Невеста Змея. Танец во Тьме

7

Пальцы предательски дрожали, пытаясь настроить нужную температуру воды, а тяжёлое дыхание так и срывалось с губ. Перед глазами всё ещё стояло лицо Виктора – бледное, словно вытесанное из камня, с тёмной кровью и грязью. Он еле держался на ногах, это я заметила сразу, но не позволила себе отступить назад.

Чёрт, я чуть ли не три часа сидела на кухне! И зачем, ради кого?! Ради Змея? Мне самой не верилось в это, но, что самое ужасное – это было правдой. Он просто ушёл, и когда перевалило за полночь, Таня буквально все ужи прожужжала, так и заставив сердце испуганно сжиматься в груди при виде времени на часах. А уснуть я не могла – гадкая змея плохого предчувствия взъелась в груди. И вот её источник.

Кое–как наполнив ванну горячей водой и переборщив с мылом, от чего в белой пене можно было даже Господаря похоронить, я метнула взгляд на собственное отражение. Бледная, словно смерть увидела, и до ужаса усталая. В последние дни я почти не спала – то из–за кошмаров, то из–за чёртова Змея, пропади он в карпатских пещерах. Как я всё же из–за него настрадалась…

– Заходи, – раскрыв дверь и буквально глотнув прохладного воздуха, негромко позвала я, боясь разбудить подругу.

Виктор уже успел расстегнуть рубашку, почему–то тут же захлопнув её на груди при виде меня. Уставший, весь в крови и грязи и глубоких шрамах на шее и руках. Простыми бинтами тут вряд ли отделаешься. Но не зря же подруга закупилась аптечками?

– Я найду антисептики.

Змей даже не кивнул, лишь тяжело вздохнул и скрылся в ванне, оставив после себя терпкий привкус крови и камня, заставив даже головой качнуть и полезть на шкаф ради белой новой аптечки. Там было всё, но бинтов могло не хватить, и пришлось изрядно полазить по шкафам что бы найти ещё три пачки. Надо будет купить ещё, ведь, кто знает, сколько ещё ран в ближайшем будущем появится на теле Вика? И что–то подсказывало мне, что нанесены они явно не уличной собакой, и скорее всего даже не мелким воришкой. Тут было что–то посерьёзнее.

Открыв дверь в ванну и тут же ощутив приятное тепло, лизнувшее лицо, я поспешила закрыться, даже не взглянув на Виктора, что скользнул по мне уставшим взглядом. Тут было душно, пахло кровью и сбивающим этот отвратный запах засохшими цветами, что хранились в банке на чёрном шкафу со множеством ячеек. Они ещё остались от прабабки, и как бы я не хотела, выкинуть их не могла – они помогали расслабиться, забыться, и сейчас были как никогда нужны.

– Кто тебя так? – раскрыв аптечку и вытащив пару пачек бинтов, негромко поинтересовалась я, спиной ощущая взгляд Змея.

– Тсера, – негромко произнёс он, тут же поморщившись от резанувшей плечо боли и запрокинув голову на холодный бортик ванны. – Её псы.

– Не слабо, – стараясь, что бы голос звучал обыденно, заметила я. Давалось это слишком трудно, но не хотелось показывать страх, особенно перед Виктором. – Одежду лучше выкинуть… или сжечь, что бы эти псы не учуяли.

Кажется, Вик попытался усмехнуться, не раскрывая отяжелевших век и давая наконец рассмотреть себя, не опасаясь заметить укоризненный взгляд.

И всё же хорошо, что я так много мыла добавила – из–за пены мало что можно было увидеть, но это меня особо и не тревожило. Всё, что нужно, я видела, а именно мелкие, еле заметные в свете, чешуйки на его плечах, что переливались серебром и терялись с бледной кожей. А ещё тёмный изогнутый шрам, поднимающийся между ключицами и замирающий у самой шее. Он шёл ровно поперёк сердца, но пена скрывала его. В голове тут же зароились мысли. Может, сердце Виктора не просто закаменело от времени, а он обменял живое на камень? Могло ли такое произойти? И всё же как мало мне рассказал сгусток! Я ведь совершенно ничего не знаю о Змее, и это хуже всего.

Осторожно опустившись на тёплый бортик ванны, я неуверенно взглянула на разноцветную пачку бинтов, и только после перевела взгляд на руку Змея с тёмными глубокими следами от клыков, наверняка прогрызших бы кость обычного человека. Но не его. Убить Виктора вряд ли возможно, в отличии от его братьев, и это то пугает…

Качнув головой и зачесав выбившуюся прядь, я вновь взглянула на Змея. Осторожно протянув руку, я одними пальцами коснулась до неожиданности горячей кожи рядом со шрамами, чувствуя мелкие чешуйки и какой–то детский восторг. Как бы я не боялась змей, как бы не сторонилась, но их чешуя меня всегда завораживала. Не мех, не то же закатное небо, а именно чешуя. Такая разная, и что самое необычное – тёплое. Прямо как дракон, только без лап и крыльев.

– Мне казалось, ты боишься змей, – раздалась хриплая усмешка, и тут же отдёрнув руку, я сердито взглянула на сощурившего свои глаза Вика.

– Боюсь, – не стала отрицать я, борясь с желанием уйти как можно дальше и сгореть от стыда. – Больше Корвуса и смерти боюсь.

– И почему же? – наклонив голову, намного тише спросил тот, и светлые волосы, в которых ещё мелькали бордовые пятна, упали на его ровный лоб.

Я молча взглянула на него. Раньше бы ответила без задумчивости, сказала бы, что они мне всю жизнь испоганили, но после первого испытания… мне всё больше и больше казалось, что они мне жизнь спасли.

Я всё время завидовала Анари, которая выросла в кругу семьи, и думала, как же ей повезло, когда на самом деле от неё требовали почти невозможного. И она сбежала, так, может, и я бы сбежала, не испугавшись в ту ночь змей? Может, они меня как раз таки спасли от участи быть послушной марионеткой семьи? Тогда бы, узнав, кто я такая, вряд ли бы Хамиши согласились ещё с кем–то делить попавшееся им в руки сокровище.