Попаданка: Алиса в чужом мире.

ГЛАВА 8. Мир Рейдинга и тайна Каинга

ГЛАВА 8. Мир Рейдинга и тайна Каинга

Всю последующую неделю я узнавала всё больше о мире, в который попала, и всё реже вспоминала о своей прежней жизни на Земле.

Рейдинг населяли различные расы: эльфы, друиды, оборотни, драконы, вампиры и люди. Чаще всего эльфы, друиды и оборотни селились в лесах, где строили свои поселения.

Друиды — люди с особенной магической связью с природой, даром, переходящим из поколения в поколение. Они не учились в академиях: старейшины обучали детей находить гармонию с окружающим миром, читать и писать. Питались дарами леса — ягодами, грибами, целебными растениями, — но не чурались и обычных продуктов: сыра, молока, хлеба, рыбы и мяса.

Друиды умели управлять климатом, изготавливали обереги и уникальные артефакты, увеличивающие резерв здоровья и боевой запас энергии. Таких изделий больше никто не создавал, и друиды успешно торговали ими, на вырученные деньги покупая одежду и продовольствие.

Оборотни делились на первородных — основателей стаи с чистой кровью — и остальных. Средняя продолжительность их жизни составляла 300–400 лет. Внешне они почти не отличались от людей: имели твёрдые черты лица, загорелую кожу, крепкое телосложение и высокий рост (мужчины — около 190 см, женщины — 175 см). Их глаза отливали разными оттенками, а красота была особенной, дикой.

По преданиям, оборотни обращались в полнолуние, но это было не совсем так: они могли принимать звериную сущность по своему желанию. Питались сырым мясом, а магами становились редко, обучаясь в специализированных школах.

Эльфы поражали совершенством лица и тела. У них были большие глаза чистых цветов и заострённые уши, напоминающие лист. Черты лица — утончённые, без растительности. Эльфы жили около 500 лет, достигли высот в скульптуре и архитектуре, а также в совершенстве владели луком — ведь они были хранителями лесов.

На севере империи, в горах, жили драконы, люди и вампиры.

Драконы в двуногой ипостаси напоминали людей, но отличались осанкой, походкой, чертами лица и цветом волос. Их продолжительность жизни достигала 500 лет, совершеннолетие наступало в 30 лет. До 20 лет они развивались как люди, затем взросление замедлялось:

• в следующие 300 лет 1 внешний год соответствовал 20 прожитым (в 320 лет дракон выглядел на 35);

• последующие 90 лет — 1 внешний год за 15 прожитых (в 410 лет — на 41 год);

• дальнейшее старение шло индивидуально.

Драконы правили Рейдингом — их мудрость и сила идеально подходили для роли правителей.

Вампиры делились на чистокровных (высших) и обращённых. Чистокровные жили 800–1000 лет, отличались идеальной внешностью, высоким ростом и правильными чертами лица. У них была неестественно бледная кожа, глаза краснели при использовании магии, а по желанию появлялись кожистые крылья. Они могли удлинять ногти и клыки. Обращённые вампиры не имели крыльев, но отличались высокой скоростью.

На юге Рейна простирались пустыни с жарким климатом, непригодным для жизни, поэтому там никто не селился. На западе, в океане, находились несколько материков, заселённых людьми и вампирами.

За это время я подружилась со своей соседкой Айвэриен. Она всегда была рассудительна и спокойна, что поначалу немного раздражало, но потом я оценила её уравновешенность и мудрость.

Аларион продолжал помогать мне контролировать магию. Теперь я могла обходиться без кулона, который он мне подарил, — мои способности постепенно стабилизировались.

Вскоре мы узнали, что отправляемся на практику по боевой магии к Великим Пещерам Ангольма. Как оказалось, Ангольм — местное божество, которому поклонялись и люди, и нелюди.

Возможность побывать в пещерах одновременно удивила и восхитила меня. Но я не понимала, почему практику нельзя провести в академии — у нас был специализированный зал. Путь до Великих Пещер Ангольма занимал около трёх дней пешком — зачем такой долгий поход?

