Русский Вид. Книга первая: Медведь. Барс

Глава 5. Разговор с Коротковым

Было уже светло, когда Маша открыла глаза и немного испуганно уставилась на незнакомую обстановку вокруг. А потом захотелось опять спрятаться под одеяло.

Напротив дивана, прямо на полу у противоположной стены сидел Брок. Он смотрел на Машу покрасневшими от бессонной ночи глазами, и на лице его сохранялось то же угрюмое выражение, как в первые моменты знакомства.

Отогнав от себя тягостные воспоминания, она нарочито бодро произнесла:

– Доброе утро! Как ваши дела? Я отлично выспалась и готова к прогулке до нашего лагеря.

Брок мгновенно поднялся, и Маша в который раз удивилась тому, как легко и грациозно двигается его большое тело.

– Я все еще думаю, как с тобой поступить.

– Размышляешь, не приготовить ли из меня завтрак, раз не получилось с ужином? - насмешливо спросила Маша, припоминая его вчерашнюю угрозу.

– Это плохая шутка, - нахмурился Брок, бесцеремонно усаживаясь рядом с ней.

– Предлагаю просто проводить меня домой, колокольчика у тебя все равно нет, догонялки отменяются.

«Господи, что я несу, он решит, что я его провоцирую, идиотка!»

– Мне привезут все, что попрошу. Даже колокольчик, если захочешь.

Глаза хозяина опасно сузились, и Маша инстинктивно отодвинулась, натягивая на себя одеяло.

– Послушайте, товарищ Брок, уже утро. Ты обещал отвести меня на базу, и я тебе верю. Не подведи.

Он боролся с диким желанием схватить ее в охапку, посадить к себе на колени и долго-долго целовать припухшие ото сна губы. Невероятным усилием воли заставил себя подняться и отойти к двери.

– Тогда пойдем прямо сейчас.

– Хорошо- хорошо, я только быстро умоюсь.

Через несколько минут они вышли на крыльцо вместе. Маша поежилась от лесной утренней прохлады, а Брок, похоже, совсем не замечал легкого ветерка, хотя на нем была лишь черная безрукавка, полностью открывавшая мускулистые руки. Он быстро пошел вперед, указывая дорогу, а Маша торопилась следом, стараясь не слишком отставать.

Трава после дождя была влажной, кроссовки и джинсы до колен быстро промокли. Она с невольным уважением посматривала на высокие армейские ботинки Брока, на его плотные штаны защитного цвета и обнаженные загорелые руки.

«Какой он все-таки здоровенный, настоящий медведь. И даже будто холода не ощущает...»

На широком кожаном ремне Брока покачивался в чехле солидный по размерам нож.

«Им он, наверно, разделывает свою крупную дичь...»

Пытаясь уворачиваться от мокрых веток и паутины в бисере крупных капель, Маша быстро утомилась и скоро отстала, как ни пыталась подстроиться под размерянный шаг провожатого.

Впереди на маршруте Брока лежала огромная береза, а подле нее в небольшом углублении скопилась дождевая вода. Маша остановилась, поразившись, как одним прыжком он перемахнул через сваленное дерево и направился дальше.

«Мог бы и подождать, у меня не получиться так быстро и ловко», - подосадовала она, пытаясь осторожно перелезть через черный, мокрый, густо обросший мхом ствол.

Опускаясь на землю с другой стороны преграды, Маша плюхнулась правой ногой в лужу и застонала от обиды. Брок тут же повернулся к ней и в одно мгновение оказался рядом. Ни слова не говоря, он подхватил ее на руки и, крепко прижав ее к себе, продолжил свой путь. Маша только ахнула, обхватывая его шею.

– Держись лучше, - сердито посоветовал Брок, и тут она совсем рядом увидела темно-карие, почти черные глаза с длинными густыми ресницами. Вдруг по плечу его ударила мокрая ветка и, спасаясь от холодных капель, Маша спрятала лицо у него на груди.

Брок пах лесом - мокрым деревом и молодыми зелеными листьями. И еще можно было уловить особенный терпкий запах разгоряченного движением мужского тела. В нем было что-то смутно знакомое, такой запах имел Вадим, когда заходил в квартиру, возвращаясь из командировки, и она с радостным визгом вжималась в его распахнутую на груди рубашку.

Память болезненно кольнула сердце и, спасаясь от знакомой боли, Маша глубже вдохнула волнующий шлейф терпкого аромата, а потом ясно услышала частое биение сердца где-то рядом с ее губами.

Она ненадолго закрыла глаза, задыхаясь от невероятного ощущения, что знает Брока уже давно и то, что сейчас он несет ее на руках было абсолютно правильно и хорошо. Эта встреча была предопределена и неминуема. Наконец-то свершилась.

"Господи, какое-то наваждение..."

Скоро тропа стала суше, а впереди замаячили знакомые сосновые колки.

– Ты не так уж далеко ушла от дома, - пояснил Брок, - непонятно, как могла заблудиться, леший, что ли, водил тебя около моего оврага. Я вчера полчаса за тобой наблюдал.

Маша вздрогнула от такого признания. В памяти снова поднялись первые минуты их общения под звуки распаляющейся грозы. На сердце похолодело.

– А ты и правда мог меня убить? - прошептала она.

– Не знаю. Нет, наверное, - отрывисто сказал Брок. - Что-то другое мог, да ты вовремя остановила.

Он вдруг замер и резко поставил ее перед собой, сурово сдвинув густые брови.

– Не ходи больше в лес одна! Вообще никуда не ходи дальше поселка, слышишь? В лес тебе можно только со мной.

Брок довольно сильно встряхнул ее за плечи, почти злобно заглядывая в распахнувшиеся от страха глаза. Маша еле слышно оправдывалась:

– Да не собираюсь я никуда ходить, мне и вчерашней прогулки на всю жизнь хватит.

– В лесу опасно одной, - упрямо повторил Брок, приближая к ней мрачное лицо.

– Понимаю, не маленькая.

«На него точно находит порой что-то звериное».

Они стояли близко друг к другу, и Брок тяжело дышал, не убирая рук с ее плеч.

– С тобой больше ничего не должно случиться, я не позволю никому из них к тебе подойти.

– Здорово! Я согласна. Будешь меня охранять.

Маша пыталась улыбнуться, внезапный порыв заботы от странного лесного мужчины немного позабавил, а слова «в лес только со мной» даже порадовали. Но Брок продолжал:

– Ты не представляешь, какими мы можем быть.