые перевешивают любые доводы. В довесок ещё ее муженёк, будь он неладен. 
Но вот она меня поцеловала, а я не смог оторваться, остановиться. Не смог и не захотел, сминал ее губы, стараясь сдерживаться, но понимая: нежностью не пахнет. Да какая к черту нежность? Я ее так хочу, что тело сводит, думать не могу. Руки сами скользнули по ее коже, чувствуя, как разбегаются мурашки, я прижал Надю к себе так, что, кажется, она сломается. И все-таки разорвал поцелуй, тяжело дыша, уставился в ее мутные блестящие глаза, опустил взгляд на губы: припухшие. Какие же они вкусные! 
-Надь, - сказал хрипло, и она губу закусила, точно решила добить меня, - если это шутка, то пора заканчивать, потому что ещё чуть-чуть, и я не смогу остановиться. 
Эти слова подействовали на неё неожиданно: она тяжело вздохнула, прижимаясь ко мне, обхватывая ногами ещё сильнее, вызывая волну возбуждения.
-Так не останавливайся, - шепнула мне на ухо, и это сорвало последние тормоза. Потом будем разбираться, как это случилось и что делать дальше. Сейчас есть только Надя и я. 
Сам не помню, как мы оказались в моей комнате, как я стянул с неё футболку. Кажется, ее кожа горела от моих прикосновений. Надя притягивала меня, подаваясь навстречу, а я медлил, изучая губами ее тело, сводя этим с ума нас обоих. А потом она прошептала:
-Макс, пожалуйста… Я больше не могу.
И все, в висках застучало, импульсы понеслись по телу, и мы с Надькой соединились в единое целое, перестав существовать на какое-то время. 
Но реальность это реальность. Когда все закончилось, и я отдышался, уткнувшись носом в ее ключицу… Нет, не так, когда надышался ей, уткнувшись носом в ее ключицу, поднял голову, встретив ее взгляд, сразу понял: легко не будет. 
Будет дико неловко, потому что единое целое снова развалилось на Ельцову и меня, а мы ни фига не умеем сосуществовать вместе. Потому я просто встал и ушёл в душ, ну не голым же, лёжа на ней, вести разговоры. 
Черт, вот если бы все было иначе. Надька была бы просто знакомой или незнакомой, и я бы наслаждался тем, как мне от неё крышу сносит. А сносило знатно: от ее поцелуев, желания, стонов. Что она там болтала тогда на даче про крики? А сама… От воспоминаний я снова возбудился. Представил, что Надька могла бы стоять сейчас рядом со мной, смешно втянув шею, когда я направлю на неё воду. Я бы нашёл, чем с ней заняться. Блин, все эти мысли совершенно не помогают! 
Душ пришлось принять контрастный. Надьку в комнате я не обнаружил, но услышал, как она прошмыгнула в ванную. Посмотрел на часы: е-мое, рабочий день в самом разгаре. Мобильный оповестил, что Анька звонила двенадцать раз. Надеюсь, ничего не случилось. 
-Вы где пропадаете? - спросила обеспокоенно. - Все в порядке?
-Да, в течение часа буду, - я говорил, прижав трубку к уху и доставая рубашку, - все нормально?
-В целом, да. Просто вас потеряли. Надежды Дмитриевны тоже нет, мобильный отключен. 
-Надежда Дмитриевна тоже приедет в течение часа. Мы тут вместе были… на встрече. 
-Поняла. Тогда ждём, всего доброго. 
Когда я вышел из комнаты одетым, Надька стояла в гостиной, облаченная во вчерашнее платье. 
-На работу надо, нас уже ищут, - буркнул я, окинув ее взглядом и отвернувшись. Надька молча кивнула.
Ехали мы тоже молча, молча разошлись по этажам. В общем, полная лажа. Когда-нибудь нам придётся проговорить. Я честно выждал пару часов, занимаясь делами. А потом пошёл к ней. Нужно просто расставить точки над и, иначе мы совсем не сможем общаться, а нам волей неволей приходится делать это. 
Возле ее кабинета замешкался, но, собравшись с силами, постучался и открыл дверь. Что бы я ни рвался сказать, делать этого сейчас не стоило: Надька сидела в кабинете с мужем. 
Я невольно окинул его взглядом и понял: она ему все высказала. Даже интересно, как он оправдывался? 
Мой отец был уверен: этот парень женился не на Надьке, а на ее деньгах. Я вспомнил, как папа говорил это незадолго до свадьбы. Но Надька казалась счастливой, и я не придавал этим словам значения. А сейчас подумал: тихушник вроде него вполне мог. Ельцова ещё такая дура была, что считала себя некрасивой. Кто только вдолбил ей эту мысль?
Сейчас Олег сидел, как будто сжавшись, теребя в руках салфетку. Точнее, не теребя, а разрывая на маленькие кусочки. Надька сидела суровая и непробиваемая. Я бы сам ее испугался, ну окажись на его месте. Правда, поймав мой взгляд, она все же немного смутилась.
-Извините, - выдал я, закрывая дверь. Замер в коридоре, ловя себя на мысли, что хочу подслушать их разговор. По-детски? Может быть. Ну а чем я не ребёнок? Просто взрослый. 
-Значит, развод, - услышал Олега, - Надя, может, ещё подумаешь? Я ошибся, не спорю, но все понял.
-Ошибся три года назад? И все три года ошибался несколько раз в неделю? Олег, не смеши меня. Наши отношения себя изжили. Будем смотреть правде в глаза: мы друг друга не любим и никогда не любили. Да, у нас были хорошие отношения, но это не отношения мужа и жены. Скорее уж, брата и сестры. 
-Ты так говоришь… на себя не похожа. У тебя… У тебя кто-то есть?
И я затаил дыхание, ожидая ее ответа. 
 



Юлия Николаева

Отредактировано: 14.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться