Рецензии

Олег Волков. Цена власти. Отзыв в рамках конкурса

Если бы я просто открыл этот роман, не зная имени автора, то сразу бы закрыл, потому что решил, что это написано новичком, который только пробует свои силы в литературе и ему просто рано  обращаться к подобному монументальному труду. Но на обложке романа стоит имя автора, который учит всех как писать книги! Человек, который присваивает награды за мастерство, стиль, оригинальность. Только это заставило меня продолжить чтение и дойти до конца.  

Я не буду присваивать никаких орхидей, звёздочек или зелёных/красных помидоров, просто попытаюсь объяснить, почему этот роман смахивает на робкие графоманские попытки новичка найти свой путь в литературе.

Первое. Автор не знает,  с чего начать. Роман открывается сценой компьютерной игры, которая абсолютно никакого отношения не имеет ни к сюжету, ни к раскрытию характеров персонажей. Это просто совершенно чужеродный элемент романа. Автор не знает, что первая сцена самая главная, она должна содержать интригу, зацепку, крючок. Она должна задать, как камертон общее звучание романа.

Второе. Сразу поражает беспомощность автора в стиле, где он в совершенно произвольном порядке мешает прошлое и настоящее время. Несогласованность времён глаголов в предложении всегда признак графомана.

Третье. Автор никак не может решить, какой фокал ему выбрать. То он ведёт разговор от лица одного из героев. То начинает вещать от лица всезнающего автора.

Четвёртое. Автор не просто не умеет показать что-то, а только рассказывает.  Он постоянно вставляет так называемые «объяснялки». Причём написанные дубовым, канцелярским языком. Куски технического отчёта, а не художественный текст.

Какой бы первозданной не была местная природа, но употреблять сырую воду всё равно нельзя. В условиях выживания проблема сохранения здоровья выходит на первый план.

Пусть друзья никогда не интересовались походами на выживание, но навыки бывалых туристов пришлись очень кстати. Из книг и рассказов более опытных товарищей, а так же благодаря собственному практическому опыту, они знают что делать и как себя вести, если уж выпало «счастье» остаться с дикой природой один на один.

Справедливое замечание Андрея повергло в уныние. Одно дело вязанки хвороста, стянутые тонкими веточками и полосками коры, и совершенно другое прочный плот из толстых бревён. Путешествие может затянуться. Будет очень печально, если от порыва ветра или от удара речной волны хилый плот рассыплется, как связка карандашей. Так и утонуть недолго. Или топать пешком? Да, сложней, зато безопасней

Пятое. Невероятное многословье автора. Там, где можно сказать одним ярким предложением, автор старательно использует длинные нудные, но поразительно банальные описания. Вот это берёза, вот эта птички, вот это солнце, вот это река, вот это печь, вот это старик.  Ощущение, что автор уныло гонит листаж, просто потому что не знает, чем занять место на страницах своего романа.

Сюжет.  Трое друзей-студентов одного и того же университета, отправляются на поиски странного куба и переносятся в иной мир, мир первобытных охотников.

Если тупо выбросить первые три главы и начать с 2-й части, ничего не изменится. Потому что в первых трёх главах не содержится ничего интересного.

Как только в первой глава к друзьям прибегает Ян и начинает рассказывать про некий куб, читателю становится ясно, что именно туда и отправятся друзья. Они будут долго и нудно ждать электрички, потом искать какого-то старика, потом слушать его рассказ, который будет скучным даже для самих персонажей. Потом две недели тупо бродить по лесу.

Иногда кажется, что автор пишет о том, о чем он имеет очень  смутное представление. Поэтому у него встречаются такие перлы, как сосны, заросшие мхом (сосны имеют очень сильную корневую систему и рядом с ними всегда сухо, а мох растёт там, где сыро), то могучие сосны толщиной с руку. То его друзья ходят по азимуту в лесу, где они не знают и не видят ни одного ориентира и совершенно очевидно, что автор не представляет вообще, что такое ходить по азимуту. То вдруг Андрей начинает добывать каких-то странных рыб:

в каких бы замысловатых видах не готовил пойманных окуней, ершей и язов

Рыба называется «язь», а значит – не «язов», а «язей».

Автор постоянно подгоняет логику под свой сюжет. Вот его друзья бродят по лесу в поисках куба. Две недели проходят, у них кончаются съестные припасы. И тут они находят куб. Они что думали, что найдя куб, они обнаружат столовую, где их сытно накормят? Ведь  последнюю банку тушёнки они съедают именно рядом с кубом. Почему они раньше не повернули назад? Дальше автор тут же ломает логику через колено. Друзья переносятся в иной мир и там начинают добывать себе пропитание. А до этого им  в голову не пришло, что надо вернуться.

Вот тут оказавшись по ту сторону мира, они видят, что находятся на ровной площадке, на достаточно большой высоте. Эти 19-летние пацаны, которые не знают о жизни ровным счётом ничего, сразу почему-то решают, что они находятся не на Земле, потому что на Земле подобного нет. Почему нет? Откуда им это известно?

Они обнаруживают, что их одежда не имеет швов, а с кожи исчезли наколки и шрамы. И что? И тут же тугодум Сергей, который на самом деле самый умный,  изрекает:

- Не клоны, а копии, – Сергей сжал кулаки. – Клонирование подразумевает взятие ДНК и выращивание копии биологического объекта, у которого взяли эту самую ДНК. А наши тела скопировали без предварительной стадии эмбриона и усиленного роста. Собрали из белков, жиров и углеводов. Вот почему ни у кого из нас нет ни родинок, ни шрамов, ни стоптанной на ступнях кожи. Не удивлюсь, если отпечатки пальцев и рисунок сетчатки глаз у нас совпадают на все сто процентов