Ночи Калигулы. Падение в бездну

Размер шрифта: - +

Глава IV

  Лето в Риме – убийственно жаркое. Узкие кривые улочки полны удушающей пыли. Солнце нагревает мраморные стены храмов и дворцов до такой степени, что невозможно дотронуться, не получив ожога. Летом римская знать покидает Вечный город и перебирается на виллы, запутанным ожерельем рассыпанные на берегу Тирренского моря, близ Неаполя.

  С наступлением первых дней июня уехал и Калигула. Лошади медленным шагом тащили громоздкие носилки, в которых путешествовал император. Сотня вооруженных преторианцев сопровождала его. Лежа среди подушек, Гай Цезарь грыз фазаньи ножки и выбрасывал кости на дорогу. Проголодавшиеся солдаты невозмутимо топтали объедки императора.

  На окрестных полях работали поселянки. Черная жирная земля облепила босые женские ноги. Для удобства они заткнули за пояса подолы длинных туник, сверкая обнаженными коленями, которые у большинства женщин огрубели и потрескались. Лишь одна была красива – молодая поселянка лет семнадцати. Она ползала по вспаханной борозде, выпалывая бурьян. Черные волосы спутанными прядями свисали до земли. Золотисто-смуглая грудь колыхалась в свободном вырезе серой туники. Скучающему Калигуле девушка показалась свежим овощем, только сорванным с огорода. Даже землю не успели отряхнуть.

  - Иди сюда, – император, высунувшись из носилок, поманил девушку указательным пальцем.

  Поселянка, удивленно открыв рот, продолжала стоять на коленях. В правой руке она крепко сжимала пучок свежевыполотой травы. 

  - Иди, не бойся, – холодно улыбнулся Гай.

  Молодой центурион, увязая сандалиями в рыхлой почве, подошел к девушке и цепко ухватил ее за предплечье.

  - Давай, шевелись! Тебя зовет сам император! – грубо заявил он.

  Поселянка испуганно подбежала к роскошным носилкам. Остальные женщины провели ее взглядом и еще ниже склонились над прополкой.

  - Поднимайся, – велел Калигула.

  Девушка неловко забралась в носилки. Полупрозрачные занавески сомкнулись за ней.

  - Раздевайся, – сверху вниз повел рукою император.

  Она покорно стянула с себя грязную тунику и скорчилась в углу носилок, стараясь прикрыть наготу тонкими исцарапанными руками. Калигула удовлетворенно улыбнулся.

  - Приблизься и ляг сюда, – велел он.

  Девушка не посмела ослушаться веления императора. Легла рядом с ним, послушно раздвинула ноги и отвернула в сторону лицо, на котором застыло выражение затравленного зверя.

  Калигула овладел ею быстро: без нежности, без поцелуев. Колыхались тонкие занавески. Каждое движение случайно сплетенной пары угадывалось преторианцами, сопровождающими носилки. Они ухмылялись и подмигивали друг другу. 

  Отдышавшись, Гай повнимательнее рассмотрел безмолвную поселянку. Теперь она уже не выглядела соблазнительной, как свежий плод. Обыкновенная девчонка, грубая, грязная, вульгарная, с облупленным от жаркого солнца носом. Годится на удовлетворение похоти, а больше – ни на что.

  - Пошла вон! – грубо прикрикнул на нее Калигула.

  Девушка поспешно подхватила тунику и принялась натягивать ее через голову. Император презрительно подтолкнул ее:

  - Убирайся, не докучай мне. Снаружи оденешься.

  Под дикий хохот солдат поселянка вывалилась из носилок. Тунику она успела натянуть лишь до половины. Нижняя часть смуглого девичьего тела еще оставалась на виду. Пытаясь подняться, она отчаянно путалась в узком полотнище ткани, наскоро сшитом с двух сторон. Преторианцы оскорбительно смеялись, свистели, делали похабные замечания. Поселянка бессильно заплакала. Калигула равнодушно наблюдал за ней. 

  - Подойди сюда, – улыбаясь, сказал он.

  Девушка наконец сумела подняться. Взглянула на императора, оправляя тунику и размазывая слезы грязным кулаком.

  - Вот тебе за услуги, – Калигула швырнул на землю монету. Девушка нагнулась за ней. Это был медный асс – самая мелкая, самая незначительная римская монета.

  Мимо застывшей поселянки проплыли, покачиваясь, императорские носилки; прошли, поднимая пыль, преторианцы; пронесся серебрянный римский орел на высоком шесте. Всхлипывая, она побрела к недополотой борозде.

 

***

  Макрон, пришпорив коня, обогнал отряд преторианцев. Спешился около императорских носилок и засунул внутрь ухмыляющееся лицо.

  - Хорошо позабавился? – по-дружески полюбопытствовал он.

  Гай скривился:

  - Ничего особенного. Грязная свинья перепачкала мне покрывала, но не доставила особого удовольствия. Никогда больше не буду спать с вонючими поселянками.

  - И не надо. Гетеры Неаполя ждут тебя с нетерпением, – подбодрил Калигулу Макрон.

  Гай молча зевнул.

  - А спинтрии Тиберия? – неожиданно припомнил префект претория. – Что прикажешь делать с ними?



Ірина Звонок

Отредактировано: 01.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться