Ночи Калигулы. Падение в бездну

Размер шрифта: - +

Глава III

  Агриппина вернулась домой уставшая, измученная. Ее тошнило. Болела голова. Агенобарб игриво обхватил жену за талию.

  - Хорошо плясали девки на празднике твоего брата, – с удовлетворением заметил он. – Идем в опочивальню. Спляшешь для меня так же.

  - Не буду я плясать, подобно рабыне, – устало возмутилась Агриппина.

  - Если я прикажу – будешь! – Агенобарб угрожающе повысил тон. И, протирая слипающиеся от обильной еды и выпивки глаза, уставился на жену: опять смеет противиться!

  - Заставь меня! – вызывающе глядя на мужа, заявила Агриппина.

  - Заставлю! Не сомневайся! – оскорбленно заревел он.

А  гриппина ловко проскользнула меж двух тяжелых кулаков, направленных на нее. Вбежала в триклиний и затаилась за трехместным обеденным ложем. Агенобарб, выкрикивая ругательства, тяжело поплелся за ней. Зацепил краем шерстяной тоги греческую вазу, стоящую у стены на мраморной подставке. Ваза покачнулась и, упав на пол, разбилась вдребезги. Агенобарб в бешенстве растоптал ногой черепки.

  - Где ты? Выходи или убью! – озираясь по сторонам, орал он.

  Разыскивая жену, Агенобарб рывком перевернул ближайшее ложе. Подошел к следующему – тому, за которым скорчилась дрожащая Агриппина. Девушка не стала ждать, пока муж ее обнаружит. Или еще хуже – придавит тяжелым ложем. Она схватила с низкого обеденного стола серебряный кувшин и запустила его в Агенобарба.

  Кувшин угодил в грудь Гнею Домицию и с гулким звоном покатился по мраморному полу. Агенобарб хрипло рассмеялся:

  - Вот ты где, бесстыжая!

  - Сам бесстыжий! – немедленно отозвалась Агриппина.

  - Нет, это ты – бесстыжая, – возразил Агенобарб, пытаясь дотянуться до ускользающей жены. – Таскаешься по ночам, когда я ухожу из дома.

 - А ты где проводишь ночи? Неужто в храмах, молясь богам и принося им жертвы? – Агриппина раскраснелась. Каштановые волосы в беспорядке разметались по плечам.

  В дверной проем испуганно заглянули две рабыни. И поспешно убежали, злорадствуя: хозяин учит супругу! Так ей и надо! Стерва изрядная!

  Наконец Агенобарб изловил Агриппину. Притянул к себе хрупкое худощавое тело и занес ладонь для пощечины. 

  - Не смей меня бить! – с ненавистью прошептала Агриппина. – Я – сестра императора!

  - А мне плевать! – сквозь зубы процедил Агенобарб.

  - Я беременна! – злобно выкрикнула она и бессильно заплакала. – На это тебе тоже наплевать?

  Тяжело дыша, Гней Домиций отпустил Агриппину.

  - От кого? – поинтересовался злорадно.

  Агриппина дернулась, словно получила пощечину.

  - К несчастью, от тебя, – презрительно ответила она.

Это была правда. Милый, добрый Пассиен Крисп... Так близок и, одновременно, так далек! С тех пор, как он женился на Домиции, Агриппина часто встречалась с ним. Но ни разу – наедине. Жадными, голодными взглядами обменивались любовники, мечтая сплестись в тайном объятии.

  - Иди спать, – махнув рукой, угрюмо буркнул Агенобарб.

  Войдя в опочивальню, Агриппина повалилась на широкое ложе из кедрового дерева. Поднесла ко рту дрожащую ладонь и с силой вцепилась в нее зубами – чтобы заглушить сердечную боль. «Я сама выбрала мою судьбу! – обреченно думала она. – Но больше нет сил терпеть! Доколе еще?..»

 



Ірина Звонок

Отредактировано: 01.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться