Радиомолчание

4.

Артерия-магистраль, ведущая к Игле, была не менее безупречна, чем любая дорога Сайлнс-сити, и в том, что Аид постоянно дергался и сшибал то одно, то другое, она была не виновата. Напрасно Энди просил Бейби Края отключиться от Сети хотя бы за рулем – лупоглазы продолжали окружать стрелка одному лишь ему видимой реальностью. Он беспрерывно бормотал, его руки норовили оторваться от руля и зависнуть перед глазами, а грузовик за все сорок минут пути еще и десятка метров не проехал ровно. Каждые пять минут очкарик лепил на себя очередной пластырь от укачивания, да Рой уже и сам подумывал попросить у него парочку. Аид мчался на северо-запад. Квадраты дорожных ограждений мелькали за окном, как кадры киноленты, пару минут назад над ними замаячила призрачная мачта радиобашни. Энди был прав насчет Несъедобного – паладинов он к себе не пускает. Однако собранная ими информация может преодолеть этот барьер в чужих руках и вернуться заслуженной наградой. Квартет решил воспользоваться тем же способом, что и остальные: письмо. 

– Я завершил ту часть, в которой говорится об обнаружении будущим Злым Рыцарем так называемого лича, – произнес Энди (именно ему поручили писать текст). – Насчет этой находки, мистер Край, я особо отметил тот факт, что ваших слов никто подтвердить не может.

– Пускай, – отозвался очкарик. Все это время он общался только так – по одному слову. Энди уже смирился.

– Далее, – продолжал он. – В следующем разделе я планирую описать, как вы обнаружили блистер от Ложной Панацеи. Мы будем говорить, где это произошло? Или поступим с этими данными так же, как с предполагаемым именем Злого Рыцаря?

– Второй вариант, – сказал мечник. – Пусть Несъедобный сами решают, что сообщать людям, а что – нет. Напишите просто: «комната в Маяке», а ее номер я зашифрую в нашем волшебном глифе.

Это было задачей мечника: он рисовал глиф, вмещающий все, чего не хватало в записке. Паладины решили не раскрывать в ней самых секретных данных – на случай, если их посланнику придется зачитать письмо в прямом эфире. Кроме того, глиф содержал вопрос, который паладины собирались задать Несъедобному – гарантия того, что их посланник не воспользуется чужими данными и не спросит что-то свое. И это было далеко не все, что содержалось в этом глифе – хотя Рой так и не понял, почему Край называет произведение мечника странным словом «троян».

К этому моменту передовые отряды корпоратов уже прорвались к стенам дамбы. Но открывать шампанское было рано: Арескетт столкнулся с неожиданным препятствием. Оказалось, плотину покрывает толстый слой ламины – просто она была не серой, а белоснежной, незаметной на белом бетоне до тех пор, пока корпораты ни уперлись в дамбу лбом. Особенно обильно ламина заволокла двери, окна и люки. Корпораты мигом догадались поступить с ней так же, как в свое время Меллер: облили растворителем от новой виниллы. С тем же успехом они могли поливать ее водой: белая полупрозрачная пленка оказалась абсолютно инертна к стандартному составу. Сверла, резаки и пули оставляли на ней лишь царапины, да и те затягивались в течении минуты. Но в числе авангарда были пятеро ученых, и при них – мобильная лаборатория. Они тут же предложили проанализировать структуру ламины и подобрать смесь для ее размягчения. Увы, экспериментов не вышло: на головы осаждающих посыпались камни и куски энергоблоков, заразные плевки и даже сами зомби. Прячась под щитами, корпоратам пришлось отступить – но Арескетт и не думал сдаваться. Из подручных средств и палаточного брезента он велел соорудить примитивную осадную машину, что-то вроде шатра с покатыми стенами. Навес поставят вплотную к одной из заламинированных дверей, чтобы град обломков не мешал работе ученых. Пустая трата времени, подумал Меллер. У ЗР было целое чернолуние, чтобы заклеить бреши в обороне. Но когда Рой озвучил эту мысль, у Энди нашлось весьма здравое возражение: если белая ламина была бы непреодолимой преградой, Привратную Дамбу не защищали бы так рьяно.

Лишь единожды Несъ прервал свой рассказ о приключениях Джона Арескетта.

||||

кстати

[произнес его скучающий голос]

к нам на всех парах несется Аид

как ни жаль

его содержимое мы не пустим дальше почтового ящика...

||||

– А почему он нас не пускает? – спросил Рой. – Чем мы хуже остальных?

– Строго говоря, – ответил Эмеральд, – Несъедобный не впускают к себе не паладинов, а их Ордера. Эти кольца – глаза, уши и руки другой Махины. Не станет же Игла подвергать себя такой опасности?

– Так почему бы просто не снять Ордер и не войти без него?

– Попробуйте, – улыбнулся Эмеральд.

Плевое дело, подумал Рой. Но едва он представил себе, что снимает с шеи Ордер, перстень вдруг вздрогнул, а по правой руке волной пробежала судорога – короткая и безболезненная, словно предупреждение: «Только попробуй!». Рой уставился на ладонь, вспоминая, как несколько часов назад кольцо буквально заставило его выслушать Агента. Раньше такого не было. Но раньше Меллер и не участвовал в чем-то настолько серьезном...