Пятеро мужчин квартала сайя

Глава 10. ЦВЕТА СТАЛИ

Когда Рика покинула додзе, все еще чувствуя на губах прикосновения сайя, дождь ослабел. Таро не было рядом, но по коже бродили призраки касаний, невидимые губы продолжали свой путь. Она ежилась от странных чувств и напряженно думала, укрывшись под низким балконом соседнего здания, броского, но обветрившегося. Белые стены с красными дверьми хранили тишину, лишь с площади звучал барабан.

Неудивительно, что знать ее ненавидит. Сайя выбрали простолюдинку и иностранку для «лотереи лепестков» как раз для того, чтобы подчеркнуть свою независимость перед знатными женщинами. Те считали квартал собственностью императрицы, своим оазисом, а сайя сопротивлялись. В этой местечковой войне ей довелось стать красной тряпкой, которой красивые мужчины дразнили властных и надоевших любовниц. Кацу выбрал ее среди остальных, чтобы унизить их и их привычки. Чтобы при ее виде кривились, а он смеялся императрице в лицо и укрепил влияние в квартале. Гордость и власть. Кровь и соль.

Рика была молода, но отнюдь неглупа, и подсказок Аки и Таро ей хватило с лихвой. Юную мечницу несколько раз умело разыграли, словно удачно пришедшую в руки карту.

Для Кацу она была рядовой фигурой в его партии, пока не отказалась приходить. Таро же воспользовался ее преступлением, чтобы вернуть в квартал, поддразнить Кацу и в очередной раз в секрете нарушить законы квартала. Истинные чувства и расчет тесно переплелись. Вот о чем пытался ее предупредить Аки, вот что старался растолковать Энцо. Мир за пределами зала для тренировок и холмов был сложен и жесток.

Но разве и она не пришла в квартал только для того, чтобы выиграть турнир? Каждый из них вел свою игру, просто ставки в игре Кацу для нее оказались неподъемно высоки. Рика притронулась к губам, которые все еще чувствовали поцелуи Таро. Он мог совершить с ней все, что хотел, но позволил делать то, что хотела она. Девушка помнила тяжесть его тела, закрывающего от стрел. Аки тоже мог молчать, но постарался предостеречь.

Как бы то ни было, ни игривый Хидео, ни Кио, разговаривающий музыкой, не помогут ей, когда люди Кога или любой другой властной женщины Острова Яблонь придут в ее дом. Она для сайя –лишь маленький эпизод насыщенной событиями жизни. Если она погибнет, они наверняка пожалеют. Но недолго, ведь впереди так много дел.

Рикарда сильно устала. Разнообразная и напряженная тренировка с Таро ее изнурила, ноги гудели, но какую бы опасность ни скрывали его слова, теперь стала понятна расстановка сил. Принц-бандит снял повязку с ее глаз, и теперь не придется стоять посередине битвы слепой и беспомощной. «Самый жалкий цветок у дороги погружает в раздумья, что глубже, чем слезы», - вспомнила она, бросив взгляд на мокрую сливу, и опустилась на сухую дорожку под балконом.

Прежде, чем идти дальше, она хотела собраться с мыслями и помедитировать. Вокруг никого не было, Аки ушел, охрана осталась на входе во внутренние дворы. Наступал вечер, и она пребывала в тени и смотрела на то, как трепещут мокрые, слипшиеся лепестки. Минуты перетекали в новые минуты, никто не замечал скомканную тень у поникшего деревца.

- Я все приготовила. Мечи, огнестрельное оружие с материка – все лежит в условленном месте.

Незнакомый женский голос вырвал ее из сосредоточения, он раздавался сверху.

- Корабль готов?

- Тяжело скрывать движение таких сумм, Кацу… Ты же знаешь, что за вашими тратами внимательно наблюдают, а это тебе не отрез ткани.

- Я заплачу еще. Просто сделай то, что просят. Ты узнала про Кога?

- Нет, но я бы присмотрелась к той, что чаще других посещает твои покои, - усмехнулась говорившая женщина. – Кто-то из школы гвардии запросто мог провернуть подобное. Что, если люди спросят, зачем кварталу удовольствий наемные мастера меча?

- Это меня не беспокоит. Женщины любят тех, кто владеет боевыми искусствами, поэтому я смогу объяснить наши тренировки. Но корабль нужен за неделю до турнира. Ты ведь не дурачишь меня?

- Кацу, ты совсем не понимаешь шуток, - рассмеялась незнакомка. - Если добавишь еще пять процентов за мои хлопоты, мы договорились. Что касается убийц, то гвардия расследует нападение, но они не слишком усердствуют. Лучник мертв, следов не осталось. Обычный наемник, из этого много не вытянешь. Заказчик скрыт.

- Если Кога займется Таро, я пошлю им подарок. Любой шум, который отвлекает внимание от сделки, подойдет. Квартал обязан кипеть драмами, иначе зачем он нужен?

Рика затаилась, чтобы не выдать свое присутствие.

Кацу. Человек, который расписывается так, словно мстит бумаге. Рисковый игрок, выдвигающий на доску очередную фигуру. Зачем любовнику целый корабль, купленный в тайне? И кто его таинственный посредник? Учитель Сехэй говорил, что медитации приносят пользу, но она и не подозревала, что такую.

Когда говорившие удалились в покои, а разговор сменился приглушенными звуками другого рода, Рика встала и направилась прочь. Дождь закончился. Алые двери, в которые она входила в прошлый раз, были приветливо распахнуты. Опершись о стену, курил пряную трубку неизвестный ей, вихрастый и худой сайя с небрежно убранными в пучок темными волосами. Он махнул ей, шутливо и призывно, и она отвернулась. Теперь Рика знала, что могут делать губы и руки мужчин квартала, как дрожит тело под их пальцами.

Несколько строгих женщин праздно прогуливалось около лавок, они искоса взглянули на нее – на потертые котэ, которые она забыла снять, потрепанную от падений на пол одежду, необычные рыжие волосы. В здании на другой стороне площади кружились в танце мужские фигуры, доброжелательно хлопали гостьи, перед которыми стояло подогретое вино. Мимо пробежал прислужник, торопливо несущий недостающую миску со сладкими орехами. Барабан ухал поодаль, в невидимых переулках. Праздник в квартале не прекращался никогда.

Она подошла к лавке с мечами, закрытой во время ее первого визита. Сегодня там горел свет, за прилавком сидел мастер, занятый подсчетами в исчерканном журнале. Перед ним находились образцы прекрасного оружия, мечи и стрелы, и Рика залюбовалась клинками. На каждом из них виднелась гравировка с символом квартала – похожие на гору или замок очертания его стен с камелией внизу. На флаге квартала камелия была алой, и стены обиталища сайя будто вырастали из ее страстных лепестков, а на стали оставался лишь ее бледный двойник.