Во время обсуждения поездки один из адептов осмелился задать вопрос:
— Господин Эдвин, позвольте узнать, почему мы не можем попрактиковаться в специально отведённом для этого зале?

Адепты переглядывались, а кто‑то бросал на меня неодобрительные взгляды — видимо, считали, что я спровоцировала вопрос.

Ректор спокойно ответил:
— Зайдите ко мне после лекций, Алиса. Поясню вам причину нашего похода.
— Хорошо, — ответила я.

После занятий я пришла в кабинет ректора, коротко постучала и вошла, не дожидаясь разрешения. Эдвин де Наргиэль сидел за письменным столом и внимательно изучал какой‑то свиток. Он не поднимал взгляда, пока я не заговорила:
— Вы просили, чтобы я к вам зашла после лекций.
— Да, я помню, — отозвался он, продолжая изучать документ. Спустя несколько минут ректор поднял глаза и спросил: — Скажите, Алиса, вы действительно находитесь в блаженном неведении или ведёте какую‑то свою игру?
— Не поняла? — растерялась я.
— Все — люди и нелюди, отшельники и даже дети — знают, что происходит в мире последние десять лет. Меня всё чаще посещает мысль, что вы из другого измерения. Ведь это так, Алиса? — он встал, обошёл стол и приблизился ко мне, нависая, словно скала. Я невольно сжалась.

Мой мозг лихорадочно искал выход. Сказать, что страдаю потерей памяти? Но тогда он спросит о причине… Нет, это глупо. Придётся сказать правду.
— Да… Я не из этого мира, и мне многое непонятно, — ответила я с вызовом.
— Так и знал! — кивнул ректор. — Я давно об этом думал — ваше поведение натолкнуло меня на эту мысль. И леди Грин молодец: видимо, вы ей понравились, иначе она должна была немедленно сообщить стражам Империи Рейн. Но не сделала этого.
От этих слов мне стало страшно. Неужели он теперь сам меня сдаст? Но через мгновение Эдвин добавил:
— Не волнуйтесь, я сохраню ваш секрет, Алиса. При одном условии.
— И какое же у вас будет условие? — откуда во мне взялась эта смелость? Раньше я за собой такого не замечала.
— Давай отбросим условности и перейдём на «ты», когда мы наедине.
— Ладно, я попробую, Эдвин, — прозвучало не слишком уверенно.
— Так‑то лучше. Насколько мне известно, иномиряне попадали к нам лишь однажды — когда миру Рейдинга угрожала опасность. Думаю, ты не исключение и попала сюда, чтобы спасти мир. Моё условие таково: я буду твоим покровителем, а ты сделаешь всё возможное, чтобы предотвратить угрозу.
— Но от чего его спасать? — спросила я.
Ректор долго смотрел на меня изучающим взглядом, затем медленно отошёл к столу и устало произнёс:
— Присаживайся, я расскажу, что мне удалось узнать.
Я послушно села напротив и приготовилась слушать.
— Я не могу точно сказать, от чего нужно спасать мир. Возможно, это какая‑то эпидемия. Болезнь назвали «Каинг» — она похожа на одноимённое мифическое существо. Каинг не лечится ни травами, ни магией, ни заговорами. Ей могут заболеть люди и нелюди. Симптомы ужасны: у заражённого внезапно появляется гнилостный запах, рвота с кровью и слабость. Смерть наступает через месяц, и всё это время больной испытывает дикую боль. За последние несколько тысячелетий не зарегистрировано ни одного подобного случая.
Странность в том, что Каинг не заразен: те, кто контактирует с больным, не заболевают. Впервые болезнь проявилась в небольшом поселении на западе, затем вспышки произошли в стае оборотней. Очаги возникали в самых разных местах.
Мне удалось выяснить, что Каинг создан с помощью магии. Кто создал это оружие массового поражения — неизвестно. Единственное, что мы смогли сделать, — защититься от эпидемии с помощью древней драконьей магии и кристаллов Ангольма. Поэтому мы и отправляемся в пещеры — добыть эти кристаллы. Это всё, что мне известно.
— Всё это печально, но как я могу помочь? — спросила я.
— Пока не знаю. Можешь идти, Алиса. Завтра мы отправляемся в путь, так что отдохни как следует.