Радиомолчание

3.

Бесконечная труба, ведущая в толщу скалы под названием «Цитадель», четыре ленты эскалатора. Неподвижный воздух давит на уши.

– Мы что, пойдем в самый низ? – прожужжал голос, до неузнаваемости искаженный войс-фильтром. Голос четвертого участника похода.

– Непременно, – буркнул Край.

Когда Арескетт вернулся в ангар – в защитном тренче из толстой кожи, в кольчужном капюшоне, с вытянутым треугольным щитом и крупнокалиберным «Грейдером» – сразу стало понятно: легкой прогулки он больше не ждет. И Арескетт был не один. Вместе с ним в ангаре появился худой человек, с ног до головы закутанный в плащ из плотной синтетики, с серебристым кейсом за спиной и в мотоциклетном шлеме, который своей формой походил на птичью голову. Вслед за таинственного вида фигурой в зал влетел небольшой ворон. Сделав круг, он опустился человеку в шлеме на плечо. Ангел, понял Рой, заметив янтарные глаза ворона. Дизайнерская модель, как снегирь у Аккорд.

– Зи, – представилась фигура сквозь выкрученный на максимум войс-фильтр. – Зовите меня «Мистер Зи».

В руках у Зи был короткий арбалет – «степлер», как такие называют выживалы – но попутчик сразу заявил, что он ученый, и ни драться, ни стрелять не умеет – потому его поставили в середину процессии. Арескетт шел впереди, Рой шел последним. Своды тоннеля были достаточно высоки для того, чтобы не думать, какая масса камня сейчас нависла над ними четверыми. Голову Меллера занимало другое. Разгоревшаяся спираль оказалась вплетена в бесконечный стебель какого-то чудо-растения, и с него в пространство тоннеля свисали гроздья винограда, яблоки, цветы, клубни, мандарины, кабачки, колосья, стручки, мясистые листья – и, конечно же, бугристые помидорины, всем известные как «новощ». Листья и плоды сохранили свою форму, однако их бурый цвет, островки черной плесени и сильный прелый запах не оставляли сомнений: конструкция над головами людей – не муляж. Под пологом мертвого чудо-дерева, в пространстве между лентами эскалатора, через каждые пятьдесят метров стояло по статуе. Рою они напомнили и о холле Маяка, и о триптихе на фасаде «Сотни» – стиль тот же, однако застыли тут не паладины, а те, кого Корпорация прославляла и поныне: ученые с колбами и колосьями в руках, фермеры с садовым инструментом и плодами трудов своих, строители и инженеры, воспитатели, окруженные детьми... Пыльный, заплесневелый и тускло освещенный райский сад с окаменевшими жителями – зрелище, внушающее одновременно десятки разных чувств.

– Весь наш мир в миниатюре, – прозудел мистер Зи. – Будущее жестоко.

У этого малого был своеобразный способ справляться с напряжением. Его рот под забралом мотоциклетного шлема не закрывался.

– Что за ирония! – завел он новый монолог. – Вейта Беттеркайт всего на день попросил Несъедобного отпустить поводья – и полюбуйтесь, что началось! Весь город словно превратился в один огромный мозг, что напрягся и выдал миф потрясающей силы! Вы заметили – сказочка о Злом Рыцаре пришлась по нраву абсолютно всем: и ноунейму, и гражданам... и даже кому-то из ваших! Хе-хе-хе-хе…

Так это заслуга Наставника? – удивился Рой. Теперь понятно, что побудило Несъедобного прервать свой монолог ради тучи звонков и писем. Наставник, само собой, желал добра – поздравлений, музыки, общения... неужто он забыл про ноунейма?

– Даже жаль, что в следующий эфир Корпорация приложит все усилия, чтобы развеять этот миф, – развел руками Зи. – Не думаю, что когда-нибудь услышу что-то подобное...

Но тут Арескетт сделал знак замолчать – они спустились до того места, где лежал подстреленный им едок. Процессия остановилась. Держа «Грейдер» наготове, командующий перебрался через стеклянные поручни на соседнюю ленту.

– Руки, – заметил Зи: верхние конечности едока были усилены истертыми имплантами – лезвиями. Изломанная кукла дрожала и корчилась в луже черной маслянистой крови, однако стоящего над ней Арескетта не чуяла. Полный линк-аут. Рой слышал лишь тихое жужжание, будто где-то летала пчела – но откуда ей взяться так глубоко под землей?

– Думаете, это он проковырял двери могильника? – спросил Зи, разглядывая сточенные почти до кулаков лезвия. У Меллера при слове «могильник» по коже пробежал холод. Вспомнилась пара ночных радиопередач …

Арескетт покачал головой:

– Сомневаюсь.

Он обернулся и послал вдоль эскалатора бесцветный лазерный луч – условный знак тому, кто остался наверху: «заберите падаль.» «Принято,» - пришел ответ, а паладины двинулись дальше. Вскоре внизу показался конец эскалатора.

– Тишина, – скомандовал Арескетт. Световод к этому моменту стал настолько тусклым, что паладинам пришлось включить фонари.

Они вошли в круглый подземный вестибюль. На стене прямо напротив входа Рой увидел оранжевую надпись «Anysoft», а по центру зала стояла колонна метров четырех в высоту. Ее янтарный цвет напоминал о глазах ангелов Логоса. Трое из них и вправду сидели прямо на колонне – само собой, это были лишь статуэтки. «Logos anysofti» – гласила надпись у подножия колонны, а над крылатыми существами – «Angeli anysofti». Край тут же прочертил в воздухе Ключ-полузвезду, спровоцировав Зи на электрический вздох: они с очкариком явно не приглянулись друг другу. Рой же смотрел на колонну не с религиозным трепетом, а с недоумением: он-то думал, что Корпорация только-только пришла в Цитадель, а тут…