По ту сторону пирамиды Иос-13

05

 

 

— Кто… кто ты?

Очнулась. Часть ее бледного лица показалась из-под складок плаща, плотного, с ремнями регулировки, и укрепленного вставками гибкой ткани. Глаза смотрели в полумрак помещения, едва различая замершую фигуру.

Турн повернулся в ее сторону.

— Ты спас меня? — она поднялась, свесила ноги, усевшись на матрасе.

— Угроза ликвидирована.

— Что?.. Я… — она потерла влажные глаза. — Что с моим отцом?

Глаза блестели водой в темноте. Слеза покатилась по щеке, упала на худую коленку, впитавшись тканью полукомбинезона, успевшего испачкаться.

— Не выжил. Мне жаль, — голос, точно эхо от стука камней, приносил боль, хоть и не был повинен в этом. — Я сделал что смог. Прости.

Вторая слеза покатилась быстрее. Глаза все так же блестели водой в редких отсветах.

— Боги… — она уткнулась лицом в ладони, темные волосы спустились локонами, скрыв его, и она сдержано едва слышно заплакала.

Турн смотрел на нее и не мог ничего сделать. Он ждал приказа и сам осознавал как же это глупо: сейчас командиру не до него. Турн все испортил, допустил непоправимое, вновь потерял доверие. Он подошел ближе, от чего девушка дернулась и затихла, только плечи вздрагивали, словно от холода. Турн опустился на колени, так чтобы ее глаза находились на одном уровне с его линзами. Она подняла заплаканное лицо.

— У меня не было родителей, — негромко начал Турн, — но я терял близких мне, моих товарищей. Я не справился, и смерть твоего отца на мне. Не знаю, как я могу загладить свою вину…

Девушка всхлипнула, легла обратно и укрылась плащом, отвернувшись к темнеющей пластиком стене. Еще некоторое время она вздрагивала. Слышались всхлипы, шмыганье носом, пока не уснула, тихо засопев. Тело ее замерло.

Уснула? Ей надо успокоиться. Турн ужасно себя чувствовал, не имея представления как поступить в сложившейся ситуации. Проклятье… Действительно, его к такому не готовили. Пусть поспит. Если бы он раньше услышал приказ, был ближе и предугадал момент нападения, взял на себя удар от взрыва, закрыл, в конце концов, ее отца собой… Что об этом говорить? Все уже в прошлом.

Она спала больше пяти часов.

— Так кто ты? — послышалось под плащом.

— Е-3-20-15, Марс-7, нулевой год, — машинально произнес Турн и даже приосанился.

— Не понимаю, — призналась девушка чуть громче.

— Терра-клон Е-3-20-15 нулевого года за земным стандартом маркирования, воспитан в колонии Марс-7. В двенадцать лет поступил на службу. Последний командир Агни «Фурия» Наби.

— Т-клон? А имени разве нет? — девушка перевернулась. Глаза сверкнули в щелке складок плаща.

— Друзья звали Турн, — с тревогой ответил, знал, что за подобное ждет наказание, имена запрещены, — а командиры обращались «Етри».

— Кто эти люди? Почему они напали?

— Не знаю.

— Ты вступился за нас. Я это помню. Спасибо тебе, — она шмыгнула носом. — Но почему?

— Ты приказала.

— Я?!.

— Да.

— Ничего я не… приказывала. Просила о помощи, а потом ты появился.

Турн вспомнил, что его не раз пытались лечить от «голосов в голове». Неужели опять их слышал. Получается, что он без всяких оснований убил людей и похитил девушку. Или его волю подчинили? Возможен ли взлом через импланты, если мозг с нейросетью и армейской кибериглой?.. Или отредактирована память, а он все же напал, взорвал машину. Нет, он отчетливо помнит, как было. Его киберпространство защищено новейшим барьером Солнечной армады.

Ошейник впился в кожу электрическими щупальцами.

— Я не причиню вреда, — как бы оправдываясь произнес он.

— Все равно, спасибо, — она выбралась из-под плащей и опять уселась на матрасе. Ступни коснулись пыльного затертого пластика. — Где мы?

— Пригород ИОС-13, комната в жилищном блоке нижнего яруса.

Девушка включила вир.

— Позвоню, — пояснила она.

— Подожди, тебя могут засечь.

Слова подействовали, и она выключила устройство, которое все же успело получить сообщения. Повисла тишина, и неловкая пауза затянулась. Свет фар нырнул в окно, и луч скользнул по лицу т-клона, высветив до подробностей. Девушка вскрикнула и тут же, словно смущаясь, прикрыла рот рукой.

— Я не хотела.

— Могу скрыть лицо в капюшоне или намотать тряпку.

— Нет, что ты… неожиданно вышло. Не привыкла. У тебя приятное лицо, хоть и грубое… шрам конечно страшный… и глаза… линзы… Забудь.



Денис Тимофеев

Отредактировано: 11.02.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться