(не)родной

Размер шрифта: - +

Глава 6. Принять или нет

Руслан взвинченный вернулся домой. Он злился на Милу, хотел вернуться и встряхнуть её хорошенько. Не понимал, как смеет такие вещи говорить. Её прекрасно известно, что своего отца Руслан не знает и не хочет узнавать, и тут сказала нечто невообразимое.

Войдя в дом, поймал на себе осуждающий взгляд матери. Она сидела за кухонным столом с чашкой чая и смотрела на сына с плотно сжатыми губами. Всегда так делала, если затевала серьёзный разговор, но сейчас он был не в состоянии говорить. Не хотел спорить, просто закрыться в комнате и упасть на кровать.

— Почему так долго? Билеты купил? — сухо спросила мама, словно была надзирателем в тюрьме.

И в голове голос Милы прозвучал: «Ты спроси у своей мамы, Русечка! Я не придумала!»… Защемило вдруг душу — разве можно врать вот так. И он пристально на маму посмотрел.

— Кто мой отец? — спросил, хоть и не решался никогда поднимать эту тему.

Мама голову опустила и вздохнула тяжело:

— Так ты у неё опять был? Что же ты не успокоишься никак? Ведь Ларисочка ждёт дома. Волнуется.

Она мне звонила сегодня, плакала, боится, что не любишь ты её больше.

— Мама, кто мой отец? — спросил Руслан ещё раз. — Я никогда не интересовался этим, но ты права, я был у Милы и выяснил, почему она за Дениса вышла, почему бросила меня. Это правда?

— Я любила его, Руслан! Я не хотела, чтобы ты узнал когда-то, что был зачат от женатого мужчины! Прости меня! — мама заплакала.

В голову ударило, в висках стучать стало. Руслан доплёлся до стола и присел за него. Получается, что Мила не обманула.

— Но… Неужели… Почему ты раньше не сказала?

— Я думала, что вы с Милой дружите. Это нормально ведь, когда брат с сестрой общаются. У тебя же и не было никого из родни кроме меня и дяди. Я не знала, что у вас всё серьёзно, до того момента, пока она не пришла. Она плакала, рассказала про ваши отношения всю правду. Это же грех такой. Я до сих пор Бога молю, чтобы простил меня, что допустила грех такой. Вы же брат и сестра, а вместе были. Не знала я этого, Руслик! Не зна-ла! Я бы сказала, но не хотела, чтобы ты ненавидел меня, ведь у тебя мать вот такая непутёвая. Я серьёзно надеялась, что он уйдёт из семьи. Твой отец обещал, что разведётся, а потом пришла его жена, сказала, что недавно узнала о беременности своей, и он не станет из семьи уходить. Она на две недели позже Милу родила. То ли специально забеременела, чтобы мужа удержать, то ли нет… Бог только судья. А он не ушёл. Дочери своей радовался, а нас с тобой знать не хотел. Бабушка Люды по всей деревне обо мне молву дурную разнесла, мол нагуляла ребёнка где-то в городе и пыталась на женатого мужчину повесить. В общем, я решила особняком ото всех жить, упросила, чтобы никому они больше ничего не говорили, пообещала, что Митю трогать больше не стану, забуду его. А он, когда вам с Милой по пять было, утоп. На рыбалке пьяный был и утоп. Царствие ему небесное. Руслик, если бы я только знала, что вы с Милой не просто друзья… Я бы призналась. А потом поздно было, она замуж вышла, я не хотела тебя ещё сильнее расстраивать.

Руслан поднялся на ноги. Он не желал ничего говорить. В ушах шумело, в висках пульсировало какой-то тупой, неестественной болью. Он направился к дверям, почувствовав острую необходимость вдохнуть полной грудью свежий воздух.

— Куда ты? Опять к ней? Руслик, богом заклинаю! Не ходи к ней больше! Сестра она твоя!

Руслан резко развернулся и посмотрел на маму, с ума сходя оттого, что внутри все чувства в клубок переплелись.

— Поклянись, мама! — процедил сквозь зубы. — Поклянись здоровьем моим, что это правда. Что Мила моя сестра! Поклянись мне!

Смотрел прямо в глаза, а мама слёзы сморгнула и кивнула.

— Клянусь твоим здоровьем, сыночек! Мила сестра твоя. Можешь хоть сотню тестов ДНК сделать, если не веришь мне. Она твоя сестра.

Последнее предложение так больно по вискам било… В армии он думал, что хуже уже не станет, когда получил письмо от Милы, а теперь понимал, что может и хуже быть. Он умирал заживо, сгорал от правды, что расщепляла каждую клеточку души, если от неё ещё что-то осталось в этот момент.

Задыхаясь от пекла, что внутри адским пламенем растекалось, он вышел и направился к пруду, надеясь отыскать там успокоение для своей истерзанной души. Он всегда приходил сюда, когда плохо было, и вспоминал, как впервые поцеловал Милу, как ласкал её обнажённое тело. А теперь противно от осознания, что сблизился с родной сестрой стало. И что любил её, несмотря на правду эту не мог вырвать из сердца своего. И продолжал желать обладать ею… Как раньше желал.

Пока шёл к пруду, не замечал даже, что из глаз слёзы капают. Казалось, что тебя лишают самого ценного, и что самое страшное — мама не врала. Руслан всегда понимал, когда она врёт, а сейчас не врала. Она даже не побоялась поклясться его здоровьем, значит, не врала. Мила действительно была его кровинушкой. Хотелось рвануть к ней, прижать к себе и постараться утешить, но знал, что в руках себя держать вряд ли сможет.

А ещё мысленно обещал себе, что теперь не отпустит Милу, всё сделает, чтобы они с Алиской ни в чём нужды не знали. Будет разрываться, из семьи уйдёт если надо, но обеспечит их всем самым лучшим, потому что этого ЕГО девочки, его кровинушки.



Настя Ильина

Отредактировано: 03.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться