Под кровом Всевышнего

Размер шрифта: - +

Эпизод 1 «Не познавая жизни»

Глава 1

"Под кровом"

 

Пять минут до начала смены. Словно зачарованная, я неподвижно стою перед центральным входом оцепленного прибежища души моей, именуемым «Фракталом» и просверливаю ненавистным взглядом стены небольшого по размерам здания, облицованного бурой кирпичной кладкой.

Ватные ноги словно погрязли в зыбучие пески, поддавшись бурному воображению. Я представляю, как опасность медленно засасывает меня, одновременно стирая с земли остатки существования Лиллиан Крамер.

Однако каким бы упрямым не было моё сопротивление и абсолютное нежелание сдвинуться хоть на сантим с места, я, собравшись с силами и перебарывая неповиновение, вынудила себя сделать оставшиеся пару шагов навстречу очередному умопомрачительному рабочему дню.

«Умопомрачительному» в кавычках, естественно. В огромных таких кавычках.

 

Колокольчик звонко брякнул над дверью, оповещая Ребекку о появлении людей и на миг, словно звуковой волной, в глубине подсознания отразились события прошлой жизни. Где будничным пасмурным днём, игнорируя назойливые сообщения от одногруппников и опаздывая в университет, я совершаю святой ежеутренний ритуал, забегая в кондитерскую Бакклеров ‒ навстречу сладким испаринам ароматной выпечки.

«Два круассана, пожалуйста. Один ванильный, другой с шоколадом. Спасибо.»

Круассан с ванилью предназначался для Эллис, второй для меня.

 И в той кондитерской над дверью располагался с точно таким же тембром маленький позолоченный колокольчик, звонко трепетавший о приходе новых посетителей.

Отныне создаётся обманчивое ощущение, что происходящее ранее никогда не случалось наяву, являясь лишь застланным пеленой тумана и насильно впечатанным в память сном.

 

В последний раз с Эллисон мы виделись в день её отъезда, из которого она обещала вернуться спустя два месяца по окончанию действия визы, предполагая, что война не затянется на долгое время.

Разрываемая противоречиями, я ощущала, что это последняя встреча и противилась гнетущим размышлениям, обволакиваемая зыбкой толикой надежды. В итоге моя осведомлённость о подруге прерывается на моменте, когда та, будучи на границе, по телефону рассказывала про очередной вынужденный переезд в целях продления визы. Это были какие-то жалкие два месяца жизни, не значащие, по сути, совершенно ничего для человека, находящегося на чужой территории.

Прошло время и никаких вестей в виде сообщений и звонков от Эллис не поступало, хотя я зачастую вижу статус «on-line» на её странице.

 Молчание для меня это служит хорошим знаком, наполняя уверенностью, что она в безопасности строит новую жизнь.

***

- Через десять минут заступать на смену, а ты ещё не подготовлена к работе! – впечатанные в круглое бледное лицо маленькие карие глазки блуждают по моему телу. Чёрная прядь жёстких волос, выбивающаяся из-под туго сцепленного на затылке хвоста, подрагивает в такт тяжёлому дыханию, рывками взлетая и опускаясь под носом. Искривлённая недовольством верхняя губа совершает поступательный танец вверх-вниз.

 

Схватив озноб от пронзающего до костей взгляда, телепатически ощущаю себя полностью голой и беззащитной напротив статной женской фигуры, невольно заставляющей волноваться всем телом до предательских мурашек от низкого горлового голоса. Не стану пустословить, что Ребекка являлась неким подобием демона в юбке - угнетённое проблемами выражение лица, озаряло напускным недовольством каждую рабочую смену. Иногда мне кажется, что ей проще сдавать на стол кипу бумаг с отчётами о прошедшем дне, в которых детально расписана каждая минута, каждый шаг, нежели стараться внятным тоном прояснить ситуацию и причину опоздания. Одним словом, женщина-график с изменчивой постоянной настроения.

 

- Разве вы забыли о моей способности к быстрому переодеванию? – пытаясь свести всё на шутку, я наблюдаю на себе пристальный, одновременно разгневанный взгляд и тут же замолкаю, делая заметку, что мадам не в духе уже с утра и лучше мне аккуратнее обращаться со словами.

- Сегодня приезжает Макдермотт, так что, будь добра, прими это к сведению и относись благосклонно к нему, - полоска тонко выщипанных бровей поднялась вверх на конце, а уголки искривлённого рта содрогнулись в укорительном скепсисе, заблаговременно презирая негативную позицию по отношению к гостю. – Вещи на месте, в курс дела ты введена лучше остальных. Удачи. - отрезала Бек.

 

Просто прекрасно.

 

Непробиваемый характер Ребекки, по ходу, навсегда останется для меня тайной. И если ещё вчера управительница ласковым тоном приглашала изведать вместе с ней чашку ароматного ромашкового чая, заманивая собственноручно приготовленным печеньем, то сегодня оказалась крайне холодна и немногословна по отношению ко мне.

 

И вообще.

Какого чёрта именно я обязана брать на себя ирландца Макдермотта?

 

- Добрый вечер! – приветственно тяну слова, открывая перед носом дверь. Моментально лёгким ветерком лицо овевает множество разнообразных запахов, витающих в маленькой комнатушке: духи, пудра, дешёвый табак и пот – всё смешалось воедино и теперь, отдавая чем-то слащавым, назойливо щекочет в носу. – Хотите сказать, что вам тоже некуда податься? – встречая усталые взгляды соратниц по несчастью, я, с пониманием, что шутник из меня никудышный, стираю с лица искусственную улыбку и быстрым шагом перебираюсь к своему месту.

 

В детстве мне советовали улыбаться, несмотря на то, какое настроение у людей в округе и я, честное слово, старалась выжать из себя некое подобие радости и по сей день.



Анна Вольных

#23277 в Любовные романы
#18080 в Разное
#4831 в Драма

В тексте есть: война, проституция

Отредактировано: 30.04.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться